Сердце генерала и вкус счастья - Кира Рамис

— Заказывай! Интересно, какие рецепты предложит артефакт! — засуетился хранитель.

— Хорошо, — и обе книги отправились в корзину.

От суммы к оплате у меня задёргался глаз. Поэтому кнопку «оплатить» я нажимала с закрытыми глазами и трясущимися руками, а потом тяжело вздохнула:

— Больше никаких покупок...

— Как это?! — одновременно воскликнули Эштон и храннесс.

— Слишком дорого выходит. Моё сердце скоро не выдержит, — произнесла, пряча телефон под подушку.

— Всё оно выдержит. Вдруг завтра вновь откроется раздел со сладостями? — снова засуетился храннесс и посмотрел на Эша.

— Да, да. Ты обещала ещё один торт, — тот тут же поддержал хранителя.

— Хорошо. А теперь разберёмся с шахтой, — повернулась к тому, кто обещал камень и морозилку. — Мясо прибудет или ночью, или утром. Поэтому нам стоит поспешить.

— Собирайтесь! Едем! — сразу ответил Чаз.

— Нет. Первым делом завтрак, а потом уж поездки в незнакомые шахты. Эштон, торта нет, но пирожки остались. Идём есть.

Из дома уходили с надеждой, что в наше отсутствие теневые маги не станут заходить внутрь.

Взяв немного денег, мы с лёгкостью поймали экипаж. Извозчик не видел Чазера лишь потому, что тот сам не захотел ему показываться. Четыре часа, на которые был нанят мужчина, обошлись очень дорого — в целый серебряный.

Шахта находилась у подножья гор, до которых добираться пришлось целый час. На городских воротах стража пропускала всех в обе стороны. Лишь с въезжающих взималась плата, а подозрительные личности подвергались проверке. Об этом рассказал брат, помня о моей забывчивости.

— Вы чего, наниматься на работу в шахту приехали? — усмехнулся извозчик, стоило нам спуститься на землю. — Так она же не работает. Закрыта давно.

«Смотри-ка, каков фрукт. Сначала взял деньги, привёз и лишь потом решил рассказать, что тут всё быльём поросло, — подумала я. — Да, есть всем хочется. Если бы на нашем месте были другие люди, то те по понятным причинам отказались бы ехать. А извозчик потерял бы деньги».

— Как жаль, что она закрылась. Но мы — хозяева шахты.

Услышав мои слова, продуманный извозчик поперхнулся и проводил нас удивленным взглядом.

Затем нас встретили широченные ворота и огромный замок.

— А у кого ключи? — первым о них вспомнил Эштон.

— У меня, — улыбнулся появившийся у ног Чазер.

На большом кольце крепилось с десяток длинных, массивных и витых железок.

— Но откуда? — прошептала, протягивая руку.

— Ха! У главного хранителя рода, коим я являюсь, есть ключи от любого помещения, принадлежащего наследникам. Я сам, — отодвинув мою руку, Чаз с помощью магии поднял связку.

Огромный замок из чёрного металла с лёгкостью поддался и через мгновение повис на крюке, вбитом в скалу.

Массивные ворота, которые даже при помощи Эштона у меня не получилось бы открыть, хранитель распахнул, лишь махнув рукой.

— Заходите, — пригласил малыш нас внутрь.

— Может, замок взять с собой? А то вернёмся, а того тю-тю? — посмотрела на крюк.

— Его невозможно украсть. Он связан с этим местом магией, — мне словно ребёнку пояснил храннесс.

— Темно, — прошептала, осматривая стены. — Мы пойдём на ощупь?

Рядом раздался вздох:

— Как тяжело с желторотыми и необученными наследниками. Нет. Свет будет, но недолго. Только бы не уснуть. Вивианна, слушай внимательно. Я постараюсь, но могу исчезнуть. Когда доберёмся до места, ты прижмись головой и руками к камню. Думай о Чёрной слезе и на хранителя не разменивайся. Я помочь не смогу. Эштон, возьми меня на руки.

Брат кивнул и поднял хранителя. А тот тотчас начал испускать сиреневый свет, заделавшись фонарём.

Ключи пригодились ещё несколько раз. Шахта не была сквозной, поэтому проходы то поворачивали, то загибались. У последней двери мы замешкались.

— Не люблю я эти тёмные шахты, бр-р-р, — Чаз открыл последнюю дверь и широко зевнул.

Удивительно, но именно за этой дверью нас встретил зеленоватый магический свет.

— Как глубоко, — чуть наклонилась и посмотрела вниз через перила. — Спускаться? Или можно тут поискать «Чёрную слезу»?

— Спускаться, — наш личный фонарь погас. — Посплю чуток. Как доберётесь, я проснусь, — и исчез.

Мы не менее часа шли по выдолбленным ступеням, что тянулись вдоль стен. Радовало то, что имелись деревянные перила, хотя голова то и дело кружилась.

Оказавшись внизу, осмотрелась и категорично заявила:

— Дальше не пойду.

Справа и слева на нас смотрели два чёрных зева. От их вида пробирали мурашки по телу.

— Хорошо, — в ответ прошептал Эштон. Ему, как и мне, было не по себе. — Чазер, — не повышая голоса, позвал он, но храннесс не появился.

Как и учили, приложила голову и руки к стене. Медитировать, прижавшись к холодному камню — то ещё удовольствие. Постоянно сбивалась.

— Сосредоточься, — шёпотом подбадривал Эштон.

Маленькие тёплые ручки легли на мои плечи, а в области шеи ощутила небольшую тяжесть.

— Успокойся и медитируй, — прошептал Чазер.

Легко сказать: «Медитируй». Расслабилась, да только, сколько ни звала Чёрную слезу и хранителя шахты, всё без толку. Начали неметь не только руки, но и ноги. Разозлившись, мысленно закричала в чёрную пустоту перед закрытыми глазами.

Ругаясь, я требовала проснуться хранителя, а затем представила, как ко мне сквозь каменную толщу летит Чёрная слеза.

И вот наконец случилось чудо.

Послышался тихий грохот, который постепенно нарастал.

— Ложись! — кто-то гаркнул над ухом, и меня мигом прижало к земле.

Глава 19

Моё испуганное тело прижало к широкой груди, сердце билось раненой птицей. На мгновение всё стихло, в глазах потемнело.

– Вивианна Штормчазер, – на ухо с придыханием произнёс знакомый голос. Меня поставили на землю, но уже в другом месте, практически у входа в шахту. – Что вы делали глубоко в шахте?

Сильные руки чуть тряхнули меня за плечи.

– Пустите, – нахмурившись, посмотрела на теневого воина. – Мой брат!

– Я тут, Виви, – подал голос Эш из-за спины. – Со мной всё хорошо.

– Не отвлекайтесь и отвечайте на вопрос, – мужской указательный палец коснулся моего подбородка, поворачивая обратно к себе. – Что вы делали в закрытой пустой шахте?

– Имеем право, – раздражённо бросила в ответ. – Это наша родовая шахта, принадлежит мне и брату. Пришли проверить, как тут обстоят дела.

– И как? Проверили?

– Не