Чудовище для окаянной - Аселина Арсеньева (Aselesa)

— Так, в кино же актриса играет! — пытаюсь вразумить женщину.

— Да знаю я, ничего я ей особого не сделала. Прыщавой походит с десяток лет, да в оспинах. А вот ты не вовремя со своим характером попалась. Ну ничего... Теперь с тобой заживём! — неожиданно успокаивающе, проговорила Яга.

— Так, а как же Яр? Неужели нет способа нам встретиться?

— Ну... Вот, почитай, — пододвигает ко мне книжку, взятую со старинного лампового телевизора.

— Что это за книга?  — спрашиваю, но уже и сама читаю название: «Папоротник цветёт в венке, или Подарок от супостата».

— Суженая одного из Горынычей тиражом выпустила. Что правда, а что ложь там, — тебе решать. Только, глядишь, и ответ в ней на вопросы для себя найдёшь.

— Тогда я возьму, почитаю, — притягиваю к себе книгу.

— Бери. А теперь иди. Сейчас серьял начнётся, — не дав даже чая глотнуть, прогоняет Яга. — Там такой кабальеро, — прокляла бы, да наблюдать за ним занятно!

Улыбаюсь и попрощавшись выхожу. Мурка за мной.

— Ты мне яиц обещала. Я помню.

— Идём, — зову её с собой.

Стоило мне зайти в квартиру, как Мурка превратилась в вполне себе в современную девушку.

Я так рот и открыла! Стильная. Стройная. Вся в чёрном: ремешки, бляшки, цепочки, клёпки, но при этом без перебора. Волосы, опять же чёрные, распущенные, струятся, спускаясь ниже талии. Смотрится органично.

— Чистая физиология и никакой магии, — подмигивает мне она.

— Мурка, ты…

— Маруся, я.

— Маруся… Ты просто красавица. А Кутька где?

— Так извели, ироды, во главе с Огневедой этой. Спалили! За нас с Ягой Яр вовремя вступился, хотя слово давал лишь от нечисти защищать. Вот и хоронились мы у него, пока Огневеда об Горынычей зубы не поломала. Книжку-то и правда почитай. Там хоть про нас не написано, зато, про Горынычей есть.

— А про Яра?

— Ни слова, — вздыхает. — Ладный мужик был. Жаль, что человек... Мне его, да Кутьки, до сих пор не хватает.

Глава 23

Так потекли дни. Чем дальше, тем сильнее я тосковала по Яру.

Мурка регулярно ко мне приходила. Теперь уже в образе знойной брюнетки. Она даже из дома меня на прогулки вытаскивала. А книга про папоротник стала моей настольной, так как она была единственной ниточкой хоть как-то напоминающей о проведённых там днях. Хотя мир, описанный в ней, казался мне несколько другим, нежели запомнила я. Хотя, что я видела, кроме единственной деревни и диких мест, по которым мы с Яром прошли...

— Слушай, подкати сегодня к Яге. Она добрая. Последняя серия хеппи-эндом закончилась, — советует Маруся.

— Она же сказала, что не поможет, — качаю головой, уже боясь надеяться.

— Сказала. Но способ-то есть! Это ж Яга. Она вредная. Я колбасы Краковской у неё месяцами выпрашиваю.

— Будто сама купить не можешь, — фыркаю.

— То сама, а то подношение. Для таких как мы, это колоссальная разница.

— На вкус влияет?

— На силушку и долголетие, — серьёзно кивает Маруся и мне сразу перестаёт хотеться шутить.

К Яге, по совету Мурки, я явилась не с пустыми руками. Шарлотку испекла.

Мурка оказалась права. Яга светилась от счастья! Казалось, даже помолодела!

— Ну так бы сразу! — потёрла она ладони и отломила пирог руками, незамедлительно начав жевать. — Пойду чайник поставлю. Ну, с чем пожаловала?

— Книгу прочитала. Много раз. Ответов не нашла. Как мне Яра сюда перенести?

— Так этот и не найдёшь.

— Как так?!

— Но способ всё же есть, — ухмыльнулась Яга. — Правда дорогостоящий.

— Все деньги что у меня есть отдам! — торопливо заверила я.

— Ой нужны мне твои копейки. У меня пенсия больше!

— Какая пенсия? Ты ведь не выглядишь на старуху!

— Я выгляжу так, как мне выгодно. Могу и на старуху немощную потянуть, чтоб пенсию побольше получать.

— Это же нечестно!

— Так и я не божий одуванчик. Да учитывая настоящий возраст, я уж в разы больше получать должна! И за вредность надбавку дать должны!  Так что я ещё в убытке!

— Так что же ты за помощь хочешь?

— Хочу? А что бы ты три испытания пошла.

— И всё?

— Пока всё. А что мало, что ль?

— Нет-нет! Самый раз! — поторопилась исправиться я. — Какие?

— Это я тебе постепенно говорить буду.

— Хорошо, — согласилась я, понимая, что вступая в споры, могу и вовсе на отрицание нарваться.

— Иди полы помой в тамбуре, а то обленилась совсем, — ворчит Яга.

Я от возмущения чуть не взорвалась!

Ну что за испытание?

Как мытьё полов вообще с этим связано?!

Вот чувствовала, что стебётся Яга, а ослушаться не посмела. Поплелась мыть.

Сделав дело, постучала в её дверь.

–  Вот там соринку подбери, — показывает пальцем. — А после, у тебя времени до конца недели, чтобы ремонт тут состряпать.

Всё ещё оценивает отмытый с хлоркой пол.

— Ремонт?! Самой? Четыре дня от недели осталось! — смотрю возмущённо.

— Тут уж мне без разницы, как ты это сделаешь. Сама испытания просила. А мне, главное, чтоб глаз радовался.

 Маляров пришлось нанять, прилично разорившись. Ободрали и отштукатурили за день. Покрасили белым на второй слой, а на третий я начала рисовать. Попробовала восстановить в памяти тот ручей, где Кутька сидела. И печку на противоположной стене от Кутьки нарисовала, под яблоней с краснобокими жёлтыми яблоками. Старалась припомнить каждую деталь. А ещё костёр нарисовала и шалаш возле него, где мы с Яром впервые ночевали. Хотела и Яра нарисовать, но он никак не выходил. Отчаявшись, нарисовала его со спины.

А вот Мурку с Ягой возле Кутьки, мне удалось дорисовать.

Яга как мои художества увидела, растрогалась, бросилась Кутьку на стене обнимать.

И правда. Очень реалистично