Порножовщина - Рут Карделло

— Мама! — восклицает Эшли.

Я поднимаюсь на ноги.

— Нет, я понимаю, — говорю я ее матери. — Я слышал так много замечательных вещей о вас и теперь вижу сам, откуда у Эшли такая внутренняя сила и стержень.

Не слышно ни звука. Никто не двигается, кроме Эшли, которая теперь стоит рядом со мной, возвращая свою руку в мою.

Мы ждем.

Один уголок рта Лорен изгибается, затем другой, пока улыбка не расцветает на ее лице.

— Будь добр к моей дочери.

Я киваю.

Глава десятая

‡

Эшли

Вскоре после того, как моя мать уходит, Шерил тянет меня на кухню.

— Что ты планируешь делать?

— Ты о чем?

— Рэй. Тебе удобно, если он остается здесь, или нам следует взять его с собой?

— Ох, — у меня все еще кружится голова от всего, что произошло. — Я не думала наперед. Я просто рада, что он жив.

Она переминается с ноги на ногу.

— Я не знаю, как сказать кое-что достаточно тактично.

— Тогда спроси себя, нужно ли вообще это говорить.

Она морщится.

— Чувствую, что нужно.

Я прислоняюсь к столешнице. Мы с Шерил достаточно хорошие подруги, и я уверена: что бы она ни собиралась сказать, она сделает это потому, что я ей небезразлична.

— Говори уже.

— Ты видела, на что способен Рэй…

Я складываю руки на груди.

— Я также почувствовала, как он заботится обо мне. К тому же, он был сам не свой. Даже Джек сказал это.

— Да, но они давно знают Рэя.

— И?

— Стоит ли тебе оставаться с ним наедине?

Ее беспокойство обоснованно, но я не хочу, чтобы он уезжал с ними. Это так просто и так сложно одновременно.

— Я остаюсь с ним.

Она вздыхает.

— Я так и думала. До встречи с Джеком я бы возмутилась, но сейчас я понимаю. Когда возникает эта связь, она настолько сильна, что это пугает. Я продолжаю говорить Джеку, что ищу способ освободить его, но, если честно… Я привязана к нему. У меня никогда не было никого, без кого я не могла бы представить свою жизнь. Я не просто люблю Джека. Он мне необходим. Это та часть, с которой я не знаю, что делать.

— Мне не необходим Рэй, но я не хочу, чтобы он уходил.

— Так все и начинается.

Я чешу затылок, пытаясь разобраться в этом.

— Неужели привязываться к кому-то еще больше из-за того, что ты узнал его лучше, так плохо?

— Нет, — она делает страдальческое лицо. — Может быть. Я люблю в Джеке все. Мне нравится, какой он добрый, сильный и как безумно он хочет, чтобы я была счастлива…

— О да, это определенно звучит как нечто, от чего следует излечиться.

Проигнорировав сарказм и сцепив руки перед собой, она спрашивает:

— Твоя мать заставила меня почувствовать себя немного лучше, сказав, что даже нормальная любовь является химической реакцией, но откуда мне знать, что это продлится долго? Что однажды чувства просто не исчезнут?

— Ты и не можешь этого знать, но это проблема для всех в любых возможных отношениях. Мужчина, который путешествует, может завести роман, пока его пары нет рядом. Богатый мужчина может позволить себе скрывать женщину на стороне. Простой рабочий может разлюбить из-за скуки и рутины. Или его жена может. Это случается каждый день. Но если мы живем в постоянном страхе перед наихудшим возможным исходом… что это за жизнь вообще?

Она стонет.

— Ты права.

Я хихикаю.

— Иногда.

После паузы она говорит:

— Вы с Рэем, кажется, уже глубоко связаны. Вначале я не могла слышать мысли Джека… да я и сейчас их не слышу, а, скорее, чувствую. Между вами тоже самое или нечто большее?

— Трудно сказать, ведь мне не с чем сравнить, но да, я слышу его голос. Звук четкий, но слабый, как телефонный разговор, при котором держишь телефон далеко от головы.

— Хью, Джек и Рэй обладают разными сверхспособностями? Ну и слово, конечно… Это все Мерседес. Я бы предпочла меньше терминологии из комиксов, поэтому называю такое, скорее, улучшениями… Короче, у них, конечно, много общего, но есть и различия, верно?

— Этого следовало ожидать, не так ли?

— Наверняка, — она поджимает губы. — Во всем этом пока так много неопределенности. Я изучала образцы крови Джека, и я рада, что твоя мать взяла образцы у всех. Даже у нас. Я должна была подумать об этом. Мы ведь даже не знаем, как пребывание с ними влияет на нас самих.

Мои глаза округляются от этого.

— Ты думаешь, что они могут влиять на нас?

Она опускает глаза.

— Я не знаю. Я чувствую себя по-другому, когда я с ним. Все выглядит лучше, вкуснее… Я чувствую себя такой живой. Но, может быть, именно на это похожа настоящая любовь.

Я опускаю руки, подхожу и обнимаю ее.

— Мы жалкие. Ты понимаешь это, верно? Две хорошо образованные женщины говорят об отношениях так, словно они все еще подростки.

Она обнимает меня в ответ и тоже смеется.

— Спасибо, что поговорила со мной. У меня в голове все это вертелось без остановки, и я чувствую себя лучше, сказав все вслух.

— Всегда рада.

— Итак… Рэй останется здесь на ночь? — она смотрит на меня, шевеля бровями.

— Не надо тут вот это. Он будет спать на диване.

Она делает притворно-невинное лицо.

— Как скажешь.

Я швыряю в нее кухонным полотенцем.

— То, что ты потаскушка, еще не значит, что я тоже.

Она тут же бросает полотенце обратно.

— Врать лучшей подруге нехорошо.

Мы снова смеемся вместе.

Мерседес входит в комнату.

— Ребята оттирают ковер и стены твоего офиса. Хью сказал, что к завтрашнему дню он добудет для тебя новые лампы. Не идеальный результат, конечно, но есть прогресс.

— Подожди, — говорю я удивленно. — Хью, Джек и Рэй убираются в офисе?

Мерседес озирается в замешательстве.

— Разве это не то, что я только что сказала?

— Как ты заставила их это сделать? — у меня отвисла челюсть. — Еще и сделать это вместе.

Ее плечи приподнимаются, и она медленно произносит:

— Я… попросила их?

Шерил улыбается ей.

— Мерседес, миру нужно больше таких людей, как ты.

Она несколько раз быстро моргает, словно оценивая искренность Шерил.

— Они хорошие люди. Даже Рэй. Хью много рассказывал мне о жизни Рэя до проекта "Чернильница", и мое сердце разрывается из-за него, — она улыбается мне. — Он сделал правильный выбор в виде тебя, Эшли. Рэю нужен кто-то, кто поверил бы в него.

Я обмениваюсь взглядом с Шерил, прежде