Спасение - Николас Спаркс

Когда они наконец вернулись домой, Дениз отвела мальчика в его комнату и помогла ему надеть пижаму. Во время вечерней молитвы глаза у него уже слипались.

Тейлор ждал Дениз на кухне, сидя на стуле и вытянув свои длинные ноги под столом.

– Быстро вы его уложили.

– У него был насыщенный день. Хотите что-нибудь выпить?

– Пива, если найдется.

– Боюсь, у меня не такой богатый выбор.

– А что у вас есть?

– Чай со льдом.

– И?

Она пожала плечами.

– И вода.

Тейлор не мог не улыбнуться.

– Меня устроит чай.

Дениз налила два стакана, один протянула ему, жалея, что у нее нет ничего покрепче, что могло бы успокоить ее чувства.

– Тут душновато. Может, выйдем на веранду?

Они вышли и сели в кресла. Вечер был полон звуков: лягушки, насекомые, шорох листвы. Луна уже взошла и повисла над деревьями.

– Хорошо, – сказал Тейлор. – Чувствуешь себя персонажем телесериала из жизни американского Юга.

Дениз засмеялась:

– Вы не любите сидеть на веранде?

– Да нет, только у меня на это больше не хватает времени.

– У вас, простого парня с Юга? – повторила она его вчерашние слова. – А я-то думала, вы только и делаете, что сидите на веранде с верным псом, разлегшимся у ваших ног, и наигрываете на банджо.

– В окружении родни, бутылки самогона и плевательницы?

– Само собой, – улыбнулась она.

Тейлор покачал головой:

– Если б я не знал, что вы тоже с Юга, я бы обиделся.

– Но поскольку я из Атланты…

– То на этот раз я вас прощаю. – Тейлор улыбнулся. – Скучаете по большому городу?

– Не очень. Будь я моложе и не будь у меня Кайла, я бы здесь сошла с ума. Но меня больше не привлекают шикарные магазины, рестораны и музеи. А вам никогда не хотелось собрать вещички и уехать отсюда?

– В общем, нет. Я доволен своей жизнью. К тому же здесь моя мать. Отец умер, как вам уже известно, и я не могу бросить ее одну.

– Не знаю, уехала ли бы я из Атланты, если б мама была жива. Наверное, нет.

Из леса выскочили два енота и побежали через газон. Дениз встала, чтобы получше их разглядеть. Тейлор тоже подошел к перилам. Глядя, как ветер играет прядями ее волос, он снова восхитился ее красотой.

– Каким было ваше детство в Атланте?

– Вероятно, таким же, как у вас. Мы оба единственные дети, которых воспитывали овдовевшие матери, причем и моя и ваша выросли в Идентоне.

Тейлор внутренне передернулся от боли.

– Вам все это должно быть знакомо, – продолжала Дениз. – Чувствуешь себя не таким, как все, потому что у других по двое родителей, пусть даже и разведенных. Помню, я очень злилась, когда подруги жаловались, что их отцы не разрешают им поздно возвращаться. Они даже не сознавали, как им повезло. Вы понимаете, о чем я говорю?

Тейлор кивнул. У них действительно было много общего.

– Можно задать вам один вопрос?

– Смотря какой, – ответила Дениз, заранее волнуясь.

– Где отец Кайла? – не глядя на нее, сказал Тейлор.

Она догадывалась, что рано или поздно он спросит.

– Мне это не известно. Я его толком и не знала. Я не собиралась рожать ребенка.

– Он знает о Кайле?

– Я позвонила ему, когда поняла, что беременна, и он мне прямо заявил, что не хочет иметь с нами никаких отношений.

Тейлор нахмурился:

– Как можно сказать такое о собственном ребенке?

– Не знаю.

– Вы никогда не жалели, что он не с вами?

– О господи, ничуть, – не раздумывая ответила Дениз. – Мне хотелось, чтобы у моего сына был отец, но только не такой. Кайлу нужен настоящий отец, а не просто кто-то, кто так себя называет, и этот человек должен быть моим мужем.

Тейлор кивнул в знак согласия.

– Ну, мистер Макэйден, теперь ваша очередь, – сказала Дениз, поворачиваясь к нему лицом. – Расскажите о себе.

– Я уже говорил, что занимаюсь строительными подрядами. И еще – это вы тоже знаете – состою в добровольной пожарной команде. В общем-то, больше мне нечего особенно добавить. А что вас интересует?

– Расскажите о вашем отце, – попросила Дениз.

Он вздрогнул. Этого вопроса он не ожидал.

– Отец умер, когда мне было девять лет. Но он был мне больше, чем отец. Он был моим лучшим другом. Я знаю, это звучит странно. Я имею в виду, я ведь был еще ребенком. Но это правда. Мы были неразлучны. В пять часов вечера я выходил из дома, садился на ступеньки и ждал, когда подъедет его машина. Он работал на лесопилке. Как только он открывал дверцу, я кидался к нему на шею. Даже зимой я чувствовал исходивший от его одежды запах пота и опилок. Он называл меня «малыш»…

Дениз молча кивнула. Она поняла.

– Мама всегда ждала, пока отец расспросит меня, как прошел день, как в школе. Я начинал рассказывать, быстро-быстро, чтобы успеть, прежде чем он войдет в дом. И он терпеливо слушал, несмотря на то что устал и, должно быть, хотел поскорее увидеть маму.

Он перевел дыхание.

– По выходным мы ходили на рыбалку. Часами сидели вдвоем в лодке. Иногда отец рассказывал мне истории, которых, казалось, у него в запасе тысячи, или отвечал на мои вопросы – я мог его спрашивать о чем угодно. Он даже среднюю школу не закончил, но умел объяснять самые разные вещи. А если не знал ответ, честно в этом признавался. Я никогда не видел его злым или сердитым. Когда я плохо себя вел, он говорил только: «Хватит, сынок». И этого было достаточно. Может, это покажется странным, ведь я был совсем маленьким, но больше всего я боялся его разочаровать, обмануть его ожидания.

– Похоже, ваш отец был замечательным человеком.

– Это правда.

По его тону Дениз догадалась, что продолжения не будет, хотя, как она подозревала, он еще многого не сказал. Довольно долго они сидели, молча слушая, как стрекочут сверчки.

– Сколько вам было лет, когда умер ваш отец? – наконец спросил Тейлор.

– Четыре.

– Вы помните его, как я своего?

– Да нет, в памяти остались лишь отдельные образы. Как он читает мне сказку, как целует перед сном, щекоча усами. Я всегда была счастлива, когда он находился рядом. Я до сих пор каждый день думаю: если б можно было повернуть время вспять и изменить то, что случилось.

Тейлор был потрясен. В нескольких словах она выразила то, что он пытался объяснить Валери и Лори. Они выслушивали его с сочувствием, но по существу так ничего и не поняли. И не могли понять. Они никогда не просыпались в ужасе от того, что забыли голос отца, не дорожили единственной сохранившейся фотографией. Тейлор взял Дениз за руку, как тогда, у карусели.