Любовь на Рождество - Горохов

— Увидимся позже, детка! — кричит Мерри, спеша к своей машине. — Классно повеселились!

— Пока! Люблю тебя! — кричит Руби, когда я хлопаю ее по заднице и бегу к своей машине.

Я осторожно сажаю ее на пассажирское сиденье, затем проверяю дверь «Крейзи-Эйтс». Пару человек выходят, но ковбоя нигде не видно. Возможно, он сдался. Если нет, то я надеру ему задницу прямо на этой парковке, пока Руби будет в полной безопасности в моей машине.

Руби опускает стекло.

— Что ты делаешь? Поехали!

В очередной раз бросаю взгляд на дверь, затем сажусь на водительское сиденье. Прежде чем она успевает сказать еще хоть слово, я хватаю ее и притягиваю ее губы к своим. Я целую ее со всей властностью, которую чувствую в данный момент. Может быть, она еще не влюблена в меня, но это не значит, что она не моя. Я всегда принадлежал ей, и будь я проклят, если позволю другому мужчине хотя бы прикоснуться к ней.

Когда я, наконец, отпускаю ее, она задыхается, ее щеки пылают.

Я завожу машину.

— Нокс? — Ее голос дрожит.

Боже, я зашел слишком далеко? Надеюсь, не напугал ее.

— Да? — Я беру ее за руку.

— Отвези меня домой и займись со мной любовью.

Черт. меня. Побери.

Глава 16

Руби

Знаю, неправильно снова заводиться из-за жестокости Нокса, но, очевидно, у меня появился какой-то новый странный заскок. Это больше связано с его ревностью, но он слишком меня опекает. Собственнический взгляд в его глазах погубил меня окончательно. Я поймала себя на том, что хочу, чтобы он обладал мной. На самом деле, каждым чертовым дюймом. Снова и снова.

Нокс живет не так далеко от бара, но, черт возьми, кажется, что поездка длится целую вечность. Я сжимаю бедра, чтобы унять постоянно растущую пульсацию между ними. С каждой секундой становится все хуже. Что не так с моим телом? Не может быть нормальным, что мои трусики уже промокли насквозь. Но кто я такая, чтобы говорить, что нормально, а что нет, когда дело доходит до этих ощущений?

Мое тело никогда раньше не было таким. Таким… таким возбужденным. Черт, я и не знала, что такое бывает. Бьюсь об заклад, это какая-то сумасшедшая реакция, потому что я до сих пор девственница и вообще ничего не пробовала, если на то пошло. Даже не настолько люблю отрываться. Я отказалась от этого несколько лет назад, потому что каждый раз, когда я пыталась, в моем сознании возникал образ Нокса, и я знала, что не смогу продолжать.

В моих фантазиях он всегда в главной роли, даже спустя годы после того, как я покинула Оленью долину. Он всегда был в центре внимания, когда я позволяю своим мыслям отправиться в подобное место. Неудивительно, что готова выпрыгнуть вон из кожи при мысли о том, чтобы раздвинуть для него ноги.

По правде говоря, я изо всех сил старалась не не думать об этом. Теперь, когда так близка к осуществлению своей фантазии, мое тело готово взорваться от желания наверстать упущенное. Как бы ни была возбуждена, я также немного нервничаю, потому что у меня совсем нет опыта.

У Нокса потрясающий рот. Это должно означать, что он хорош и в постели. Уверена, он знает, что делает. Эта мысль немного портит настроение, но я отодвигаю ее в сторону, насколько возможно. Сейчас не время думать о его прошлых связях. У Мерри даже не было никакой информации о девушках, с которыми он был, но, возможно, это и к лучшему. Я не могу думать ни о ком другом. Нет. Мне нужно сосредоточиться на том, что происходит здесь и сейчас. Я знаю, первый раз для девушки может быть немного болезненным, но не сомневаюсь, что Нокс сделает так, чтобы мне было хорошо.

В ту секунду, когда машина останавливается, Нокс выходит и обходит вокруг, чтобы открыть мне дверь. Он хватает меня, притягивая в свои объятия. Я обвиваюсь вокруг него, завладевая его ртом в поцелуе. Не знаю, как ему это удается, но не успеваю я опомниться, как мы уже в доме, в его спальне. Я ожидаю, что он отнесет меня на кровать, но он этого не делает. Вместо этого усаживает меня на свой комод.

Он смотрит мне в глаза.

— Тебя явно что-то беспокоит. Я почувствовал, как изменилось твое настроение в машине. И перед тем, как мы вышли из дома сегодня вечером.

Черт.

Нокс, должно быть, уделяет мне больше внимания, чем я думала.

— Я девственница, — выпаливаю я.

— Хорошо. Не то чтобы это что-то изменило. — Его руки опускаются по обе стороны комода, заключая меня в клетку. — Я буду единственным мужчиной, который познает это тело, и обещаю, что сделаю так, чтобы тебе было хорошо. Не знаю, причинит ли это тебе боль, но обещаю, что избавлю тебя от любой боли.

— Никогда не был с девственницей? — Я стараюсь говорить нейтральным тоном, но знаю, что ничего не выходит, поэтому продолжаю. Зачем останавливаться? — Все девочки в старшей школе пытались отдаться тебе. — Я припоминаю, что некоторые действительно говорили это дословно. Раньше терпеть не могла слушать, как они говорят об этом.

— Ты когда-нибудь слышала о том, что я был с кем-то? — Он смотрит на меня сверху вниз, по-настоящему выглядя разозленным.

— Нет. Я имею в виду, люди говорили, что ты встречался только с девушками из колледжа. — Я закатываю глаза, затем опускаю подбородок на грудь. Он поднимает его, пока мои глаза не встречаются с его.

— Ты никогда не слышала о том, что я был с кем-то, потому что я никогда ни с кем не был.

Я смотрю на него снизу вверх. Его слова продолжают прокручиваться в моей голове, потому что я, должно быть, неправильно его расслышала.

— Я девственник, Руби.

— Что? — наконец говорю я.

— Ты, детка. Ты разрушила меня давным-давно. Я никогда не соглашаюсь на меньшее, чем хочу, а я всегда хотел только тебя.