Бог Войны - Рина Кент

— Я отвезу вас, миссис Кинг.

Я вздрагиваю от призрака Хендерсона, появившегося из ниоткуда. Учитывая, сколько раз он материализовался из воздуха, можно подумать, что я уже привыкла к его молчаливому поведению и забывчивости.

— У вас с Сэм есть маячки, которые показывают мое местоположение? — я смотрю на него. — Потому что это начинает становиться жутковатым.

— Пожалуйста, следуйте за мной.

— Я сама сяду за руль.

— Мистер Кинг этого не одобрит.

— Тогда иди к своему мистеру Кингу и попроси его сказать мне это лично, а не использовать посредников. Но не думаю, что стану слушать.

Я подхожу к шкафу с ключами, беру ключ от Мерседеса, проскальзываю внутрь и делаю несколько снимков красивого белоснежного салона. Довольная, я завожу машину и включаю передачу, но, когда подъезжаю к воротам гаража, они остаются закрытыми.

Стиснув зубы, я опускаю окно и смотрю на Хендерсона.

— Открой.

Он стоит в стороне в своем элегантном повседневном костюме, без галстука, с обеими руками, сцепленными перед собой.

— Если вы хотите выйти, я вас отвезу.

— Я сказала, что сделаю это сама.

— Боюсь, вам не разрешено водить машину.

— Дай угадаю. Приказ мистера Кинга?

Он кивает.

Пытаясь сдержать свой пыл, я проигрываю, достаю телефон и набираю номер «Железный Человек».

— Скажи Хендерсону, чтобы он открыл эти чертовы ворота, — говорю я, как только он берет трубку.

— И тебе привет, миссис Кинг, — ленивое веселье в его голосе выводит меня из себя.

Как он смеет быть бесстрастным, когда мой разум был в полном беспорядке всю последнюю неделю? Каждый раз, когда я кладу голову на подушку, я думаю о нем на другой стороне дома, голом или полуголом, или занимающимся черт знает чем.

Когда я сплю, мне снится, как он обсуждает дела по телефону и ведет себя как невыносимый диктатор.

Когда речь идет о нем, нет такого понятия, как «с глаз долой — из сердца вон». Наоборот, все происходит с точностью до наоборот. Я постоянно шныряю в его кабинете, словно ищу секретное письмо или проход, как в фильмах про тайны.

Увы, все, что я нашла, — это работа и скучная офисная библиотека. А вот в домашней библиотеке весело. Наверное, потому, что я набила ее своими пикантными книжками.

Глубоко вдыхая, я говорю:

— Открой ворота, Илай.

— Пусть Хендерсон тебя отвезет.

— Ты имеешь в виду, пусть Хендерсон нянчится со мной снаружи, пока Сэм делает это внутри.

— Как ты догадалась?

— Без особых усилий.

— В конце концов, ты не такая уж и глупая. Я впечатлен.

— Что впечатлит тебя еще больше, так это мой каблук на твоем лице, придурок. Я твоя жена, а не домашнее животное. Не смей пытаться меня контролировать, иначе тебе не понравится результат.

— Я с удовольствием посмотрю, как ты попытаешься.

— Ты собираешься открыть гараж?

— Нет, если ты не позволишь Хендерсону сесть за руль.

Он вешает трубку, даже не попытавшись попрощаться. Я проклинаю его тысячу раз, используя дюжину красочных имен.

Этот ублюдок сведет меня в могилу раньше времени, если я не буду контролировать свои эмоции.

А знаете что? Я в настроении поиздеваться над ним.

Я выхожу из машины.

— Эй, Хендерсон. Какая машина больше всего нравится Илаю?

— Розовый Мерседес.

— Будь серьезным.

— Я всегда серьезен.

Я сужаю глаза. Наверное, он почувствовал мой план и пытается его сорвать.

— А вторая самая любимая?

Он показывает на монстра в виде шикарного черного Бугатти. Вот это уже более логично.

Улыбаясь, я нащупываю ключ на стене, а затем скольжу на водительское сиденье.

— Миссис Кинг, это бессмысленно, так как ворота не откроются.

— Ну, либо они откроются, либо… — я завожу двигатель, слегка вздрагивая от вибрации. Боже. Эту штуку можно использовать как секс-игрушку.

— Мисс!

Я нажимаю на педаль газа так сильно, как только могу. Все мое тело прижимается к сиденью, и я очень, очень недооценила мощь этого зверя, потому что он направляет меня прямо к воротам гаража.

Да, я хотела разбить его машину, но не хочу умереть в процессе. Я жму на тормоза, но, к счастью, ворота открываются.

Я все еще задеваю бампер, но это уже победа, учитывая, что я все-таки повредила его машину.

Передние ворота тоже открываются, прежде чем я врезаюсь в них. Отлично. Хендерсон и его драгоценный босс должны знать, что я не шучу.

Дыхание становится более спокойным, когда я врубаю музыку и лечу по улицам. Привет, штраф за превышение скорости.

Но, по крайней мере, я впервые осталась одна с тех пор, как очнулась в больнице. Я могу нормально дышать без профессиональных нянек.

После того как я останавливаюсь, чтобы выпить чашку кофе, я отправляю несколько сообщений в групповые чаты, в которых состою. Мгновенно люди начинают меня охаивать, поскольку, судя по всему, я не выходила на связь уже несколько месяцев.

Привет, незнакомка.

ОМГ, она жива.

Мы не видели тебя несколько месяцев, милая!

Какого черта? Я бы ни за что не стала выходить из своего круга общения на несколько месяцев. Это ведь из-за этого ублюдка Илая, да? Что, черт возьми, он сделал за последние два года?

Меня приглашают на три встречи, и я решаю встретиться со своей университетской командой в клубе в Мейфере.

Мой телефон звонит, высвечивая «Железный Человек». Я бросаю его в игнор и, чувствуя себя мелочной, использую его карточку, чтобы купить всем в клубе по порции выпивки. Пусть будет три порции самого лучшего ликера, который у них есть. Кроме того, джентльмены получают дорогие сигары, потому что, почему бы и нет?

Икра? Да, пожалуйста.

Официант называет мне сумму в триста тысяч фунтов. Я даю ему тридцать тысяч чаевых.

Он старается сохранять спокойствие, как все профессионалы в эксклюзивных клубах, но я вижу слезы в его глазах.

— Вы уверены, мисс?

— Мой муж очень щедрый, — я похлопываю его по руке, вкладывая в нее черную карточку.

— Ава!

Я оборачиваюсь, радуясь знакомому лицу. Джемма, та самая, которая назвала мое имя, бежит ко мне, ее блестящие клубнично-светлые волосы сияют в свете фонарей. Она переплетает свою тощую руку с моей и впивается острыми ногтями в мою плоть.

— Ты выглядишь потрясающе.

— Ты тоже. Обожаю блестки, Джем.

— О, спасибо. Я думала, их будет слишком много.

— Ничего не бывает слишком, сестренка, — я машу рукой нашей компании друзей, которые сидят за самым большим столом, потягивают мартини, которое я отчаянно хочу, и вытирают следы кокаина с носа.

Мое любимое бездумное существование.

— Привет, ребята. Скучали по мне? — я позирую,