Вечное лето - Кейси Эшли Доуз

А Кэти просто плевать, поэтому мы обе свободны.

На уроках, конечно, наши ошейники, наоборот, затянули сильнее: новых тем уже нет, потому каждый урок – это практика. Выход к доске, ответы на вопросы и так далее. Здесь для Кэти проблема, но для меня и это не вопрос. Я почти все знаю, потому всегда безошибочно отвечаю на различные вопросы, заданные мне.

Короче, жизнь идет просто прекрасно, пока утром десятого числа я не передвигаю квадратик календарика и не замечаю черный кружок, которым обведен этот день.

Сантино Рамос.

Черт бы его подрал.

До поры до времени я еще надеюсь, что, может (ну чем черт не шутит), Кэти окажется права и Сантино попросту забудет об этом вечере. Может, про долг он помнил, потому что те две недели я постоянно мелькала у него перед глазами, как живое напоминание. А здесь прошло полмесяца, он меня даже не видел, наверняка уже появились дела поважнее. Как кого побить или что ограбить.

Короче, надежда зреет во мне, как яблоко на дереве.

Я даже сама уже забываю про это, занимаясь своими делами, когда ближе к семи раздается стук в дверь. Я знаю, что это не мама, – у нее смена до девяти сегодня. Вряд ли Тэд – сейчас у него тренировка. Может, Кэти вдруг решила заглянуть?..

Но все мои надежды, как созревшее красное яблоко, бьются о поверхность земли, когда я вижу на пороге Сантино. На нем все та же не шибко новая футболка, джинсы, кроссовки, а во рту сигарета Кажется, он вообще не заморачивается сменой своего гардероба. Ну, порвут в очередной драке джинсы – станут по моде, и всего-то.

Он окидывает меня скептическим взглядом и небрежно бросает:

– Либо ты забыла, что мы идем, либо забыла, где твой шкаф.

От такой наглости я даже не нахожусь, что ответить, и в итоге фыркаю:

– Нормальные люди говорят, когда зайдут. Чтобы другой человек мог заранее подготовиться. Или я, по-твоему, должна была одетой сидеть с полудня?

Он в свойственной ему манере пропускает мое справедливое замечание мимо ушей:

– Ну вот я и говорю: у тебя десять минут.

– Сколько надо будет, столько у меня и будет минут, – сухо отвечаю я, но он не дает закрыть мне дверь, нагло поставив в последний момент ногу между косяком и дверью.

– Не пригласишь гостя внутрь? – уточняет он.

– Гость, – это когда его зовут.

– Не очень-то вежливо так отплачивать за помощь, – саркастично ухмыляется Рамос, явно находя весь этот абсурд забавным.

В итоге мне все-таки удается выставить его за дверь и захлопнуть ее.

Я даже не пытаюсь как-то вынарядиться или типа того. Наношу лишь базовый слой косметики, на тот случай, если вдруг встречу кого из своих. Конечно, лучше бы этого не произошло, – что они только решат, увидев меня в компании Рамоса? Но не исключаю, что такое может случиться, – сегодня концерт Свифт и кто туда не идет, тот собирается вокруг, чтобы хотя бы эхо послушать.

В общем, толкучка в городе намечается большая.

Домашнюю одежду заменяю шортами и майкой, потому что уже настали жаркие дни. Но не той майкой или топом, которые таскает Кэти. Такие у меня, конечно, тоже есть, – но они точно не для прогулки с Сантино. Та майка, которую надеваю я, лишена большого выреза и больше напоминает просто футболку с лямками вместо рукавов.

А шорты вообще с прошлого года. Закалываю волосы в хвост сзади, и вдев ноги в удобные босоножки, выхожу на улицу, заперев дверь. В таком наряде я вполне могла отправиться в гости к бабушке или на загородный пикник с Кэти.

Сантино стоит, облокотившись на нашу калитку, и докуривает очередную сигарету. Увидев меня, еще раз окидывает взглядом и так же равнодушно выходит со двора. Мне и не нужны его комплименты, но гораздо приятнее, когда кто бы то ни был смотрит на тебя хотя бы с интересом, особенно если это какой-никакой парень.

– Ты тоже прекрасно выглядишь, – язвлю я.

– Не думаю, что ты хотела произвести этим впечатление, – проницательно замечает он, имея в виду мой образ.

– Правильно думаешь.

– Зачем мне тогда тебе врать?

– Хам, – фыркаю я.

Он лишь жмет плечами, словно говоря «какая ты непоследовательная».

Мы молча проходим десять минут. Я скрещиваю руки и иду рядом, а он не оброняет больше ни слова. Наконец я спрашиваю:

– Куда мы идем?

– Узнаешь.

Карман шортов жмет перцовый баллончик, а в другом кармане мобильник. Перед выходом я отписалась Кэти, а значит где-то через треть часа она должна первый раз отзвониться.

Еще через десять минут я понимаю, что мы приближаемся к площадке, где должна выступать Тейлор Свифт, а еще через пару минут даже вижу очередь, которая выстроилась на вход. У них проверяют билеты и пускают внутрь.

Не могу поверить. Мои глаза уже начинают возбужденно блестеть, когда я трогаю Сантино за руку:

– Боже мой, поверить не могу, ты купил билеты на концерт?

Может, ограбил что покрупнее?

– Нет.

Я тут же мрачнею, будто меня публично оскорбили:

– Тогда зачем мы здесь?

– Узнаешь, – повторяет он, – терпение.

Мы протискиваемся мимо толкучки – тех, кто с билетами, и тех, кто пришел им позавидовать, типа меня, – и проходим дальше. Только куда-то за угол.

– Куда ты меня тащишь? – цежу я.

Насколько видно, там вход перекрыт металлической оградой, и вообще там как-то стремно.

– У тебя телефон с собой? – спрашивает он, почему-то вдруг начав говорить тише обычного.

Я мнусь. Это уловка, чтобы забрать у меня его? Ладно, по крайней мере, позади нас огромная толпа людей. Вряд ли он что-то мне сделает.

– Да, – бросаю я.

– Тогда выключи его.

– Ага, ну конечно.

Он раздраженно закатывает глаза:

– Тогда хотя бы поставь на беззвучку.

– Зачем? И куда мы идем?

Я останавливаюсь, скрестив руки на груди.

– Скоро узнаешь. Выруби мобильник, иди за мной и говори тише.

– Так и начинаются фильмы ужасов, – бурчу я, не сдвигаясь с места.

– Да, а я маньяк, который тебя трахнет, потом убьет, перемелет труп на мясорубке и скормит четырем дюжинам своих огромных собак, – фыркает он, – и, кстати, я сразу заметил твой баллончик. Он оттопыривается, как хрен знает что. И почти уверен, что вскоре тебе позвонит твоя глупая подружка, чтобы у меня сложилось впечатление, что все знают, где ты и с кем ты, и чтобы я трижды подумал, прежде чем тебя грохнуть.

Я даже не нахожусь, что ответить, настолько изумлена. Неужели так легко меня изобличить? Или это ожидаемая реакция на походы с типами вроде