Обман и обольщение - Лора Ли Гурк

– Но все равно эта свобода не безгранична, – возразила Маргарет. – Прочитав «Трех мушкетеров», я захотела научиться фехтовать. Но моя гувернантка, услышав это, пришла в ужас и строго-настрого запретила мне даже думать о подобных вещах. Когда отец вернулся домой, я убедила его, что при желании девушка может научиться фехтовать. Что фехтование считается благородным и изящным занятием, овеянным традициями, и что я уже заплатила за первый урок из моих карманных денег… – Маргарет весело посмотрела на Тревора. – Мой папа ненавидит попусту терять их.

– Итак, ты добилась своего и научилась фехтовать. У тебя хорошо получается?

– Неплохо. Хотя я фехтовала только с другими девушками, а они практиковались еще меньше, чем я. Поэтому мне трудно судить.

– Надо будет как-нибудь сразиться с тобой на шпагах и посмотреть, на что ты способна.

Маргарет остановилась и посмотрела на него. Ее лицо засветилось от удовольствия, настоящего удовольствия, которое она не прятала за маской напускной скромности, как это сделали бы на ее месте другие женщины.

– Ты не шутишь? – воскликнула Маргарет.

– Разумеется, нет. Я совершенно серьезно. – Если Маргарет способна радоваться таким пустякам, ему это только на руку. Тревор пошел вперед, Маргарет тоже зашагала рядом с ним нога в ногу.

– Теперь мне понятно, почему леди Агнес так говорила о тебе, – сказал он через какое-то время.

– И что же она обо мне говорила?

– Она сказала – кстати, с восхищением, – что ты очень современная девушка с передовыми взглядами. Я начинаю понимать, что она имела в виду.

– О да, я знаю, что стала притчей во языцех среди подруг Корнелии.

– Такова участь большинства американок. Вы делаете вещи, о которых англичанки не смеют даже мечтать.

– Думаю, в стремлении к свободе я превзойду любую свою соотечественницу. Я всегда восставала против правил. Скажи мне, что этого делать нельзя, и я обязательно это сделаю.

После такого заявления Тревор вспомнил о сегодняшнем неприятном событии. Он не должен позволять ей вести себя с ним таким образом. Тревор не сказал ни слова, пока они не оказались в саду, примыкавшем к дому Эдварда с задней стороны. Только там он решил, что пришло время объяснить Маргарет, кто главный в их ночных приключениях.

– Маргарет, прежде чем я соглашусь продолжать наши тайные прогулки, ты должна пообещать мне, что будешь беспрекословно выполнять мои приказания. – Она хотела возразить, но Тревор сказал: – Не стоит терять время на споры. Ты должна выполнить условие, или конец всей игре. Не думай, что я блефую или что тебе удастся меня обмануть. Я не твой отец, которым ты с такой легкостью манипулируешь.

Маргарет не понравилось то, что он сказал, но спорить она не стала. Поняла, что Тревор не шутит.

– Хорошо, – сдалась она наконец. – Даю тебе слово.

– Отлично. Мы пропустили выступление акробатов, но завтра ночью опять пойдем на площадь и посмотрим на них.

– Я готова. Но вряд ли китайские акробаты окажутся интереснее, чем то, что я увидела сегодня.

– Не стоит загадывать. Уверен, мы увидим еще много такого, что и представить невозможно.

– А я уверена, что ты справишься с любыми трудностями. – Маргарет посмотрела на него с восхищением, и Тревор почувствовал, что этот взгляд с лихвой искупил все, что он сегодня перенес. – Ты совершил геройский поступок, вытащив меня из дерущейся толпы, – продолжила Маргарет.

– Я совершенно с тобой согласен, – тихо произнес Тревор и взял ее за руки. – Я тоже очень рад, что мы встретились. Особенно в такие моменты, как сейчас, когда я могу побыть с тобой наедине.

Однако Маргарет не была уверена, что хочет остаться с ним наедине. Она не могла забыть, что Тревор ей шепнул в библиотеке.

«Я намереваюсь соблазнить тебя».

Она согласилась сыграть в опасную игру с опасным мужчиной и теперь, когда карты были сданы, не была уверена, что хочет этого. Она думала, что контроль за ситуацией находится в ее руках, но оказалось, что она не может заставить Тревора поступать так, как ей хочется. Маргарет начала освобождать свои руки. Тревор отпустил одну, а другую поднес к губам.

– Не убегай, Мэгги, – пробормотал он, касаясь дыханием ее пальцев.

– Я не убегаю.

– Нет? – Он повернул руку Маргарет и поцеловал ладонь, а потом посмотрел ей в глаза, лаская нежную кожу на внутренней стороне ее запястья. – Хорошо. Я надеялся, что мы задержимся тут на несколько минут. – Тревор чувствовал, как дрожала рука Маргарет, и он нежно привлек ее к себе, ожидая, что девушка не станет сопротивляться.

Но реакция Маргарет оказалась совсем иной. Она высвободила ладонь и сложила руки на груди, не осознавая, как эта поза подчеркивает ее роскошные изгибы. Маргарет вся состояла из интригующих противоречий. Романтична, как школьница, цинична, как опытная женщина. А какое у нее тело!

– Какие у тебя намерения насчет меня? – спросила Маргарет.

– Я довольно ясно высказался на эту тему еще вчера, в библиотеке.

– Ты сказал, что намерен соблазнить меня.

– Могу это повторить.

– Не знаю, что и думать, – призналась Маргарет. – Я не привыкла к таким шокирующим признаниям.

– Да, ты привыкла к более благородным признаниям, – с улыбкой произнес Тревор. – Их изрекают мужчины, стоящие на коленях, которые, заикаясь, признаются, что ты им очень нравишься, а потом предлагают свои руку и сердце.

– К чему я привыкла, – со злостью сказала Маргарет, – так это к мужчинам, у которых при взгляде на меня в глазах загораются доллары.

– Ты недооцениваешь себя, – сказал он. – Надо быть идиотом, чтобы, глядя на тебя, видеть только деньги.

Она вздрогнула от легкого прикосновения его пальцев.

– А ты что видишь, когда смотришь на меня?

Тревор не сразу ответил. Потом наконец сказал:

– Я вижу девушку, из которой получится великолепная любовница, но строптивая жена.

Маргарет затаила дыхание.

– Значит, вот чего ты добиваешься? – спросила она. – Хочешь сделать меня своей любовницей?

Тревор привлек ее к себе.

– Я хочу тебя и пойду на все, чтобы ты стала моей.

– Я вижу, ты не выбираешь слов.

– Я должен это делать? Тебя никак нельзя назвать деликатной особой, которая падает в обморок, услышав о том, что мужчина жаждет обладать ею.

– И твое желание не имеет ничего общего с моими деньгами?

Тревор еше крепче сжал ее в объятиях и едва слышно рассмеялся:

– И ты говоришь, будто это я делаю шокирующие заявления? Мэгги, есть женщины, которые платят мужчинам за определенные услуги. Но еще ни одна женщина не предлагала мне за это деньги. И сейчас не знаю, то ли злиться, то ли чувствовать себя польщенным.