Ветви терновника - Брюс Федоров

– Я, конечно, не большой специалист, но твои рисунки мне понравились. Как я понимаю, Элизабет, ты живёшь в Берлине. Я его никогда не видел. Расскажи мне о своём городе.

– Я родилась и выросла в Берлине, ещё в том маленьком, половинчатом городе. А сейчас после объединения он стал большим и разнообразным.

В нём стало интереснее жить, ведь большинство исторических зданий города сосредоточено в восточной части города, а в западной те, которые можно отнести к современной европейской архитектуре. И сейчас Берлин – это сочетание консерватизма и модернизма. Но Москва мне тоже по душе, и район, где я сейчас живу, очень привлекательный: недалеко Филиал Третьяковской галереи и, что совершенно замечательно – рядом с ним развалы продаж картин свободных художников. И ещё Москва-река. Я люблю гулять по её набережной. А ты где живёшь?

– На Кутузовском. Я там знаю все улицы и переулки, и Москва-река тоже рядом. Так что я по ней могу добраться до тебя на речном трамвайчике.

– Но они уже сейчас не ходят. Навигация закончилась.

– Ничего. Найду лодку и на вёслах за полдня доплыву к тебе.

Оба рассмеялись.

– Элизабет, ты очень хорошо говоришь по-русски. Почти без акцента. Как это тебе удалось?

– О, это несложно объяснить. У нас в ГДР все начинали учить русский ещё в школе. А потом я приехала сюда. Вот так и сложилось. А ты, какие языки изучаешь?

– Основные языки – испанский и английский, и даже немецкий начал, правда, факультативно. Отец настоял. Он у меня работает в нашем торгпредстве в Австрии и считает, что немецкий мне очень пригодится. А я не знаю. Ну не идёт он у меня. Путаюсь и в грамматике, и слова заучиваются с трудом. Похоже, что я и немецкий несовместимы.

– Разве, неужели он такой сложный? – на лице девушки отобразилось неподдельное удивление. – Может быть, ты просто не можешь понять его, почувствовать? Вот когда он начнёт нравиться тебе, тогда и проблемы исчезнут сами собой. Чтобы что-то получилось, надо относиться к этому с душой. Скажи, ты читаешь немецкую литературу?

– В школе и на первом курсе читал. Например, «Приключения Вернера Хольта», немецкого писателя Дитера Нолля и ещё одну книгу – «Под местным наркозом», а вот автора не помню.

– А о чём она?

– Ну, в общем, о жизни, о разочарованиях, о борьбе человека со средой, обществом, о его одиночестве. Должен признаться, я не очень разобрался в ней, накручено много. Противоречивая книга.

– Может быть. Это Гюнтер Грасс. Замечательный человек и писатель. У него есть и другие интересные произведения. А по-немецки эта книга называется «Ortlich betaubt», но я дала бы ей более точный перевод, скажем «В поисках забвения». Думаю, так было бы точнее. А книга действительно сложная, вымученная. Но таков Гросс, мастер парадоксов и сам противоречивый человек.

– Я его книги в переводе читал, а в оригинале, думаю никогда не смогу осилить.

– Может быть, ты ошибаешься? Может быть, стоит попробовать? Из моего опыта я могу сказать, что для того чтобы освоить язык очень помогает прочтение поэзии. Ты знаком с творчеством немецких поэтов?

– Только в пределах школьной программы. Гёте, Гейне. Ну, ты понимаешь.

– Понимаю. А вот давай попробуем вместе прочесть одно стихотворение.

– Что ты, что ты, – замахал руками Данила. – Дай бог если я пойму хотя бы приблизительный смысл. Я ведь только два года занимаюсь этим языком.

– Уже неплохо. Не торопись признавать поражение, – Элизабет подошла к стеллажу и принялась перебирать книги.

– Вот, например, – она выдернула с полки одну толстую книгу, – Это стихотворный сборник. Ты, кажется, интересовался Берлином? Вот, например, два поэта: Арно Хольц и Юлиус Харт. Оба очень любили этот город, а Харт даже посвятил ему одно стихотворение, которое так и называется «Берлин». Вот что он пишет:

– Aus Deinen du(e)rsten Mauern, Weltstadt,

Reckt ein Geist sich ma(e)chtig auf und streckt.

А теперь читай ты дальше…

– Die Hand gewa(e)ltigt aus und deiner Fluth

Ga(e)stu(e)rmt inst Ohr ein besseres Schlachtlied.

– Замечательно. А теперь пять минут поработай со словарём, – Элизабет положила перед Данилой немецко-русский словарь. – И выскажи суждение, что тебе удалось понять.

Данила заёрзал на стуле и, скособочив голову, стал всматриваться в стихотворный текст. Потом полистал словарь и неуверенным голосом произнёс:

– Одним словом, здесь говорится о великом городе мира, где рождается могучий дух и в ушах начинает звучать боевая песня, – Данила рассмеялся своим словам, понимая, что все, что он сказал, есть издевательство над высокой поэзией.

– Не так уж плохо, – успокоила его Элизабет. – Мой совет – для изучения языка привлекай поэзию. Находи качественные переводы, запоминай строфы. Это поможет при усвоении основного учебного материала.

– Хорошо, хорошо, спасибо, – бодро откликнулся Данила, – а Гюнтера ты давно знаешь? – Не к месту спросил Данила, явно соскакивая с основной темы.

– Гюнтера? – удивилась девушка, – он года два назад приехал в Москву ещё из ГДР, а теперь заканчивает кандидатскую на химическом факультете МГУ. Он способный парень.

– Да способный, – подумал Данила, – ему хорошо. А я, похоже, опоздал. А что я мог ожидать? Чтобы такая девушка была одна, тем более в чужой стране, чужом городе, где любому нужна поддержка и участие. От этих мыслей, проносившихся в его голове, стало немного грустно.

А Элизабет, намеренно не замечая его изменившегося настроения, как бы специально подливала масла в огонь.

– Гюнтер, действительно умный и начитанный парень. С ним интересно разговаривать. Если хочешь, я помогу, чтобы вы подружились?

– Да, да конечно, – быстро согласился Данила, догадавшись, что эта тема не имеет перспективы и лучше не продолжать её, так как он всё равно не получит ответ на зародившееся у него подозрение. – А скажи, Элизабет, почему кто-то может тебя выселить из этой квартиры? Разве такое возможно?

– К сожалению, да. Дело в том, что эту квартиру я смогла снять только благодаря ходатайству посольства ГДР. Мне тогда повезло, потому что посол был другом моего отца. А теперь ни ГДР больше нет, ни прежнего посольства, а есть посольство другой страны – Федеративной республики Германии. Но они меня пока что не беспокоят. Наверное, понимают, что мне осталось немного учиться Советском Союзе. А я благодарна.

– А что родители говорят?

– Там всё сложно. После воссоединения Германии, многие потеряли работу в министерствах. У меня отец работал в министерстве обороны ГДР. Имел звание полковника. А теперь он не у дел, и конечно, переживает. И жить ему не дают спокойно. Уже три раза приглашали на какие-то непонятные беседы в полицейское управление. Я очень беспокоюсь о здоровье родителей. Кроме того у меня есть младший брат, который ещё ходит в школу. Поэтому мне надо быстрее получить высшее образование и начать зарабатывать деньги для семьи.