Хозяйка каменного сердца ll - Ника Смелая

Совсем скоро стемнело настолько, что мы перестали различать тропинки и то и дело натыкались на растущие повсюду деревья.

– Сделаем привал? – спросил я дикарку, особенно не надеясь на её согласие. Но она, как ни странно, кивнула и подала знак своим соплеменникам. Те дружно расселись парами по периметру небольшой полянки, на которую мы вышли. Видимо, будут поочерёдно нести караул. А что? Неплохая организация. Дикари дикарями, а воины они очень хорошие. Дисциплина вон тоже на высоте. В командирах, правда, не диал, а девчонка, но это даже интереснее. Мы тоже разложили плащи, готовясь к ночлегу, а Гедеон где-то успел набрать хвороста и развести небольшой костёр.

– Я спать с ним! – воительница присела рядом с Иваром на его плащ и хотела было положить голову ему на плечо, но он довольно юрко отстранился.

– Ты мне ещё не жена. Спать я с тобой не буду, – отрезал он, а затем следом обратился ко мне: – Брат, ты же проследишь, чтобы она не распускала руки? Я так устал, что с ног валюсь. Боюсь, меня и пушка не поднимет.

– Конечно, отдыхай, я покараулю, – успокоил его, а сам в очередной раз отметил, какой он бледный. Если он сказал правду и изначальная душа не вернётся из летаргии, я могу лишиться брата. А мне этого ох как не хочется. Учитывая, сколько магии он потратил на довольно простой поединок с дикаркой, дела наши плохи.

Ивар улёгся на плаще, демонстративно повернувшись к девушке спиной, а я достал из сумки пару камешков берита и вложил их брату в руку. Это пополнит его резерв, хоть и ненадолго. Что же с ним такое случилось, раз магия утекает из его тела, словно песок сквозь пальцы?

–Эй, трус! – шепнула мне новоявленная невеста Ивара. У меня внутри аж всё перевернулось.

– Кого это ты трусом назвала? – вырвалось у меня, но я заметил недобрые взгляды остальных дикарей и постарался успокоиться. – Меня зовут Люций. А тебя? – решил пойти более дипломатичным путём.

– Лю-сы? М, – она кивнула сама себе и продолжила: – Я – Нара. Великая дочь, – горделиво вскинула голову.

– Что же, Великая дочь, приятно познакомиться. Чем могу помочь? – хотелось избежать конфликта, поэтому я готов был пойти на уступки.

– Он, – она указала пальцем на брата. – Сильный воин! Отчаянный, – ударила себя кулаком в грудь. Но затем резко погрустнела и опустила взгляд на землю. – Почему? – подёргала одну из своих косичек, показывая её мне.

– Интересно, почему у него белые волосы? – догадался, а сам обратил внимание, что при свете костра черты её лица смягчились и она стала выглядеть еще моложе. Сколько же ей лет?

– Мы трое не люди, – опять моя чрезмерная откровенность меня подводила. Будь она врагом, я бы разболтал ей все государственные тайны, не в силах переступить через свой недостаток. Услышав мой ответ, девчонка удивлённо округлила глаза и указала пальцем на небо.

– Нет, – улыбнулся я. – И не Боги. Просто чуть сильнее простых смертных. Хотя, что я говорю, таких слов нет в твоей симпатичной головке, – последнее пробубнил себе под нос.

Она скрестила руки на груди, подвинулась ближе к огню и в предвкушении посмотрела на меня, словно ребенок, ждущий, что родители расскажут ему сказку.

– У нас всё сложно. Мы обладаем силой. Ты видела, как он дрался. Отчасти ему помогла магия, – ну вот, меня несло дальше. – Когда он использует слишком много силы, его волосы белеют, – решил объяснить ей по-простому.

Девушка посерьёзнела, а затем сделала неожиданный для меня вывод: – Я думать старый и умирать. Много белый, много силы. Хороший муж! – кивнула сама себе, поднялась и ушла проверять посты своих соплеменников.

Ну вот, хотел как лучше, а получилось как всегда. Она теперь не только не уверилась в его слабости, но и влюбилась ещё больше. Молодец, Люций! Язык мой – враг мой.

***

Ивар

За долгое время после случившегося во дворце я впервые спал без кошмаров. А под утро увидел прекрасный сон, в котором Селена обнимала меня и гладила по волосам. Так нежно и невесомо, будто боялась разбудить. Вот только стоило мне позвать её по имени, сон как рукой сняло, потому что кто-то залепил мне пощёчину, да так, что у меня чуть звёзды из глаз не посыпались. Я вскочил со своего импровизированного ложа и увидел дикарку, смотрящую на меня словно дикий волчонок. Так это она меня ударила. За что?

– Доброе утро, брат, – поприветствовал меня Люций. – Как отдохнул?

– Прекрасно, – машинально ответил я, продолжая смотреть на девушку. Та зло шипела и вела себя, словно дикое животное. – Что это с ней?

– Да так, ревнует малость, – засмеялся брат, и я понял, что то, что мне казалось сном, совсем им не было. Значит это она гладила меня по голове? Вот только далеко не её мне хотелось видеть рядом с собой.

– Не сердись, – протянул дикарке руку в знак примирения. Всё же она нужна нам, чтобы добраться до храма, отношения портить не стоит. – Давайте лучше в дорогу собираться.

На этой ноте конфликт был исчерпан. Мы навьючили лошадей и отправились дальше. Пока шли, я заметил, что количество сопровождающих дикарку значительно уменьшилось. Видимо, поняли, что мы – не угроза и вернулись к своим делам.

По пути все хранили молчание, уж очень не терпелось наконец достичь места назначения. Шли потайными тропами, известными одним лишь дикарям. В какой-то момент, после полудня пути, лошадей пришлось оставить, так как дальше наш путь шёл в горы. Совсем скоро мы добрались до огромной пещеры, вход в которую зиял прямо в склоне, напоминая рот исполинского создания. Погода была хорошей, ярко светило солнце, поэтому рассмотреть, что же там внутри, можно было, лишь попав туда.

После ночного отдыха я набрался сил, но уже начал ощущать, что идти стало труднее. Попросил камень силы у брата, да только помогло это ненадолго. Видимо, времени у меня всё меньше.

Мяться у входа мы не стали, а сразу шагнули в пещеру. Если снаружи она казалась огромной, то внутри её размеры увеличивались раза в три. Здесь вполне мог разместиться дворец нашего отца. И разместился, только не дворец, а причудливое сооружение, похожее на муравейник.

– Так вот он какой – храм Творца! – на выдохе произнёс Люций, смотрящий на здание так, будто