Найди - Фэя Моран

Поверить не могу, но я вдруг задумываюсь. Скольжу взглядом по его небесным честным глазам, по раскрытой ладони и бумажной трубочке.

А потом в голове вспыхивают воспоминания об увиденном, услышанном и прочувствованном, чуть позже — напоминания о том, какая катастрофа приключилась с моей жизнью в последнее время.

Сомнения испаряются вместе с моими попытками здраво мыслить.

Встаю с кровати, подхожу к Нейту и демонстративно протягиваю руку.

— Насыпай, — говорю я таким голосом, словно одержала над ним победу.

Он оживляется и насыпает мне в ладонь немного белого порошка, затем протягивает трубочку. Я с интересом разглядываю его, принюхиваюсь, пытаюсь заранее понять, как он должен подействовать.

— Просто подносишь эту штуку к любой ноздре и с силой вдыхаешь в себя, — решает помочь мне Нейт. — Сначала немного щиплется, но потом ты почувствуешь невероятный экстаз!

Представь, что это просто сахарная пудра, насмешливо говорит внутренний голос.

И наконец я делаю в точности так, как велит мне Нейт, испытывая при этом ужасную неуверенность в своих действиях. Прикладываю трубочку к правой ноздре, подношу ладонь с порошком к лицу и сильно вдыхаю воздух. «Волшебная пыльца» тут же проникает внутрь, и я морщусь от жжения в носу. Меня тянет на чих, но желание тут же исчезает. Зато кашель пробивается вполне ясно.

— Ну как? — спрашивает парень, поддержав меня за спину, чтобы я не упала. Голубые глаза горят любопытством.

— Отвратительно, — выдыхаю я в ответ, отдавая ему трубочку и смахивая с кожи остатки порошка.

А потом почему-то начинаю считать.

Один, два, три...

Пока совсем ничего не меняется.

Четыре, пять, шесть...

Лёгкие начинают сходить с ума. Дыхание сбивается.

Семь, восемь, девять...

Теперь у меня холодеют ладони, а в мозгу что-то взрывается.

Десять, одиннадцать, двенадцать...

В глазах вдруг заиграли разноцветные блики.

И вдруг я замираю, много моргаю и в изумлении разглядываю своё окружение. Теперь потолок вырисовывает на себе настоящие плывущие облака, появляется солнце — огромное смазанное жёлтое пятно. Я гляжу на свои руки — они окрасились в синий, медленно переливающийся в фиолетовый.

Я словно выпадаю из реальности, попадая в сказку. Голова затуманивается, наполняется сплошным мехом и какими-то колючими опилками. Голос Нейта доходит до меня не сразу. Он звучит эхом, далёким и глухим. Меня трясут за плечи, но я ничего сейчас не хочу видеть.

— Эй, крошка! — Перед глазами возникает его голубоглазое лицо. — Ты в норме?

Перед носом щёлкают пальцами, а я хмурюсь и пытаюсь оттолкнуть его от себя, однако ноги и руки у меня ватные. У меня не получается пошевелиться, сделать шаг. Я чувствую, что парю в небе, высоко над головами людей.

Мне хорошо, спокойно и весело.

— Вот же блин! — Нейт хватает меня на руки, поднимая с пола. — Пойдём, крошка, пока твой парень тебя не увидел... Он из меня кишки выпустит, чёрт!

— Кишки, — повторяю я, кладя руки на его шею. — Кишки как гирлянды. Ими можно украсить ёлку в новогоднюю ночь. Завтра мы это сделаем. И будем петь громче всех.

Из моих губ вырывается всякий бред, язык заплетается, а вот в глазах всё ещё плывут разноцветные радужные блики и блестящие сверчки. Я чувствую, меня несут по коридору, потом слышу, как пытаются открыть дверь, а затем ругаются от того, что она оказывается запертой.

— Твою ж мать... — нервно выдаёт Нейт. — Прости, Лина. Блин, Гай меня точно прибьёт.

Не понимаю и понимать не хочу. Мне слишком хорошо сейчас, чтобы думать о ком-либо и о чём-либо другом.

Я откидываю голову, волосы падают и касаются пола. Устремляюсь к потолку, хочу взлететь, парить над миром, как прежде, но руки Нейта держат меня при себе.

А потом...

— Оу, Гай! Чувак, ты чего это поднялся? Уже всё обсудили с Хизер?

Краешком глаз вижу высокую, стройную, сексуальную фигуру в чёрном у лестницы. Я готова ползти к нему на коленях и петь псалмы у его ног.

Иисус...

Замираю. В глазах снова сверкают блики, в голове раздаётся звон колокольчиков.

Иисус...

— Что ты делаешь? — проносится голос Гая по коридору. — Что с Каталиной?

— Я в порядке! — хихикаю я. Голос вырывается почти пьяный. Мне не удаётся контролировать собственный тон.

— Чувак, я всё объясню! — спешно бросает Нейт.

Быстрые шаги в мою сторону, потом холодная рука касается моей щеки и шеи. Теперь блики заменились на лесные глаза прекрасного принца. Я гляжу в них как зачарованная. Снова колокольчики...

— Что ты ей дал, Нейт?! — грозно спрашивает Гай. Меня уже кладут на пол. Пальцы парня проверяют мои глаза, он раскрывает мне веки, внимательно вглядываясь в зрачки. — Какого чёрта?!

— Я перепутал пакетики, — сознаётся тот, чьи глаза больше походят на просторное небо, в которое сейчас вливаются радужные краски.

И я снова парю над миром.

Глава 46

Я не управляю собственным телом и разумом. Руки змеями обвивают шею Гая, пока он сидит надо мной, всё ещё лежащей на полу.

— Нейт, я убью тебя, — рявкает он, не спуская с меня глаз. Его ладони просовываются под мою талию и ноги, и он лёгким движением поднимает меня.

Я лежу в его руках, ощущая странный сладковато-горький привкус на языке. В голове заиграла мелодия, в глазах закружились цвета.

Небо на потолке уже становится тёмно-синим, в него вливаются мерцающие звёзды, будто художник потряс над картиной обмакнутой в белую краску кисточкой. Я понимаю, что всё это нереально, но голова прибывает в неком помешательстве вперемешку с диким экстазом.

— Иди вниз, — говорит Гай. — Хизер даст тебе указания насчёт наших дальнейших действий. А после того, как я уложу Каталину, спущусь вниз и убью тебя.

— Да-да, чувак, конечно, — слышу я весёлый тон Нейта. Его голубые глаза глядят на меня с интересом и смеются над моим положением.

— Катись, — снова вторит Гай.

Тогда блондинчик исчезает из коридора, а вслед за ним исчезает моя нужда в каких-либо разговорах.

Я крепче хватаюсь за шею парня, ощущая ткань его чёрной водолазки пальцами. Моя голова лежит на его плече, я прижимаюсь ею к его груди. Вкусный и пьянящий запах Гая дурманит разум похлеще наркотика, играющего в моих венах.

— Ах, какие у тебя крепкие руки, — бубню я, совершенно