Стерва - Кира Романовская

на фотографии в соцсети — коренастый блондин, с аккуратной короткой чуть рыжеватой бородой, с двумя серёжками в ушах и, конечно, весь в татуировках. Он встретил её у стойки администратора, широко улыбнулся доброй, чертовски обворожительной улыбкой, и протянул руки, чтобы обняться. Алеся замешкалась, вспоминая, когда в последний раз с кем-то обнималась, вроде с Эдиком, перед Новым годом, когда он неожиданно подарил ей подарок. Любил он обниматься, а вот Алеся как-то не очень.

Никита взял дело в свои крепкие руки и обнял её сам, сдавливая её хрупкую фигурку в своих объятиях. Он проводил её в свой личный кабинет, где набивал татуировки клиентам.

— Хочешь сначала о деле, а потом попить кофе или наоборот?

— Предпочитаю сначала дело. — улыбнулась Алеся.

Никита показал ей варианты эскизов, которые она выбрала заранее, объяснил всю процедуру нанесения тату, возможные побочные эффекты и сложности. Алеся всё это уже знала, тщательно собирая информацию в сети и на странице тату-салона, однако, слушать, как мастер с горящими от воодушевления глазами говорит о своей работе было гораздо интереснее. Никита был известен среди мастеров тем, что помогал людям прятать под тату шрамы, фото на сайте до и после воистину впечатляли. Именно они и зацепили Алесю и в её голове поселилась навязчивая мысль, наконец, закрасить на себе уродство. Впрочем, её преследовала другая мысль — самодостаточная женщина так не поступает, она делает всё для себя, а не для других. Может, не такая уж Алеся и самодостаточная, какой себя всегда считала?

— Ну, вроде всё обсудили, ты думай, решай, летом будет свободное окно, чтобы набить спину, а сейчас готова к походу в Нарнию?

— Что? — опешила Алеся, когда Никита взял её за руку и повёл к шкафу, встроенному в стену.

— Только никому не говори! Это незаконная перепланировка. — подмигнул ей Никита, открывая дверь ключом.

За ней оказалась винтовая лестница на второй этаж, прямиком в трёхкомнатную квартиру Никиты над тату-салоном. Они прошли на уютную кухню, где Никита напоил её чаем и угостил выпечкой из лучшей кондитерской в городе. Наслаждаясь нежным вкусом «Анны Павловой», Алеся с улыбкой смотрела на Никиту, который всё с тем же воодушевлением теперь рассказывал о своей недавней поездке в Альпы, он занимался сноубордингом.

Никита был на три года младше Алеси, его смело можно было назвать эдаким типичным «хорошим парнем», — добрый, отзывчивый, легко находил со всеми общий язык, и вот такие парни по закону подлости вечно тусуются у женщин во френдзоне. С ним рядом было очень тепло, а вот Алеся на таком хорошем парне в своей жизни однажды очень сильно обожглась. Влюбилась, открылась, думала будет счастлива, а потом удар в солнечное сплетение — хороший парень плюнул в душу, раскурочив скудные остатки веры в людей. Даже её недолгие абьюзивные отношения с мужчиной, который характером и родом занятий напоминал Назара, были не такими травмирующими, как предательство хорошего парня. Она старалась ни о том, ни о другом лишний раз не вспоминать, да и было это очень давно — ещё в студенчестве.

Алеся теперь совсем другая и отношения с мужчинами для неё всего лишь секс, ненадолго и на её условиях, а в партнёры она выбирала тех, кто не будет её продавливать на свои условия, и уж тем более лезть к ней куда-то, кроме как между ног, чтобы доставить удовольствие. Её привычный типаж любовников в последние годы — интеллигентные мужчины моложе неё, с которыми есть о чём поговорить, без замашек лидера и амбиций покорить женщину, которая за них давно уже всё решила. Никита вроде как почти подходил.

Пока Алеся думала, Никита начал действовать — он неожиданно поцеловал её, когда показывал коллекцию чашек его бабушки в советском серванте. В последний раз Миронова целовалась с Назаром, точнее он её целовал. С Никитой было совсем по-другому- нежно и очень чувственно, с Назаром — жёстко и грубо.

Алеся решила, что пора брать дело в свои руки, Никита её шрамы видел, она отправляла их фото ещё зимой, чтобы он понял, с чем имеет дело как профессионал, раз целует — значит всё устраивает как мужчину.

Она обняла одной рукой его за плечи, страстно отвечая на поцелуй, а другую просунула под его футболку.

— Я всегда сверху и никогда не раздеваюсь. Презерватив у меня есть. За полчаса успеем? — прошептала Алеся.

Вместо ответа Никита приподнял её над полом, обхватив двумя руками поперёк туловища, и понёс к дивану.

— Вау! Ты как воин из племени маори! — воскликнула Алеся, когда он сорвал с себя футболку.

— Я всего лишь Никита, бывший учитель русского языка и литературы. — улыбнулся парень, склоняя голову в полупоклоне.

Он сел на диван и жадно смотрел на Алесю, которая стояла перед ним в платье, что три года подряд занимало первое место в её гардеробе в номинации «лучшее платье для быстрого секса». Черное, из тянущейся ткани, с молнией спереди от горла до колен. Она приподняла подол платья, сняла трусики, откинув их в сторону. Затем она взялась за молнию у шеи и расстегнула её до пупка, обнажая грудь в черном кружевном бюстгальтере, который тоже расстегивался спереди. Алеся щелкнула застежкой и Никита громко вздохнул, уж что что, а её грудь была изумительной, чем она и пользовалась.

От Никиты ничего не требовалось кроме как ласкать её грудь, пока Алеся доставляла им обоим удовольствие, двигая бедрами, сидя на нём сверху. Ей нравился его запах, его тело, он сам — больше для возбуждения ей было ничего не нужно, никаких эмоций и чувств, дальше оставалась только чистая механика и оргазм обеспечен. У Мироновой всё было четко и по плану, секс с Никитой закончился точно в срок и с ожидаемым результатом. Алеся мысленно поставила галочку в графе «повторить».

* * *

День ее рождения

Никита уговорил Алесю, что в её день рождения именинница придёт к нему в гости на праздничный ужин. Только вот у Назара были на Алесю другие планы. Она то думала, что он пригласил её на обычный ужин в кругу своих корешей, но нет, пошлые красные розы, комплименты, которые он будто силой из себя выдавил, а потом простое и понятное желание босса «я хочу с тобой переспать». Алеся пыталась свернуть этот ужин побыстрее, как можно корректнее высказав свой отказ.

Назар обвинил её в том, что она его хочет, уже второй раз за их недолгое сотрудничество. Где-то глубоко внутри себя она, может, и понимала, что так оно и есть, только вылезти наружу