Любовь по завещанию - Долли Грей

– Охотно составлю вам компанию. – Заметив, что девушка собирается ему возразить, Ричард торопливо добавил: – Вижу, сэр Хьюго уже наметил вас в качестве своей жертвы.

– Даже не знаю, кто лучше: вы или этот злой старик, что следит за мной весь вечер.

– Конечно, я! У меня, по крайней мере, есть невеста, а вот он совершенно свободен.

– Ладно, ваша взяла. Пойдемте скорей, а то он уже направляется в нашу сторону.

Полутемная терраса встретила их тихим шелестом листьев дикого плюща, что покрывал дворцовые стены. Из сада доносился усиленный ночной прохладой цветочный аромат. Гленда подбежала к перилам и подняла лицо к звездному небу. Ричард невольно залюбовался ее гибкой фигуркой.

Вот она обернулась, и ее глаза, сверкнув в сумраке зеленым пламенем, обожгли его сердце, порождая сладостный жар, охватывающий все тело. Не отдавая себе отчета, он шагнул ей навстречу… Их губы встретились и слились в беззвучном поцелуе, который длился лишь миг, но за этот миг Ричард успел забыть обо всем на свете. Во всей вселенной для него существовала только одна она. Она и была вселенной…

Гленда отстранилась и посмотрела ему в глаза. В ее взгляде не читалось ни возмущения, ни удивления. Лишь странная тоска и вопрос: «А что будет дальше?»

– Прости… – произнес Ричард, и его голос сорвался на хрип.

– За что? – Гленда всматривалась в его лицо, силилась разглядеть что-то ведомое одной ей. – За то, что я получила то, о чем мечтала долгими одинокими годами, то, ради чего стоит жить? Нет, мне не за что прощать тебя.

– Господи, Глен, – Ричард зашептал страстно и торопливо, будто опасался, что его могут прервать, – и это тебя я мучил?! Тебя, вновь пробудившую во мне чувства, которые я давно считал погребенными временем. Какой же я глупец! Я не достоин тебя!

– Не говори так. Ты самый умный, честный и благородный мужчина из всех, с кем сводила меня жизнь. Рядом с тобой так надежно и спокойно, что просто не верится в реальность твоего существования!

– Нет, я не слишком умен, раз чуть было не совершил самую большую ошибку в своей жизни. Но теперь я точно знаю, что делать. Я не отдам тебя никому!

– А как же Каролина? Что ты ей скажешь?

– Она поймет меня. Думаю, для нее будет только облегчением услышать это. К тому же о нашей с ней помолвке официально объявлено еще не было.

– Все слишком легко и просто, чтобы быть правдой. Я боюсь.

Гленда всем телом прижалась к Ричарду, который успокаивающе обнял ее.

– Бедная моя маленькая Глен. Ты боишься ночных призраков, забывая, что с рассветом они исчезают бесследно.

Вот уже около десяти минут сэр Хьюго делал Каролине какие-то знаки. Однако она не спешила расстаться с окружающими ее молодыми мужчинами, превозносящими до небес каждый дюйм ее тела. Когда же она наконец соизволила подойти к мужу, тот с невероятной для своего возраста силой сжал ее руку, причинив немалую боль, и зло зашипел:

– Пока ты здесь красуешься перед этими молокососами, твой нареченный испарился куда-то вместе с девчонкой.

– Если ты явился на прием лишь для того, чтобы контролировать мои действия, то сделал это совершенно напрасно. – Каролина брезгливо сморщила носик. – Я спокойна насчет Ричарда. В отличие от тебя он держит слово.

– Ты даже слишком спокойна! А ведь о вашей помолвке еще не было официально объявлено.

– Если тебя волнует подобная мелочь, то это просто исправить.

С этими словами молодая женщина прошла в центр зала и попросила распорядителя обеспечить ей внимание всех присутствующих.

В этот момент появился Ричард. Издали улыбнувшись ему, Каролина громко объявила о помолвке. Тотчас оба были окружены поздравляющими. Ричард, понимая, что свершилось нечто непоправимое, растерянно жал всем руки и искал глазами Гленду, но не находил…

Она бежала длинными дворцовыми переходами в поисках хоть какого-нибудь укромного места, где могла бы, не стесняясь, дать волю слезам. В ее ушах все еще стоял маслянистый голос Каролины: «Дамы и господа! Имею честь сообщить вам о помолвке между мной и графом Ричардом Стоунбери».

Захлопнув за собой дверь одной из комнат, Гленда обессиленно упала на пол, и слезы полились по ее щекам.

– Господи! Как он мог… как он мог принимать все эти поздравления, вместо того чтобы с возмущением опровергнуть все сказанное этой лживой тварью? Она ведь не любит его так, как я. Нет, я больше ни минуты не останусь в этом доме… в его доме!

Гленда решительно поднялась, тыльной стороной ладони вытерла слезы и огляделась. Комната, в которой она оказалась, была кабинетом старой графини. Тем самым, на стенах которого висели портреты ее родителей, деда и того, кто причинил ей боль. Именно к нему она медленно подошла, провела рукой по чуть шершавому холсту и, не оглядываясь, стремительно вышла.

Когда двери Гринбуш-холла закрылись за последним гостем, Ричард с облегчением вздохнул: свои обязанности хозяина он выполнил. Молодой человек взглянул на часы. Леди Виктория, сославшаяся на возраст и удалившаяся с бала намного раньше, уже наверняка спала. Каролина, взяв предварительно с него обещание, что он обязательно заглянет к ней, перед тем как идти к себе, тоже отдыхала. Ричард решительно направился в комнату Гленды.

Он обязательно должен объясниться с ней сказать, что не мог опровергнуть заявление Каролины прилюдно, но собирается сделать это спустя некоторое время. И что им надо только немного подождать.

Постучав, он открыл дверь в комнату кузины. Тишина и полумрак, царившие в ней, насторожили его. Осмотревшись, он, к своему удивлению, не обнаружил присутствия девушки. Уже собираясь покинуть комнату, Ричард заметил конверт на бюро. Конверт был адресован леди Виктории и не запечатан. Не долго думая, Ричард прочел его содержимое.

Уважаемая графиня! Обстоятельства, внезапно ставшие мне известными, вынуждают меня покинуть Ваш гостеприимный дом так скоро. Но, помня Вашу доброту и заботу, я не могу не проститься с Вами. Поэтому и оставляю это послание в надежде, что Вы сможете понять и простить свою родственницу. Обещаю в скором времени написать Вам.

Искренне Ваша, Гленда Фэншоу.

Сжимая письмо в руке, Ричард бессильно опустился на кровать. Все рухнуло в один миг. Он сам все испортил, предложив Каролине стать его женой. Но ведь он не мог знать, что судьба готовит ему встречу с Глендой, с этим искренним и нежным созданием, которое сможет вернуть ему любовь, казалось утраченную навсегда.

Ночной экспресс стремительно мчался мимо спящих городов, нарушая царящую вокруг тишину перестуком колес.

Гленда сидела, забравшись с ногами на мягкий диванчик купе, и неотрывно смотрела в темноту окна. «На круги своя…» Когда-то вычитанная фраза всплыла в памяти, неожиданно обретая понятный смысл. Она возвращалась домой.