Обручимся? Влюблен без памяти - Вероника Лесневская

- Точно не за тем, о чем ты там размечталась, - не скрывает ехидства Высоцкий, пока я превращаюсь в большой спелый помидор. - Маленькая леди заявила, что ей надо заплести косу, иначе к утру она не расчешет волосы. Однако если это сделаю я, ей вообще придется парик покупать.

- Спасите меня, добрая белая фея, - девочка театрально прикладывает руки к груди. - Кстати, я Маруська, - подает мне ладошку, чуть не присев в книксене.

- Слава, - аккуратно пожимаю ее пальчики.

- Если бы я знал заранее, что меня ждет такая засада, то сначала бы заставил ее родителей подготовить дочь ко сну, а только потом отдавал бы им ключи от номера для новобрачных, - причитает Высоцкий, запустив пятерню в волосы. – Я сегодня усатый нянь, только без усов, а ты, как моя очень личная помощница, обязана меня подстраховать.

Окинув меня лукавым взглядом, крутит пальцем в воздухе, приказывая мне развернуться, и помогает снять пальто.

- А, так это вы для брата бронировали? – поддерживаю разговор, поежившись от его прикосновений. Стараюсь не подавать вида, что я дико растеряна и смущена. Ситуация дурацкая. Впрочем, у нас других не бывает…

- Разумеется, - важно громыхает босс, довольный собой. - Этот остолоп сам бы не догадался – и ещё бы лет двадцать свою фиктивную жену настоящей делал.

- Что такое «фиктивная»? - с интересом уточняет Маруська. Мы обе обращаем внимание на Высоцкого, и он понимает, что сболтнул лишнее.

- Забудь, - отмахивается, щелкнув племяшку по вздернутому носику. - Сашка для твоего папки – самая любимая… Просто он туго соображает. И заботится о своей репутации больше, чем о личной жизни.

- А вы наоборот? – импульсивно поддеваю его, вызывая легкую ухмылку на тонких губах.

- Намекаешь на мою плохую репутацию? Так у меня к ней подход простой: что мертво, то убить нельзя, - выдает с хриплым смешком.

- Дядя Арс, давай сначала нашу гостью ужином покормим, - тяжело вздыхает она, как умудренная опытом старушка, дико уставшая от непослушных внуков. – А потом Слава заплетет мне красивую косу, и будем в приставку играть до утра.

Маруська деловито диктует мне «план мероприятий», берет за руку и настойчиво тянет за собой в зал с пресловутым телевизором на всю стену. Напротив него стоит тележка с едой из ресторана, разложенный диван с горой постельных принадлежностей, будто на нем в подушечный бой играли, а в дальнем углу помещения – белый рояль, который сразу бросается в глаза.

- Нет, подождите, - очнувшись, оглядываюсь на босса. – Я не могу провести с вами ночь, - закусываю губу, осознав двусмысленность фразы.

- Почему? – хмыкает он с неприкрытым ехидством. – Я тебе разрешаю.

Задыхаюсь от его наглости, но всё-таки нахожу в себе силы твердо отчеканить:

- Потому что меня дома ждут.

- Я предупредил уважаемого Ярослава Владимировича, - пафосно сообщает Арсений. - Он в твоей квартирке единственный мужчина на хозяйстве, который переживает за тебя, Пашка не в счет, - небрежно бросает, вальяжно шагает в гостиную и падает на диван.

- Откуда у вас номер моего брата? – искренне удивляюсь, проигнорировав шпильку в адрес моего жениха. Не хочу обсуждать личную жизнь – она и так дышит на ладан.

- Я легко добываю все, что захочу, - загадочно тянет, обласкав меня хитрым взглядом. - Да и Ярослав славный малый, думаю, мы подружимся. Кстати, он тебя отпустил на всю ночь, однако… - подается вперед, облокотившись о широко расставленные колени, и переходит на хриплый шепот, чтобы Маруська не слышала, - прежде пообещал мне все оторвать, если я тебя трону против воли. Для себя я сделал вывод, что по согласию, в принципе, можно, - подмигивает мне, похлопывая ладонью по сиденью рядом с собой.

Отшатываюсь от него, как от прокаженного.

- Вы сейчас все наши условия нарушили!

- Виноват, расслабился, - хлопает себя по бедрам и встает, одернув штаны. – Я в душ, раз уж у нас теперь есть нянька, а вы пока ужинайте и заплетайтесь, - ласково взъерошивает Маруське кудри, а она надувает губки и забавно отбивается.

- Теперь я ещё и няня? - фыркаю недовольно.

- Карьерный рост, - подшучивает босс. – Премию за эту ночь выпишу. В размере оклада.

На секунду чувствую себя продажной девкой, но отмахиваюсь от неприятных мыслей. Нет ничего плохого в том, чтобы посидеть с ребенком. Это даже благородно. Да и Высоцкий в присутствии племянницы ничего лишнего себе не позволит. Что я теряю?

- Несколько таких ночей – и я погашу кредит, а потом со спокойной душой смогу уволиться из отеля и избавиться от вас, - тихо хихикая, я устраиваюсь рядом с Маруськой на диване и раскладываю резинки. – Что? – вскидываю подбородок, заметив озадаченное выражение лица Арсения. Его губы сжаты, будто он хочет сказать что-то, но сдерживается из последних сил.

- Ты специально провоцируешь меня пошло пошутить? – наконец выдает.

- Н-нет, просто вы безнадежно испорчены.

Вспыхиваю, осознав, как порочно звучали мои размышления о плате за ночь, и отворачиваюсь. Провожу ладонью по шелковистым волосам девчушки, перебираю кудряшки пальцами, прежде чем взяться за расческу. Слышу, как хлопает дверь в ванную, и протяжно выдыхаю.

- Мне кажется, вы станете его невестой, - вещает Маруська, словно маленькая провидица. Вместо магического шара смотрит в экран телевизора, по которому скачут игровые персонажи.

- Почему? – растерянно уточняю.

- Потому что дядя Арс не водит ко мне кого попало, - деловито взметает палец в воздух.

Нервно усмехаюсь, вспоминая таинственную Ирэн, которая выплывала из его кабинета. Действительно, сложно представить, как такая мадам возится с семилеткой и делает ей колосок, выбирая резинки с вишенками или цветочками. Зато Высоцкий с ней спит, это понятно по их поведению, так что Маруська зря надеется на адекватную тетушку.

Но знать ей об этом пока не стоит…

- Готово! – восклицаю, закончив плести густую косу. Закрепляю ее синей лентой, завязывая бант у основания. – Удобно? Нигде не тянет?

- О, я как Бель, - подскакивает с дивана и, заливисто смеясь, кружится на месте.

Устало откидываюсь на подушки, наблюдая за милой девочкой. Родить бы себе такую же, и никто бы мне не нужен был больше... Глаза закрываются после тяжелого, насыщенного событиями дня. Сквозь полудрему пробиваются убаюкивающие нотки, как будто кто-то