Дизайн под штампом - Адалин Альгаротти

— Фостер, бесишь ровно так же, как и пять лет назад, — фыркнула, заметив усмешку на его лице.

— Я отправлю все данные договора вам по почте, не переживайте, — Дэвид жестом фокусника выудил зажигалку и передал Мелани. — Последний раз такой напряжённой я видел тебя на суде.

Уайт молчала, лишь смотрела, как пламя лизнуло кончик сигареты. Сделала затяжку и откинулась на сиденье, прикрыла глаза.

— Он не может даже нормально уследить за порядком в доме, — сказала девушка, выпуская кольца дыма. — А потом жёлтая пресса напишет, что я отвратная мать.

— А это не так? — хохотнул Дэвид.

Мелани наградила его убийственным взглядом, сделала ещё затяжку и потянулась за телефоном.

Кто только нашёл эту грёбаную любовь в её глазах? Это же какой нужно быть дурой, чтобы любить то, что приносит отголоски прошлой жизни?

Мелани точно не была дурой. Любила действовать чётко, не подставляя под опасность свою карьеру, но при этом очень умело скрывала личную жизнь. За пять лет ни разу никто её не замечал ни с кем, не было ни одной отвратной статьи. Она показывала себя с той стороны, которую хотели видеть — это была её работа, с которой она справлялась на отлично.

Но сейчас, когда все журналы, новости и соцсети только о ней и вещали, она не могла так просто взять и упасть лицом в асфальт. Как ей всегда говорил букер: дети — это всегда мило. Мелани иногда хотелось послать Уилсона к чертовой матери или ещё дальше, но благодаря ему она сейчас топовая модель.

— Плевать, какая я мать на самом деле, — она легко пожала плечами, ища номер человека, которого предпочла бы забыть. — Все статьи обо мне и Мэри верещат о том, что несмотря на развод, я души не чаю в своём дитятке.

— Без обид, Мел, но когда ты вместе с дочерью, то всё внимание уделяется ей, — ухмыльнулся Дэвид, а девушка закатила глаза.

— Даниэль, — Мелани надменно улыбнулась, когда мужчина ответил на её звонок. Смотрела на его же машину, припаркованную перед ними. — Нужно встретиться.

— Ты ведь уже стоишь под домом? — она слышала, как Даниэль недовольно вздохнул и у него что-то упало. — Пять минут. У меня, если ты не забыла, есть дочь. И нужно…

— Вот о ней и поговорим, — Мелани сбросила звонок. Повернулась к задним сиденьям и достала сумочку. Быстро поцеловала Дэвида в щёку, с отстранением наблюдавшего за разговором, и пулей выскочила из машины.

Даже стучать не пришлось. Ещё не дойдя до нужной двери, услышала, как щелкнул замок.

— Давно не виделись, Даниэль, — Мелани прошлась по квартире, останавливая своё внимание на мужчине.

Даниэль приподнял бровь. Она издевается?

— Предпочёл бы не видеться с твоей персоной до конца жизни, — любезно улыбнулся Даниэль и, не сказав ни слова, ушёл на кухню.

О какой гостеприимности вообще могла идти речь? Что Даниэль не был рад таким гостям, что Мелани пришла сюда, кривя душой и выдавливая из себя улыбку.

— Не спросишь как дочь?

— Ты тут, а не в похоронном бюро, новости не трубят о смерти наследницы Фостеров, а значит, что девочка в порядке.

Даниэль покачал головой, не зная, что ответить. Да и что на такое вообще можно сказать? Подобное стоило ожидать.

— Давай ближе к делу, — мужчина посмотрел на Мелани, устроившуюся на диване. — У меня много работы, Мелани, и у тебя есть не более, чем десять минут. И после попрошу тебя удалиться.

— А было пять минут, — рассмеялась Мелани.

— Ты их потратила на то, чтобы подняться и полюбезничать. Продолжим или ты сразу уйдёшь?

— Дай мне Мэри на несколько дней, — скрипнула зубами Мелани.

— Она не вещь, чтобы её кому-то «давать», — Даниэль в мгновение пришёл в состояние тихой ярости. — Выбирай выражения.

— Тебя не смущает то, что она моя дочь?

— А тебя не смущает то, что она надоела тебе спустя два месяца после родов?

Да что ж за черт-то, а? Мелани вздохнула, пытаясь собраться, а Даниэль наблюдал за ней с совершенно не доброй усмешкой. Наплевательское отношение Мелани к собственной дочери приводило мужчину в бешенство. Обращаться так с его девочкой — не позволит никому. Даже если это будет мать Мэри.

— Просто устрой нам встречу, — Уайт встала на ноги, сверля взглядом бывшего мужа. — Это твой дом сгорел, не мой.

— Десять минут прошло, — Даниэль слегка посторонился, рукой указал в сторону двери. Слишком явный намёк на то, чтобы она проваливала. — Я поговорю с Мэри и, если она захочет с тобой встретиться, напишу. А теперь попрошу покинуть квартиру. Всё-таки в гости тебя не звал.

— Это в твоих же интересах, Даниэль. Ты знаешь, на что я способна.

— На полный кретинизм, идиотизм и истерики с пустого места ради внимания, — кивнул мужчина, когда дверь хлопнула.

Этот день Даниэль с лёгкостью мог назвать сумасшедшим. Для фееричного завершения, наверное, не хватало только Санта-Клауса, вылезающего из камина в гостиной, или розовых пони, освещающих пространство радугой.

Заказанная наспех доставка с едой приехала через несколько минут. Остывший чай, так и остался не выпитым, отправился вместе с кружкой к грязной посуде. Заменив обед быстрым ланчем, Даниэль вернулся в детскую комнату.

Последний раз, когда они тут жили, Мэри было всего два годика, поэтому пришлось заказывать новую мебель, одежду и продукты. Они всё равно будут ещё жить здесь какое-то время. Правда несколько дней будут ночевать в одной комнате, но Даниэль понимал, что так, наверное, было бы даже если бы и стояла подходящая для дочки кровать. Мэри перепугалась до чёртиков и наверняка ещё какое-то время будет бояться спать одна.

Время летело почему-то быстрее, чем когда Даниэль сидел допоздна в офисе. Вызванный им же клининг уже успел уехать, оставив за собой идеальную чистоту. Продукты лежали в холодильнике, коробки с любимыми хлопьями Мэри стояли в шкафчике. Экономка, взявшая отпуск после случившегося, привезла щенка Мэри, и он бегал по квартире, выпрашивал вкусняшки и спал на диване.

Ясный день сменился