Поцелуй со вкусом манго - Джанет Маклеод

Софи потянула на себя рычаг, открывающий дверь внизу, и, как только Боз вошел, крикнула в лестничный пролет, перегнувшись через перила:

— Мы спускаемся, можете не подниматься!

Девушка побежала вниз по лестнице, перепрыгивая через ступеньку. Тетя следовала за ней.

В дверях Софи и Боз пожали друг другу руки, широко улыбаясь.

— Вы помните тетю Эми, которая ехала в коляске? — спросила девушка.

— Конечно. Рад вас видеть, мисс Андерсон.

Софи заметила кого-то за приоткрытой входной дверью — нога в белых спортивных брюках и клуб сигаретного дыма.

— Тэм? — Улыбаясь, она шагнула за порог.

Улыбка увяла на ее лице, когда Софи поняла, что это не Тэм Тэлфер. Индиец, которого она встретила на поле для крикета, бросил окурок, втоптал его в землю и протянул ей руку.

— Здравствуйте, мисс Логан. Рафи Хан. Мы встречались с вами в лагере недалеко от перевала.

Софи растерялась.

— Да, конечно.

Она сдержанно пожала ему руку, стараясь скрыть разочарование.

Тетя поприветствовала его более радушно:

— Вы из Лахора. Ваша семья подвизается в строительном бизнесе.

— Совершенно верно, мисс Андерсон, — улыбнулся Рафи.

— А вы записались в Лахорский кавалерийский полк, потому что лошадей любите больше, нежели кирпичи, чем огорчили своего отца. Мне нравятся люди с независимым характером.

Польщенный Рафи рассмеялся.

— А я отдаю дань уважения женщине, угрожавшей своим зонтиком этому изворотливому политикану Черчиллю, который не хотел наделять вас правом голоса и не доверяет нам, индийцам, управление собственной страной. Вы победили в своей борьбе.

— Рафи, пожалуйста, только не надо сегодня говорить о политике! — взмолился Боз. — Леди обещана игра в теннис.

— Одно другому не мешает, — сказала тетя Эми и пошла рядом с Рафи. — Я проезжала через Лахор двадцать лет назад, когда направлялась на свадьбу своей сестры в Мурри. Прекрасные здания времен империи Великих Моголов… А такой великолепной железнодорожной станции я больше нигде не видела. Настоящий дворец!

— Мой дед принимал участие в его строительстве, — улыбнулся Рафи. — Его начинающая строительная компания резко пошла в гору после этого подряда. Он заплатил за мою учебу в школе-интернате в Шимле[23].

— В Шимле? Всегда хотела там побывать.

— Он не очень отличается от вашего Северо-Шотландского нагорья. И погода там похожа на шотландскую, — улыбнулся Рафи. — После лета в Шимле я был готов к вашим дождям и туманам. А зимой в Шимле тоже холодный ветер и снег.

— Почему же вы уехали из теплого Лахора в Шотландию, мистер Хан?

— Мне нравится шотландская погода.

Взглянув на него, тетя Эми поняла, что он шутит.

— Кроме того, в Шимле я полюбил деревья. В Эдинбурге одна из лучших школ лесоводства в империи.

Софи пошла рядом с Бозом, краснея от смущения из-за того, что решила, будто Тэм будет четвертым игроком. В обществе утонченного Хана она чувствовала себя не в своей тарелке. Боз, похоже, это понял.

— Тэм сейчас за границей. Он уехал во Францию сразу по окончании семестра.

— Ах да, я помню. Это заключительная практика, да?

— Нет, практика будет только в августе. — Боз мельком взглянул на нее. — Тэм в Париже со своей матерью и сестрой. Это их первая совместная поездка после войны. Идея принадлежит Тэму.

— Как это мило с его стороны, — улыбнулась Софи, радуясь, что отсутствие Тэма не связано с его нежеланием видеть ее. — Он отзывался о них с любовью и говорил о своей старшей сестре с особым почтением.

— Да, — согласился Боз. — Флора ему словно вторая мать. Она на десять лет старше него, поэтому Тэм не делает ничего без ее одобрения.

— Что ж, после того как он свозит ее в Париж, их отношения могут измениться, — сухо сказала Софи.

— Да, для того он это и затеял — чтобы произвести впечатление, — кивнул Боз. — Хвастается там своим плохим французским. И то, что он прошел войну и получил высшее образование, должно убедить его сестру, что он уже взрослый мужчина, способный принимать самостоятельные решения.

— Вас послушать, так она прямо-таки деспот.

— Так оно и есть, — проворчал Боз. — Каждого своего друга Тэм должен показать Флоре и получить ее одобрение.

— Я это учту, — сказала Софи.

Он с недоумением взглянул на нее. Возможно, он был огорчен тем, что ее интересует его друг, но ведь еще в лагере было очевидно, к кому она питает симпатию.

Они больше не говорили о Тэме и наслаждались оживленной игрой: Эми играла в паре с Рафи, а Софи — с Бозом. Хотя тетя Эми перемещалась по корту медленнее, чем Софи, удар у нее был мощнее, поскольку благодаря столярной работе у нее были сильные руки. Рафи также был умелым и опытным игроком — он заставил Софи побегать. Высокий длиннорукий Боз отбивал те мячи, которые были ей не по силам.

Обе пары выиграли по одной партии, и Софи с Бозом с трудом вырвали победу в третьем сете. В четвертом тетя Эми устала, и они с Рафи проиграли его почти без сопротивления.

— Достаточно, — задыхаясь, сказала тетя. — Простите, Рафи, у меня больше нет сил.

— У меня тоже, — согласился он.

Правда, Софи видела, что он вовсе не устал. Его красивое лицо едва ли покрылось испариной, в то время как по красной физиономии Боза катились градины пота. Рафи метнул взгляд на Софи.

— Поздравляю, вы хорошо играли.

Он пожал руку Бозу, не проявив стремления пожать руку также и ей.

— У вас прекрасный тандем.

Его замечание уязвило Софи: индиец явно насмехался над ней, и она оставила его слова без ответа.

— Спасибо, Рафи, вы тоже отлично играли, — сказал Боз, вытирая лицо большим носовым платком.

— Позвольте проводить вас домой, мисс Андерсон, — обратился к тете Эми Рафи, отвернувшись. — Мисс Логан с Бозом могут поиграть и без нас. Ваша племянница, похоже, еще полна сил.

Эми охотно приняла его предложение, а Боз, видимо, был рад продолжить игру.

— Да, поиграем еще, — согласилась Софи, стараясь не показать, что слова индийца ее раздражают.

Дело было даже не в словах, а в его насмешливой интонации.

— Нечасто появляется возможность поиграть, и погода сегодня чудесная.

Она испытала облегчение, когда этот утонченный молодой индиец удалился вместе с ее тетей. Нельзя было не признать, что он хорош собой и обладает прекрасным чувством юмора, но в его присутствии Софи было неуютно. Девушка и сама не понимала, в чем тут дело. А холодность, граничившая с презрением, с которой он на нее смотрел, говорила о том, что она ему не очень-то нравится.