Империя пепла - Джаггер Коул

Я наклоняюсь к нему ближе, мой язык смачивает мои губы. Мои глаза поднимаются вверх к его, когда я наклоняюсь и целую его головку.

— Черт, Элла, — шипит он.

Я высовываю язык, проводя им вверх по последним дюймам, и щелкаю им по его головке. Когда он стонет, я хнычу. Когда его бедра нетерпеливо приподнимаются, я хочу дать ему больше.

Мои губы опускаются вокруг его головки. Мой язык кружит вокруг нее, когда я заставляю себя взять больше. Он массивен, и нет никакого шанса, что я внезапно стану какой-то королевой минета из порно. Но то, как его глаза сверкают, встречаясь с моими, и как его член пульсирует на моем языке? То, как его рука скользит в мои волосы и крепко сжимает?

Можете быть чертовски уверены, я попытаюсь.

Я стону, проглатывая еще один дюйм, хныча вокруг его члена, пока язык ласкает головку. Его другая рука тоже скользит в мои волосы, полностью разрушая замысловатую прическу, в которую они уложены. Но мне плевать.

Мое тело извивается, мои бедра сжимаются вокруг моей мокрой киски. Мои соски чувственно трутся о внутреннюю сторону платья. И словно с каждым стоном с его губ и каждым пульсом его члена между моими губами, давление, дразнящее мою задницу, отправляет меня в в рай.

Я не свожу с него глаз, пока ласкаю его двумя руками, мокро чавкая у его набухшей головки. Я скольжу одной рукой вниз, чтобы обхватить его тяжелые яйца, постанывая, когда он шипит, сжимая мои волосы в кулак. Я проглатываю его так глубоко, как могу, на секунду давясь, прежде чем вынырнуть за воздухом.

Лицо Ноэля — маска чистой дикой похоти. Я ахаю, когда он внезапно подтягивает меня к себе на колени, мои ноги падают по обе стороны от его. Мой пульс молотом стучит в груди, когда я чувствую его член — такой твердый, такой мокрый и такой голодный — прижимающимся к моим трусикам. Его пальцы отодвигают их в сторону, и я вскрикиваю, когда чувствую, как его головка скользит между моими складками.

— Ноэль... о черт!

Он направляет меня вниз, погружая свой толстый член в меня. Мои глаза закатываются, медленно принимая каждый дюйм. С пробкой в заднице кажется, что я за гранью наполненности. Что я не могу возможно взять его всего. Но он продолжает.

А я продолжаю принимать, желая большего.

И затем он полностью внутри. Его рука обхватывает мою челюсть, притягивая меня вниз, когда он прижимается своими губами к моим. Он целует меня так, будто завоевывает чужую землю. Будто отмечает мой рот своим. Я стону в его губы, когда он начинает направлять меня вверх и затем обратно вниз, позволяя мне трахать его большой член, пока мои бедра начинают двигаться.

Мы начинаем двигаться быстрее, моя влага покрывает его и капает по его стволу. Его пальцы запутываются в моих волосах, удерживая наши лбы вместе, когда наши глаза встречаются. Наше дыхание смешивается. Наши губы касаются друг друга. Мой клитор скользит вверх и вниз по каждому дюйму, когда я начинаю распадаться.

Он внезапно перекатывает нас, заставляя меня стонать, когда он выходит из меня. Но затем я ахаю, когда его большие руки переворачивают меня, ставя на руки и колени на сиденье. Я поворачиваюсь, мои глаза впиваются в зрелище того, как он задирает мое платье вверх на мою задницу. Он стягивает мои трусики до колен, сжимая в кулак свой толстый ствол, когда входит в меня.

— О, черт да!

Я вскрикиваю, когда он одним толчком погружается до основания. Он рычит, хватая меня за бедра и нещадно вколачивается, пока я царапаю кожаное сиденье. Я чувствую, как его палец сжимает маленькую пробку, отправляя меня в открытый космос, когда удовольствие проносится через меня.

Сочетание электрических ощущений от того, как он крутит и тянет пробку, и его толстого члена, вгоняемого в меня, превращает мир в белизну вокруг меня. Мой рот становится вялым. Мои глаза плотно закрываются. Я чувствую, как он набухает еще больше внутри меня, когда его другая рука шлепает меня по заднице, а затем хватает прядь моих волос.

Я сейчас кончу. Я сейчас кончу.

Я сейчас кончу так чертовски сильно...

Машина останавливается. Даже не колеблясь, Ноэль небрежно вытаскивает свой великолепный член из моей киски, оставляя меня задыхаться на грани оргазма, в котором мне было отказано за полсекунды.

Я моргаю в полном шоке, каждый нерв обнажен, каждое дыхание перехватывает в горле. Каждый дюйм меня ноет, почти болезненно, от отсутствия разрядки. Из окна я понимаю, что мы буквально прибыли — машина стоит на холостом ходу прямо перед роскошным особняком какого-то герцога или управляющего хедж-фондом, который устраивает это мероприятие.

Ноэль натягивает мои трусики обратно, плотно прижимая их к пробке. Он поправляет мое платье обратно. Затем он откидывается на свое сиденье, застегивая свой смокинг обратно и поправляя бабочку и волосы.

Я сижу, свалившись на сиденье, задыхаясь и дрожа. Вероятно, я выгляжу как полный беспорядок, и я даже не уверена, что могу стоять. Когда я снова смотрю на него, он злобно ухмыляется мне.

— Ты ублюдок... — задыхаюсь я, хватая ртом воздух.

— Я сказал, что хочу, чтобы ты вошла туда, выглядя так, будто тебя только что оттрахали до потери сознания, — рычит он. — А не так, будто ты только что кончила.

Я дрожу, когда он наклоняется ближе, помогая мне сесть прямо и поправить платье.

— А теперь мы идем туда, — мурлычет он мне в ухо. — И если ты будешь хорошей девочкой для меня...

Я стону, когда его губы касаются моего уха, его рука скользит к моей заднице, чтобы снова подразнить мою пробку через платье.

— Я заставлю тебя кончить, как хорошую девочку.

Глава 12

Элла

Я шагаю в мир чистой роскоши. Мир чистого изящества, богатства, привилегий и власти.

Это гребаный замок. Настоящий, подлинный замок четырнадцатого века, превращенный в абсолютно ошеломляющий особняк. Все сверкает и блестит. Низкий, гламурный свет мерцает от золотых люстр и серебряных подносов с хрустальными бокалами для шампанского.

Но когда я вхожу в этот мир, внезапно любой страх быть узнанной исчезает. Тревога и тугой комок неуверенности и страха в моем желудке исчезают. Возможно, потому что я буквально парю над полом в дымке отложенного оргазма.

Или, возможно, потому что всем этим богатым, снобистским, привилегированным властью людям действительно просто плевать. Я имею в виду, это прогнивший, коррумпированный