Подари мне поцелуй - Кейт Доули

— Неужели только из-за этого над городом образовывался этот ужасный смог? — удивилась Дайан.

— Нет, конечно, — весело рассмеялась миссис Брук, — в основном атмосферу засоряли предприятия, но сейчас Лондон довольно чистый в экологическом плане город. Вас будет кто-нибудь встречать?

— Не знаю. — Дайан пожала плечами. — Может быть, от театра кто-нибудь и встретит. Но номер в гостинице для меня точно забронировали.

— Должны встретить, — уверенно заявила миссис Брук. — Я хорошо знаю англичан, тем более что вы — ценное приобретение для любого театра.

— Ну что вы, миссис Брук! — Дайан за время полета услышала от пожилой дамы столько комплиментов, что ей с каждой новой похвалой становилось все более неловко.

— Не стоит стесняться! — Миссис Брук ободрительно улыбнулась ей. — Особенно того, что является правдой. Я же была на ваших спектаклях в Нью-Йорке. И буду обязательно ходить на спектакли в Лондоне. Тем более в «Глобус»!

— Миссис Брук, а этот театр очень популярен среди лондонцев?

— Это, вероятно, самый популярный театр в Соединенном Королевстве. Я обязательно познакомлю вас со своим сыном! Филипп — театральный критик, поэтому я так много знаю о театре и актерах. Я думаю, вам будет о чем поговорить, когда вы придете к нам на обед.

— Миссис Брук, мне так неловко! Вы ведь меня почти не знаете.

— Какие глупости! Нескольких часов вполне достаточно, чтобы составить мнение о человеке.

— И вы никогда не ошибаетесь?

— Никогда!

Миссис Брук с удивительной для ее тщедушного тела силой подхватила Дайан под руку и потащила вперед, стремясь пройти паспортный контроль и таможенный досмотр как можно быстрее, чтобы воссоединиться со своим любимым сыном.

— Как же вам повезло! — стараясь поспеть за пожилой дамой, сказала Дайан. — А вот я знала одного человека очень много лет, и только три недели назад выяснила, что он — негодяй.

— Не стоит навешивать на людей ярлыки, как на хороших, так и на плохих. Никогда не знаешь, кем человек окажется на самом деле. Может быть, ваш негодяй не так уж и плох?

В ответ Дайан только грустно покачала головой.

Миссис Брук первой прошла контроль, а затем и досмотр и с нетерпением ждала, пока пограничники и таможенники проверят документы и багаж Дайан. Когда наконец-то все формальности были улажены, миссис Брук тут же подхватила Дайан под руку и подвела к своему сыну, встречавшему ее.

— Дайан, знакомьтесь, мой сын — Филипп Брук. Филипп, это — Дайан Сегер.

— Очень приятно, мисс Сегер.

Филипп был высоким и очень худым. Но что-то было в тонких чертах этого рыжеволосого мужчины такое, что Ингрид немедленно назвала бы «породой». Он казался хрупким, и поэтому Дайан удивило его крепкое рукопожатие.

— Мне тоже очень приятно, мистер Брук, — улыбнулась она ему. — Можете называть меня Дайан.

— Отлично, тогда я — просто Филипп.

— Милый, ты не представляешь, чью руку ты только что пожал! — Миссис Брук была готова рассказать всему свету, что уже успела подружиться с самой Дайан Сегер!

— Теперь представляю, мама, ты же нас представила.

— Нет, глупенький, это та самая Дайан Сегер!

— Не старайтесь, миссис Брук, — сказала Дайан с усмешкой, — я просто уверена, что в Англии меня знают гораздо хуже, чем в Нью-Йорке. Мне придется завоевывать место под солнцем в этом городе.

— Дайан, вы не та ли потрясающая актриса «Театра Эдвина Бута», о которой мама мне много рассказывала?

— Не уверена, что потрясающая, но я действительно играла на сцене «Театра Эдвина Бута».

— Что же привело вас в Лондон?

— Будем считать, что Дайан решила сменить обстановку, не приставай к ней с дурацкими вопросами, Филипп! — одернула сына миссис Брук. — Разве я тебя этому учила в детстве?

— Мам, давай не будем! Мама иногда забывает, что мое детство закончилось лет этак двадцать пять назад, — извинился за мать Филипп. — Куда вас отвезти?

— Мой отель называется «Мариотт». Но мне кажется, что вон тот человек меня встречает от театра.

— Да, вы правы, это помощник режиссера Эдгар Кошер. Мне кажется, он узнал вас.

— Мисс Сегер? — спросил, обращаясь к Дайан, маленький почти лысый мужчина.

— Да, это я. А вы, вероятно, из «Глобуса»?

— Эдгар Кошер, — представился он.

— Привет, Эд! — весело поздоровался Филипп.

— Добрый день, миссис Брук! Привет, Фил! Ты будешь на нашей премьере во вторник?

— Конечно! Это же моя работа. Надеюсь, вы порадуете меня. А сейчас, раз вы, Дайан, попали в столь надежные руки, мы можем спокойно уехать.

— До свидания, милая, — попрощалась миссис Брук. — А если мы во вторник после премьеры встретимся у меня дома за ужином? — Она весело посмотрела на окружающих, требуя оценить по достоинству ее идею.

— Я бы с радостью, миссис Брук, — ответил Эдгар, — но я обещал жене, что хотя бы один раз в месяц буду ужинать дома.

— Вот и берите жену и ваших очаровательных крошек и приходите ужинать домой, но только ко мне.

— Я обязательно передам Салли ваше приглашение.

— Позвоните мне, Эдгар, когда на что-нибудь решитесь, я же должна знать заранее, на сколько персон мне готовить!

— Договорились, миссис Брук!

— Мама, теперь мы можем идти? — подал голос Филипп. — Вы нас извините, Дайан, но у меня сегодня еще просто море работы.

— Ты хочешь сказать, что встретить мать с самолета для тебя представляет проблему?! — возмутилась миссис Брук.

— Ну что ты, мама! Как ты даже можешь такое думать! — Филипп нежно обнял ее за плечи и повел к выходу.

— Миссис Брук — замечательная женщина, — сказал Эдгар, обращаясь к Дайан, — но возраст все же дает о себе знать. Когда вы успели познакомиться с дуайеном театральных критиков Лондона?

— Филиппа мне представила миссис Брук.

— Да нет, — отмахнулся Эдгар, — я говорю о самой миссис Брук.

— Мы сидели на соседних креслах в самолете. Она тоже театральный критик?

Эдгар усмехнулся.

— Она домохозяйка, но всегда в курсе всех театральных событий. Просто миссис Брук формирует театральные предпочтения Филиппа. Как бедняга ни старается, все же от ее влияния избавиться не может. Одно хорошо, миссис Брук прекрасно разбирается в театре. Это, вероятно, от мужа.

— Неужели и он был критиком?! — с наигранным ужасом спросила Дайан.

— Слава Богу, нет! — рассмеялся Эдгар. — Все гораздо хуже: он был режиссером. Но, я думаю, мы можем обсудить эту и другие темы по дороге в ваш отель. Вы, вероятно, устали за время перелета?