Бюро магической статистики – 1 - Галина Дмитриевна Гончарова

— Умм! Вкуснота! Рена Глент, подскажите, пожалуйста! У меня вчера тут такая неприятность получилась…

О парнях рена выслушала очень внимательно, подумала, постукивая карандашом по столу, кивнула своим мыслям.

— Четверо… трое постарше, один помоложе?

— Кажется, да, — сосредоточилась на воспоминаниях Элисон. — Один светлый, второй потемнее, двое черненьких, кони такие красивые, ладные. Особенно один, такого редкого оттенка, изабелловой масти!

— Ну точно они, паршивцы.

— Рена, вы их знаете?

— Да этих паразитов весь город знает! Где б от них еще и польза была! Лернер, Менгер и два Вебера, старший и младший! От них все окрестности стонут.

— Расскажете, рена? Вдруг еще чего устроят, хоть знать, с кого спрашивать, от кого подальше держаться?

— Да уж расскажу, конечно. Но сначала ты мне четко скажи — следов не останется?

— Нет. То есть я не знаю, отчего их кони испугались и понесли. Даже не представляю.

— И магией на них никто не воздействовал?

Элисон твердо выдержала подозрительный взгляд рены.

— Нет. Точно нет.

— Это просто замечательно.

— Думаете, эта история будет иметь продолжение?

— Хотелось бы мне ошибаться, но полагаю, что да, — вздохнула женщина.

— Ох-х-х-х-х…

— Не думай о плохом, Элисон. Но на всякий случай послушай внимательно. У нас в городе есть своя элита, сама понимаешь, дело житейское. Не из высшей аристократии, но тем не менее…

Элисон внимательно слушала.

Да, в каждом городе есть свое такое, важное и нужное, насиженное и денежное. Вот в Левенсберге это были шесть семейств.

Лернеры, Менгеры, Веберы, Сандмайеры, Хаасы и Груберы.

Области деятельности они поделили между собой и друг к другу практически не лезли, так, чуть-чуть. Вот Хаасы, к примеру, занимались ягодой и травами, у них целые плантации были.

Лернеры и Менгеры занимались шахтами леония.

Нет-нет, сами шахты находились в собственности государства, но вот кое-что из обслуживания… к примеру, подряды на продукты, на то же самое дерево, которое требуется в шахтах, веревки, какие-то металлические изделия… перечислять можно долго. Поставлять требовалось много чего, так что семьи не бедствовали.

Веберы сделали ставку на сферу развлечений, справедливо полагая, что шахтеры — это мужчины долгое время без женской ласки и отдохнуть им надо. Кабаки, ну и всякое такое разное.

Элисон кивнула.

Да, магия, просвещение и прочее, но о некоторых вещах рядом с незамужней девушкой все равно стараются не говорить. Просто потому, что не принято. Вот как портить воздух в общественном месте, так и эти темы затрагивать — и то и другое… пованивает.

Сандмайеры держали минеральные источники и лечебницы.

Груберы имели в собственности несколько медных шахт, но медь — не леоний. Стоимость меньше, но окупаемость есть, а что еще требуется? На фоне остальных они выглядели бледновато, однако им и на хлеб, и на икорку хватало.

Эти семьи и формировали городскую элиту.

С ними лишний раз не спорили, старались не ссориться и не связываться. Между собой они, конечно, и интриговали, и подсиживали, и пакостничали друг другу, но более-менее равновесие сохранялось.

— Мэр, если что, дальний родственник Сандмайеров, — намекнула рена Глент.

Элисон поняла и кивнула.

Ну да, можно поссориться много с кем, но лавочника-то ты поменяешь, а вот найти хорошего врача сложнее. Тем более в маленьком городке.

Ирэна Глент кое-что недоговаривала, но Элисон и сама понимала. Вот приезжает сюда врач. Или сам по себе, по желанию, или после училища, начинает искать работу или открывает практику — сложно ли ему намекнуть, что надо дружить с Сандмайерами? Или проблем не оберется.

Несложно.

И выжить из города тех, кто не согласен с политикой элиты, — тоже.

Только вот… в каждой семье есть те, кто занимается делами, а есть те, кто бодро и весело прожигает жизнь под девизом: «Гуляй, пока молодой!»

Вот четверо отпрысков богатых семей так и делали. А что?

В семейный бизнес они потихоньку входят, но это ж по утрам, и с папами-дядями, которые и объяснят, и растолкуют, и подстрахуют. А все остальное время делай что хочешь. Вот они и делали.

И числилось за ними, по уверению Ирэны, несколько неприятных случаев, да, именно с девушками. Парням-то что?

Отряхнулись да и пошли, а вот девчонке жизнь сломана. Впрочем, пока обходилось деньгами, которыми откупались родители, то есть выбирать своих жертв парни умели. Брали или безответных, или тех, кто и правда — отряхнулся и пошел…

Элисон потихоньку коснулась в кармане пакетика с острым перцем.

Она отряхиваться не собиралась, она до последнего будет драться.

— Будь поосторожнее, детка. Родители с тобой вязаться без веской причины не станут, а вот сами парни могут и поквитаться попробовать.

Элисон пообещала.

Ей тоже не хотелось нарываться, она не для того сюда приехала.

— Что пишет маг? Чем на вас воздействовали?

Старый Адриан Вебер — хотя какой он там старый, всего-то пятьдесят два года — предпочитал действовать по закону. А зачем лишний раз нарываться?

У него и так дело сложное, считай по краю ходит, не пойман, конечно, но ведь риск-то остается!

— Ничем. — Марко сам своим глазами не поверил, когда прочел заключение.

Маг обследовал парней, но следов воздействия не нашел.

Потом обследовал коней. И опять никаких следов воздействия, а маг хороший, аж седьмого уровня. Лучше только у Сандмайеров, но если маг Веберов ничего не нашел, то и тот не найдет.

— Ты мне хочешь сказать, что сначала вы испугали девчонку, а потом она умудрилась так испугать ваших коней, что никто ничего не заметил, а маг не ощутил воздействия?

Марко помотал головой.

— Бред какой-то!

— Тебя в лечебницу отправить, — ехидно поинтересовался любящий папа, — или как? Бред полечить?