Остров любви - Констанс Холл

На лестнице появилась испуганная Дарси.

— Что случилось?

Заговорил Макгрегор:

— С мисс Саутуорт произошел неприятный случай, я отведу ее в комнату. Продолжай заниматься своими делами.

Дарси взяла кипу платьев из рук Тайга и поспешила уйти. Нахмурившись, слуга последовал за ней.

Пока Макгрегор вел ее вверх по лестнице, Регана ощущала тепло его тела, чувствовала, как он прижимает ее к себе. Она с удовольствием вдыхала аромат белой чистой рубашки, смешанный с его собственным мужским запахом.

— Вам не стоит ходить без трости. Оставьте меня. Со мной все в порядке.

— Вы, возможно, поранились.

— Вовсе нет. — Регана обратила внимание на чуть пробивающуюся щетину на его подбородке и прядь волос, кажущихся еще чернее на фоне ослепительно белой рубашки. — Давно работает у вас Тайг?

— С тех пор, как я себя помню. Всю жизнь, — ответил Лахлан и, помолчав, спросил: — Он имеет какое-то отношение к случившемуся?

— Нет, — сказала Регана, хотя не сомневалась в том, что ее толкнул Тайг.

— Что вы делали на лестнице с этими чертовыми платьями?

— Помогала Дарси.

— Леди Маргарет послала вас помогать Дарси? — удивился Макгрегор.

— Нет. — Регана не хотела становиться причиной ссоры между бабушкой и внуком.

Макгрегор сжал губы — казалось, он не поверил Регане, — но не сказал ни слова.

Регана вздрогнула: что-то скреблось об пол. Две собаки важно следовали за ними.

— Не стоит их бояться, — сказал Лахлан.

— Вы уверены?

— Разумеется. Они не нападают, пока я не прикажу.

Этот ответ взволновал Регану.

Они дошли до ее комнаты, и Лахлан закрыл дверь перед собаками. Он положил Регану на кровать. Регана думала, что он сразу же уйдет, но Лахлан выпрямился и загадочно посмотрел на нее.

— Вы можете идти, — сказала она, всем телом ощущая его близость.

— Только после того, как осмотрю ваши ушибы.

— В этом нет никакой необходимости.

— Это я сам решу. — Он скрестил руки на груди и широко расставил ноги.

— Черта с два вы меня осмотрите. — Регана приподнялась на локтях, преодолевая боль в спине. — Вы же знаете, что не должны находиться в моей комнате. Прошу вас немедленно уйти.

Лахлан не двинулся с места, глаза его сверкали.

— Я не шучу, Макгрегор. — Она взяла подушку и угрожающе потрясла ею. — Убирайтесь?

Он и не подумал уйти.

— Если вы думаете, что я позволю насмехаться надо мной…

— Я могу придумать веселье получше. — Он выхватил у нее подушку и бросил на кровать.

— Я тоже могу найти занятие по душе, — сказала она, спустив с кровати ноги.

Одним легким движением Лахлан снова положил ее ноги на кровать.

— Мне нужно убедиться в том, что с вами все хорошо, и вы мне это позволите.

Сердце Реганы забилось, когда она увидела пронзительный взгляд Макгрегора. Дрожащим голосом она произнесла:

— Уверяю вас, я цела и невредима. Просто упала со ступенек и растянула лодыжку.

— Я не хочу рисковать, — стоял на своем Макгрегор.

— Не вижу…

— Я не собираюсь с вами спорить. Снимите платье и нижнюю юбку, или я сам это сделаю. — Ноздри его раздувались от ярости.

— Платье и нижнюю юбку?

— Именно. Иначе я не смогу вас осмотреть.

— Вы просто издеваетесь надо мной. — Регана гневно взглянула на него.

— Не беспокойтесь. Я не собираюсь издеваться или шутить над вами. Кроме того, у вас нет ничего такого, чего бы я никогда не видел.

Значит, у него были женщины. Впрочем, для Реганы это не явилось сюрпризом, но она не ожидала, что почувствует жгучую ревность.

— Надеюсь, вы можете соблюсти хоть какие-то нормы приличия и позволите мне…

С нескрываемым удовлетворением Макгрегор отвернулся, скрестил руки на груди и стал ждать.

— Не поворачивайтесь, — сказала Регана и начала расстегивать платье. У отца не было денег ни на дорогие застежки, ни на служанок, поэтому они с Эммой носили простые платья с завязками спереди, так что их можно было легко снять.

Она бросила на кровать платье, сняла башмаки и нижнюю юбку и в одной рубашке нырнула под одеяло.

— Это не все, — отозвался Лахлан, — распустите волосы.

Господи, неужели у него глаза на спине?

— Волосы?

— Да, я посмотрю, не повреждена ли голова.

— Ради всего святого, на голове нет ни царапины, — сказала Регана, распуская волосы.

Золотые пряди упали на плечи. Регана натянула одеяло до подбородка.

— Ну что же, давайте покончим с этим, — произнес Макгрегор. — С чего начнем?

Он больше не выглядел ни злым, ни раздраженным. Регана посмотрела на его обнаженные ноги, видневшиеся из-под килта, сглотнула и сказала:

— У меня болит только спина.

— Наконец-то вы признались. Повернитесь.

Поколебавшись, Регана повернулась на бок, радуясь, что не придется смотреть ему в лицо. Она его не видела, но чувствовала взгляд, и задрожала, но не от холода. Потом закрыла глаза.

Макгрегор отбросил одеяло, убрал упавшие на спину волосы и коснулся темного пятна чуть выше края сорочки.

— Ой!

— Здесь синяк, — произнес он. — Ложитесь на живот.

Она легла и уткнулась лицом в подушку. От стыда ей хотелось провалиться сквозь землю. Хорошо еще, что он не опускает одеяло ниже талии. Регана наслаждалась прикосновением его теплых рук, которые гладили ее спину. Вдруг Регана подскочила.

— Больно?

— Да.

Его большие ладони добрались до шеи, а пальцы зарылись в волосы.

— Хм…

— Что?

— Синяков нет.

— Я же говорила.

— Похоже, спине досталось больше всего. Я велю служанке приготовить мазь. Сегодня вы останетесь в постели.

— В этом нет необходимости.

— Вы будете слушаться меня или…

— Или что?

— Вам лучше этого не знать, уж поверьте мне, — прорычал он.

Регана услышала удаляющиеся шаги, повернулась и увидела закрывавшуюся за Макгрегором дверь. Тут она заметила зеркало, установленное прямо напротив кровати. Значит, даже отвернувшись, он видел ее отражение! Неудивительно, что у него было такое довольное выражение лица.

— Мерзавец! — в сердцах произнесла девушка.