Не судьба - Лина Эрали

— Рома, что за фатализм, с чего вдруг такие крайности и вообще мысли?

— А что если я тебе сейчас скажу, что твой Руслан разводится?

— Что? — не знаю, что было у меня на лице, но вот у Ромы явно читалось разочарование.

— Что и следовало доказать, — грустно усмехнулся он, — Общался пару дней назад с Кириллом, он был пьян. Между делом прозвучала фраза о том, что они отмечали важное событие — Руслан с Леной подали на развод, — он вновь внимательно меня сканировал, пытаясь понять, что я чувствую. А я и сама не знаю.

— Жаль конечно, а причем тут мы с тобой?

— Я не слепой и не дурак, как ты могла заметить, — он устало потер лицо, — я видел, как он готов был мне руку отгрызть в баре, просто за то что я ею тебя касаюсь. Вы встретились спустя 8 лет, и проходит всего пара месяцев, а счастливая ячейка общества распадается. Судя по словам пьяного Кира, все эти годы семейство Бахаевых жили прекрасно, душа в душу. Даже для близких друзей это стало неожиданностью.

— К чему ты клонишь?

— Я не утверждаю, но предполагаю, что твое возвращение в город, ваша встреча сыграли свою роль.

— Это бред…

— Я очень на это надеюсь, Ань. Но сейчас ты опять возвращаешься на месяц домой, без меня, и если я правильно уловил значение его взглядов, а в этом я специалист, то уверен он сам объявится и тогда тебе придется сделать выбор.

— Рома, тебе не кажется…

— Я тебя люблю, очень люблю, — перебил меня Рома, крепко вжимая меня в себя, — я слишком жаден. Ты нужна мне вся без остатка. Ты не представляешь, как мне тяжело, как больно, как меня разрывает от ревности, зная, что ты любишь другого. Но я не хочу тебя сторожить, не хочу в один прекрасный день превратиться параноика, которому в каждом звонке или сообщении будет мерещиться другой мужик. Я не хочу изводить себя подозрениями, каждый раз, когда ты будешь ездить к родителям и уж точно у меня нет желания превращаться в деспота, который контролирует каждый шаг своей женщины. А именно этим, все и закончится, если ты не поставишь точку в истории с ним, — процедил он сквозь зубы, — вот тут и тут, — он ткнул пальцем сначала лоб, а потом в область сердца.

— Рома, мне просто нужно время. Мне казалось, что мы идем в правильном направлении.

— У тебя, у него было 8 лет. Этого должно было быть достаточно, чтобы ваши чувства немного охладели. Но сейчас… — он встал, мягко скидывая меня с колен, — ты бы видела свое лицо, когда я сказал об их разводе. Я не прыщавый пацан, Ань. Не бойся не помру без тебя. Пострадаю, но переживу.

Рома облокотился о спинку дивана, засунув руки в карманы брюк. Он смотрел в панорамное окно, из которого ярко горели огни ночного Чикаго, и сосредоточенно думал. Судя по тому, как ходили его желваки мысли были не самые оптимистичные.

— Ань, не думай, что я весь такой из тебя благородный. Я даю тебе время обдумать все не только ради тебя, но и ради себя. Если за эти три недели ты не передумаешь возвращаться ко мне, то я продолжу бороться за наши отношения. Помогу тебе его забыть, сделаю все чтобы ты полюбила меня. Но я должен быть уверен, что делаю это не напрасно. Женщина, которую я люблю, должна быть со мной, потому, что хочет именно меня, а не потому, что мой список положительных качеств ее устраивает. Я дам тебе время подумать, я не буду тебе ни звонить, ни писать. Ты сама должна будешь принять решение, свое я тебе озвучил. Я буду ждать, но только 3 недели.

С одной стороны я немного разозлилась на Рому, потому, что в моем представлении мужчина должен бороться за свою женщину, а с другой, это же Рома. Он добился большого успеха благодаря умению безупречно выстраивать линию защиты или обвинения. Он всегда, при любых обстоятельствах мыслит стратегически и продумывает все на несколько шагов вперед. Будь он военным, то стал бы великим полководцем.

А еще, однажды он признался мне, что вовсе не сирота. У него живы родные родители, и вполне себе нормально живут, не бедствуют. Когда узнал, что родители от него отказались был совсем маленьким, но в нем что-то переломилось. Тогда он твердо решил для себя, что никогда не будет добиваться чьей-то любви, пытаться ее заслужить.

Да, и если быть справедливой, он достаточно уже приложил усилий для наших отношений, стойко переносил мою холодность и отстраненность.

Он прекрасно осознает, что если за 8 лет мне не удалось забыть Руслана, значит чувства засели слишком глубоко и просто так от них избавиться не получится. Но если раньше, Руслан не представлял угрозы, хотя в этом я как раз таки очень сильно сомневаюсь и мнение Ромы о том, что Руслан испытывает ко мне что-то помимо ненависти я не разделяю. Но опять же могу уловить логику в принятом им решении. А зная Рому, он наверняка думал об этом не один день, под разными ракурсами и выявил для себя несколько исходов событий. Я вроде, как не склонна к самобичеванию, но тут очевидно, что в сложившейся ситуации виновата я. Из-за моих поступков, моего поведения Рома не уверен в наших отношениях, точнее он не уверен во мне.

Но основная причина в его гордости. Если у него и есть недостаток, то только его чрезмерная гордыня. Рома не из тех, кто будет бегать за девушками, не из тех, кто будет лебезить перед сильными мира сего. Я еще давно заметила любопытный факт — с обслуживающим персоналом он всегда мягок и даже доброжелателен, но со своими клиентам, которые не секундочку, платят ему огромные деньги он всегда строг и непреклонен. Рома говорит и ведет свои дела так, словно это владельцы корпораций нуждаются в нем, а не наоборот.

Когда мы с ним познакомились он долго и настойчиво проявлял знаки внимания. Но ни словом, ни взглядом он не пытался заискивать, не заглядывал в глаза, как это обычно делают поклонники. Мои отказы воспринимал с достоинством, но всегда уточнял, что это не последняя его попытка сблизиться со мной. И говорил он это как бы между прочим. Его подход всегда кардинально отличался от ухаживаний других мужчин, но чем-то напоминал Руслана. Хотя Руслан, так вообще даже не старался ухаживать, он