Секрет свадебного платья - Элли Блейк

— Пейдж. Прошу, поверь мне. Я не помню, чтобы ты что-то держала в руках в тот день.

— Ты рассказывал Нейту, как я пыталась закрыть дверь, которую ты придерживал, и говоришь теперь, что не помнишь про пакет с одеждой? Белый, с ярко-розовой рекламой «Спешная распродажа свадебных нарядов» во всю ширь?

— Прекрасно помню. — Большие, голубые, туманно-звездные глаза. Растрепанные светлые волосы. Длиннющие ноги. Искры, отскакивающие от стен. Боль пронзительного желания, которая, шутя, одолела его попытку отоспаться после головокружительного перелета. — Я помню тебя.

Пейдж взмахнула ресницами. Быстрее, чем колибри крыльями. Медленно и долго выдыхала, грудь вздымалась и опускалась, его глаза, выказав открытое неповиновение, метнулись вниз, примечая, как же эта… штучка ладно сидит на фигуре, оглаживая фасад, подхватывая бока, ниспадая с округлых красивых бедер. Если бы одетому в прокатный смокинг мужчине довелось увидеть то самое, которое направляется к алтарю, к нему, он был бы несказанно доволен своей судьбой.

Но он не из тех и не будет никогда. Пейдж нравилась ему. Она забавна, сметлива, эффектно выглядит, умеет составить компанию, в постели просто дух захватывает. Но если этот наряд — некий знак, она зря сигналит, не на того нарвалась. Он не женится. И более-менее продолжительные отношения тоже не для него. У него совсем иные жизненные приоритеты. Всю свою сознательную жизнь перед ним стояла ясная цель: упорно работать, чтобы бабушке было чем гордиться. Он пощипал переносицу. Нет, никуда он отсюда не двинется — ни к себе, ни на работу, ни ужинать в кафе, ни в ее постель, пока они не выяснят все до точки. Гейб осторожно снял ладони с ее плеч, чуть отступил назад. И прицельно посмотрел ей в глаза. У нее был такой обреченный вид, несвадебный. Ну чем не комедия.

— Садись.

Она присела. Гейб тоже. Достаточно далеко, чтобы не прикасаться к ней.

— Так ты желаешь пояснить мне, что все это означает?

— В самом деле?

— Более чем, если тебе есть что добавить.

— Ладно. — Она судорожно вздохнула и продолжила: — Тем утром, до нашей встречи, я была в магазине с Мей, подыскивали ей свадебное платье. И вот увидела этот наряд и сразу поняла: просто жить не смогу, если не куплю его. Хотя я не из числа одержимых, кто рвется замуж. Совсем наоборот. Так что с этим у нас все ясно.

— Понял.

Хотя ничего не понял. Пейдж поникла, уставившись в пятнышко на столе, волна светлых волос свесилась над ее лицом. Понеслись извечные женские всхлипывания.

— Мей выходит замуж, я просто выбита из колеи. Реально. Только сейчас поняла, полчаса назад. После ее помолвки я пошла вразнос. Мы всегда были с ней заодно. Всем делились. И вот она откололась от меня. — Она потерянно развела руками и снова сгорбилась. — С тех пор меня всю корежит. Ты первый парень, которого я реально увидела после того, что случилось.

Ее выразительное «реально увидела» жаром отозвалось в его паху. Он поерзал на стуле, Пейдж заметила это, на ее губах впервые за этот день промелькнула улыбка.

— Мей выдвинула теорию, почему я купила это платье. В ее доводы поверить легче, чем принять абсолютную истину. Проще говоря, я позавидовала ей. Нет, не из-за свадьбы или ее счастья. Получилось, я вроде как возмечтала, чтобы ты появился. И уже через минуту ты зацепил пальцами двери лифта.

— Извини… Ты возмечтала обо мне?

Его нахальный тон заставил ее выпрямить спину, сдуть свесившуюся на лицо челку и приподнять дерзкое плечико. Жар понесся по всем его жилам, словно буйный лесной пожар, подгоняемый ураганным ветром.

— Не то чтобы именно о тебе. О мужчине, который… В общем, о мужчине. По теории Мей, я купила платье именно потому, что мне нужно было нечто в этом роде.

У Гейба пересохло во рту при мысли… На полсекунды. Потом пришлось даже вжаться в спинку стула, чтобы избежать наглядного объяснения того, что имела в виду Мей. Пейдж медленно расслабила спину, откинулась назад и посмотрела ему прямо в глаза. До него наконец дошло: ей не до шуток. Если бы в лифт зашел тогда другой парень, она бы так же, как сейчас, сидела за столиком и томно стреляла невинными голубыми глазками в сторону того парня. Ну уж нет. Не так же. Ведь они идеально вписались, а это один шанс из миллиона. И за такое стоит побороться всеми наличными средствами. Иначе он не сидел бы здесь, созерцая ее в свадебном наряде. Он склонился вперед, не сводя с нее пристального взгляда.

— Ну и как ты теперь, когда у тебя по… явилось нечто… в этом роде?

Пейдж приподняла бровь и огладила ладонью кружево под грудью:

— А ты как думаешь, каково мне сейчас?

— Все правильно. — Гейб потер пальцами веки, четче отслеживая наклевывавшуюся перспективу, весьма неприятную для него. — А ты каждое утро меряешь?

— Боже мой, нет, конечно! Впервые за всю жизнь. Не думай, я вовсе не нарочно. Просто кошмар какой-то, жуть. И до сих пор не могу въехать, какого ты здесь высиживаешь, когда тебе давно пора быть где угодно, только не здесь!

Она послала его подальше. Ладно, поможет снять ей платье и уберется. Домой. На работу. Только бы подальше от нее. Тогда можно о чем-то подумать. Он сдвинул стул так резко, что тот жалобно проскрипел по половицам. Повернулся к ней, прищелкнув пальцами:

— Давай.

— Что?

— Ты сказала: та штука залипла.

— Молния. Заел замок. Пробовала поддеть и стянуть через голову, но оно сидит как влитое.

Действительно, как перчатка.

— Так и быть, высвободим тебя.

Пейдж повернулась к нему спиной. Да уж, не каждый день приходится вызволять красивую женщину из свадебного наряда. Гейб заставил себя смотреть исключительно на платье, а всмотревшись, заметил погнутую скрепку в ушке замочка. На душе потеплело. По крайней мере, теперь он вполне уверен: она пыталась снять эту штуку. А насчет всего остального? Ну, у каждого есть свои слабости, пусть себе млеет от кружева и жемчугов, лишь бы дым не пускала ему в глаза.

— Мне так и стоять до скончания века? — Она приподняла волосы с затылка, аромат ее шампуня пронесся мимо его носа. Впервые за столько дней. Его онемевшие пальцы выглядели неуклюже и бесполезно, поскольку кровь уже отхлынула от конечностей, устремляясь в чресла.

Он взялся за молнию и костяшками пальцев прошелся по ее разогретой коже. Мышцы на ее спине подрагивали при каждом прикосновении. Несколько тонких прядей выпали из общей массы волос и свисали, щекоча тыльную сторону его ладони. Господь да поможет ему! Ритмично покалывало в бицепсах и отдавалось бухающим хард-роком в штанах.

— Так ты хочешь снять эту штуку или как? — сердито спросил он сиплым голосом.

— Ну да.

— Тогда прекрати извиваться.

Она затаила дыхание. Пространство отсчитывало секунды томительной тишины, нарушаемой лишь шуршанием атласа на коже. Унылый замок не желал поддаваться.