Сильфида и дракон - Марина Кравцова

Кайми приблизился бесшумно. Положил узкую ладонь на обнаженное плечо Тирис. Девушка даже не шелохнулась, словно была виденьем, а не живой сильфидой. Но ее губы прошептали:

— Здравствуй, Кайми.

— Ты прекрасна в свете Хтин-Ре… — он принялся нежно поглаживать прохладную голубоватую кожу… Делать это можно было без труда, поскольку одета Тирис была очень легко. Несколько слабо соединенных между собой синих лоскутов прикрывали ее грудь, живот и ноги до колена, и ничто не стесняло бледно-сиреневых крыльев. Сильфида украсила предплечья и запястья широкими длинными лентами, и они, обдуваемые ветерком, свободно развевались, спутывались с прядями распущенных черных волос, которые тоже отливали синью. Да, Тирис была истинной дочерью ветра, и ее красота, яркая в свете дня и призрачная под луной, до сих пор волновала белокурого брата Альмарис…

— Зачем ты подсматриваешь за лунными альвами? — спросил Кайми, так и не дождавшись ответа.

— Я рада видеть, что они освоились на нашем острове, — певучим голосом отвечала сильфида. — Лунные… они к нам ближе остальных. Почитают Хтин-Ре, хотя творят свою магию силами Ионн-Ре.

— Значит, сейчас, под ликом лиловой луны, они должны высаживать особые цветы, я ничего не путаю?

— Альвы уже сделали это. Прелестный сад… ты увидишь его на пути к холмам. А теперь они отдыхают. Я рада. Пускай сюда придут еще альвы. Они будут строить лодки. Сначала — для рыбной ловли… Потом установят морские пути к другим островам. Из них куда лучшие, чем из нас, торговцы, дипломаты. Мы позволили им поселиться на нашем чудесном острове — а они станут развивать его и украшать. Куда более мягко и осторожно, чем могли бы это сделать люди.

— Ты лишь только этому рада?

— А разве этого мало?

— Мне говорили… — сильф сглотнул, потом решительно спросил: — Ты правда спала с одним из них?

— Еще нет, — спокойно ответила Тирис.

— Еще?..

— Кайми, прошу, перестань. Не говори, что ты влюблен. А если так — посмотри на свою сестру. Бедная Альмарис… мы с ней подружились еще такими маленькими, что издалека нас принимали за волшебных бабочек. Всегда веселая и легкая…

— Что-то еще случилось, пока я летал в Гловер-Силл?

— Лишь то, что она окончательно переселилась с холмов в лес.

— Вот как! Неужели и ее пленило одно из этих узколицых существ со стрекозиными глазами? Вы же находите мужчин альвов красивыми, да?

— Они не лучше и не хуже сильфов. Просто другие. Влюбись Альмарис в одного из них — я бы порадовалась… Альвы, кстати, называют ее «принцессой».

— Разве это волнует тебя, королеву?

— Ничуть. Повторюсь: я была бы рада ее сближению с ними. Но нет… У «принцессы» в голове и, как она теперь говорит — «в душе» — до сих пор дракон.

— Что-то нужно делать с ним… — пробормотал сильф. — Она же погибнет, сломленная злыми чарами.

— Маги, как я понимаю, в помощи тебе отказали?

— Увы! Трусы…

Тирис устремила задумчивый взгляд вдаль — на разноцветные огни фонариков, зажигающихся у альвийских хижин. И дальше — на холмы, белые от ягеля, давшего названию городу юных сильфов. На возвышенностях — воздушные дома из серебряной древесины, в них нет дверей, только округлые окна…

— Альмарис оставила холмы ради леса. Не оставит ли она лес ради убежища своего Тиана? — Влажная синь прекрасных глаз Тирис потемнела. — Ты выяснил, где он прячется?

— Он не прячется. Он летает где-то в окрестностях обители Грифона вместе с глупыми Всадниками.

— Значит, слухи не врали… Кайми… нам надо спасать эту дурочку. Убей дракона.

По тонко очерченным светлым губам сильфа скользнула горькая усмешка.

— Да… я — из тех, кого люди в шутку называют мотыльками — убью дракона, чтобы помочь своей сестре… и потому что ты так хочешь, Тирис. Или дракон убьет меня. Видишь, я готов на что угодно по одному твоему слову. Для тебя это что-то значит?

— Конечно, — без особых эмоций ответила крылатая девушка.

Кайми медленно провел пальцем по ее шее, перешел к плечу, потом прикоснулся к нему губами…

— Раньше ты не была такой.

— Мы все взрослеем.

— Считаешь меня ребенком?

— Считаю, что ты слишком увлекаешься… Вы, брат и сестра, странные…

— Да, я странный, — не выдержал Кайми. — Раньше я умел сплетать ураганы, мог бы стать боевым магом, если б захотел. А сейчас… на что хватает силы моего ветра? Грибы с поляны срывать?

Тирис пожала плечами.

— Кто-то же должен собирать и грибы. Перестань ныть, мой прелестный мальчик. Во время Великого разлома многие потеряли куда больше, чем ты.

— Ты не способна сочувствовать тому, что не испытала сама. Твое-то волшебство никуда не исчезло… правительница.

— Хватит об этом. Если хочешь — пойдем посмотрим лунный сад альвов. Когда на небо взойдет Дэм-Ре, он уже не будет таким чарующим.

Неподалеку кто-то звонко свистнул, словно ночная птица подала голос.

— Я здесь, Дуглин, — негромко откликнулась Тирис. Вскоре из ночных теней вынырнуло странное существо. Это был гладковыбритый человек с торчащими темными космами, с чертами лица грубыми и все же не лишенными некоторой красоты. Было ему на вид лет под сорок, но ростом он был с ребенка.

Кайми брезгливо поморщился. Он терпеть не мог все некрасивое, а карлик, хотя и сложенный весьма пропорционально, казался ему верхом извращения природы. Но Тирис этого отношения явно не разделяла. Она чуть улыбнулась человеку, хотя вряд ли он мог в темноте видеть ее лицо так же четко, как она — его.

— Что-то случилось, Дуглин?

— Хотел сообщить, что вашему гостю стало хуже.

— Плохие новости…

— Гостю? — удивленно переспросил Кайми. — А… Тому самому… Синему чужаку? И что же с ним вдруг приключилось? Как по мне — так нужно ли вообще о нем беспокоиться… пускай себе отправляется побыстрее в иной мир.

— Беспокоиться стоит, поверь мне.

— Тебе виднее, — ответил сильф ледяным тоном. — Что ж, если это так важно, то, может, показать его Альмарис? Сестра за последний месяц сильно продвинулась в изучении целительства.

— Пускай Альмарис занимается своими делами, а мы займемся своими. — Тирис несколько раз сложила и вновь расправила изящные, хрупкие