Измена. Чтобы разлюбить - Лаура Норт

Магия пропала.

И хорошо!

Мы заказали обед. Он — какой-то суп. Я — стейк, и принялась безжалостно с ним расправляться. Агрессивно кромсала его на части и почти не ела. Филипп смотрел на мои кровожадные действия расширив глаза и тоже забывал есть.

— Я понял, что с тобой надо быть осторожным, можешь так наглядно не показывать. У меня от страха портится аппетит.

— Это я ещё сдерживаюсь. — любезно сообщила я.

— Давай сначала поедим, а потом поговорим? — взмолился он. — Я сегодня не завтракал, а мне ещё работать и работать! И… я ведь сегодня герой, спас тебя.

— Вообще-то я уже сказала тебе спасибо.

Стейк всё-таки оказался очень вкусным. Я не смогла удержаться от того, чтобы доесть всё до последней крошки. Божественно!

Не только Филипп проголодался.

— Поговорим? — предложил Филипп, когда нам принесли десерт.

— О чём нам говорить?

— О нашем будущем.

— А ты наглец!

— Мне положено. По должности. Так вот… сама подумай — нам выгодно встречаться… делать вид, что мы встречаемся. — поправился он, увидев мой свирепеющий взгляд.

— Что? Встречаться? Выгодно???

— Разве нет? У меня есть официальная девушка — ко мне не лезут поклонницы.

Я хмыкнула.

— Ну хорошо! Не так сильно лезут поклонницы.

— А мне какой интерес?

— К тебе не лезут ненужные поклонники.

— Ненужные! А если нужные? Рассказывать, что это не то, о чём они думают?

— Если встретится нужный, всегда можно будет скоропостижно расстаться. — серьёзно произнёс Филипп. — А пока у тебя будет защита от сплетен (я опять хмыкнула) и от всяких славиков и андреев.

— Прямо по больному бьёшь… — я вздохнула.

— Прости. Но я сделал, что мог. В этой ситуации.

Он смотрел на меня своими чёрными глазами, в которых не было ни тени шутки. Мы сидели у окна, ослепительные, почти вертикальные лучи солнца падали на стол между нами, создавая контраст с тенью, в которой пряталось его лицо. Выбеливали его нервно сплетённые руки.

Что мне мешало принять решение?

Согласиться?

Отказаться?

Почему я, вместо того, чтобы гордо и резко отказаться, перестать с ним разговаривать, бросить работу, на которой приходится каждый день видеть этого предателя — сижу здесь? Общаюсь?

Почему я смотрю в его невероятные глаза и медлю, вместо того, чтобы высказать ему всё, что накопилось?

Я вспомнила как плохо мне было четыре года назад. Кажется — прошло так мало, а чувство, как будто пронеслась целая новая жизнь. Мы стали другими и остались прежними. Но память не изменилась.

Так почему я не закатываю истерику, не ухожу с гордо поднятой головой?

На кончике языка дрожат слова, полные горечи и боли, упрёки, невысказанные тогда — но я молчу.

Как молчала и тогда.

Почему? Почему?

Неужели я хочу всё вернуть?

28 глава

Кажется, это то же самое, что прыгать с парашютом, чтобы победить страх высоты.

Я не верю сама себе, но медленно киваю головой.

Я согласна.

Не хочу бежать. Я уже бежала. Не помогло.

Не хочу прятаться. Не хочу показывать свой страх. Не хочу, чтобы мой страх управлял мною.

Хочу — повернуться и взглянуть ему в глаза. Испытать себя на прочность. Лучше я разгромно проиграю, чем всю жизнь буду прятаться сама от себя и лелеять свою боль. Смаковать её. Упиваться. Чтобы она подпитывалась, росла и переродилась внутри меня в чудовище, ненавидящее всё, что хоть отдалённо походит на то, что когда-то её разбудило. Чудовище, зацикленное на себе и истекающее ядом на тех, кто смеет не преклоняться перед этой болью и не лелеять так же, как оно само…

Я хочу жить дальше.

Поэтому попробую.

Кажется, Филипп удивлён таким быстрым согласием.

— Так ты точно согласна? — переспрашивает он. Не верит «своему счастью»

Я бы тоже сомневалась.

— Я согласна. Но не быть твоей девушкой, а только изображать её. Надеюсь, ты понимаешь разницу.

— А ты? Ты — понимаешь? — он смотрит на меня пытливо. — Нас будут оценивать окружающие. И они должны верить.

— Думаю, я справлюсь. Тем более — ты же галантный кавалер. Будешь бегать вокруг меня на цыпочках и выполнять все мои желания… — мечтательно говорю я.

Видимо, что-то такое есть в моих глазах… пугающее, от чего Филипп даже слегка встревожился.

— Но ты же не будешь сильно злоупотреблять?

— Не надо было ставить меня перед выбором. — я пожимаю плечами. — Я этого не люблю. Тем более — не думаю, что это продлится слишком долго. Закончим этот проект и я уйду.

— Нет. — отметает он. — Так не пойдёт. Этот проект и так уже фактически заканчивается. Ещё один!

— Ну… ладно. Этот и ещё один, хорошо. Но не больше! А потом расстанемся и я из-за страданий и разбитого сердца уйду. Или ты с разбитым сердцем не сможешь выносить моё присутствие и уволишь меня. Как-то так.

— Договорились.

Филипп произносит это чуточку быстрее, чем надо и меня начинают терзать сомнения, что я продешевила. Но я не хочу пока убегать! Искать другую работу, терять уверенность в завтрашнем дне.

Кстати, работа…

— Мы не опаздываем?

Филипп глянул в телефон.

— Опаздываем. Немного. Договорим потом. Поехали?

Он платит, оставляет чаевые и делает ко мне шаг.

— Погоди. — я пячусь назад. — Сначала обговорим главное правило.

— Не обманывать друг друга?

— Вот ещё! — фыркаю я. — Никакой постели! Никаких поцелуев!

Глаза Филиппа вспыхивают. Он медленно проводит по мне загоревшимся взглядом.

— Точно? Ты уверена? Мы могли бы совместить приятное с полезным…

Он шагает вплотную ко мне, не отрывая взгляда от моих губ. Мне хочется бежать от него, бежать немедленно, сердце заходится в панике, но я только выпрямляюсь, как струна и с яростью смотрю ему в глаза.

А он смотрит в мои.

Вот и первые сложности. Ты думала, что всё будет легко, Ида?

Внезапно чувствую острое желание ударить его. И отказаться. Не переоценила ли я свои силы? Наверное, это слишком ярко отражается на моём лице, потому что Филипп быстро произносит:

— Прости! Не надо было мне… — и отступает.

— Договорим после работы. — сухо отвечаю я. А сердце продолжает биться с перебоями.

Время пролетело незаметно. Мы опаздываем и этим привлекаем к себе повышенное внимание. Пусть. Всё равно мне здесь долго не работать. Пусть смотрят!

Вечером Филипп отвозит меня домой. Хотя я вполне могла бы дойти пешком. Мы сидим в машине и молчим. Окна открыты, свежий, чуть прохладный вечерний воздух врывается в салон. Воздух напоен ароматами цветов и чуть-чуть запахом близкого моря. Хочется выйти, вдохнуть полной грудью, напитаться этим запахом…

— Давай обговорим правила и сверим показания. —