Беременность не болезнь - Евгения Пастернак

– Люда, давай попробуем разъехаться по-хорошему.

– Пробуй.

– Можно, я заберу свои вещи?

– Я их Кате подарила. Кать, можно этот… заберет его… вещи?

– Можно, – милостиво разрешила я.

– Вали отсюда, – сказала Люда.

На следующее утро после эпохального решения всех проблем я проснулся с дикой головной болью. Допустим, квартиру мы нашли. Допустим, хозяйка по широте душевной разрешила нам делать ремонт до переезда. Но – деньги. Я неплохо зарабатываю даже по московским меркам. Однако и цены у нас того… московскими мерками меряны. Плюс переезд (даже если это переезд на другой этаж), плюс ремонт.

Вернее сказать, все это не плюс, а минус. Минус из нашего скромного семейного бюджета. Допустим, памперсов я накупил (вот Катя поразится моей предусмотрительности!), но ведь еще всякие кроватки-погремушки, питание, одежка…

На службу я явился понурым, чем сразу же привлек внимание нашего недавно назначенного директора Юру. То есть Юрия Анатольевича, конечно. Я его честно называл на вы, но про отчество все время забывал. Трудно звать по отчеству человека, который младше тебя на двенадцать лет.

Так вот, Юра Анатольевич критически осмотрел меня и поинтересовался:

– Похмелье?

– Какое там! – отмахнулся я.- Нужно срочно квартиру менять, ремонт делать… Денег не хватит, боюсь.

– А вы не бойтесь. Вы деньги посчитайте. Сколько не хватает?

Вопрос застал меня врасплох. Вооружившись калькулятором и напрягая память, я установил недостающую сумму. Юра ознакомился с результатом, на секунду задумался и выдал:

– Думаю, компания сможет вас кредитовать. Процент и срок сообщу завтра. Вам лучше наличкой?

– Часть так, часть так, – растерялся я.

– До вечера определитесь и скажете мне. А теперь давайте к делу. Где план на следующий месяц?

«Вот оно, племя младое, незнакомое, – в полном офонарении подумал я. – Мы так не умеем. Мы – потерянное поколение. Гипс на переломе истории».

Долго размышлять мне не дали, заставив с головой нырнуть в производственные проблемы. О кредите (читай – подарке) от фирмы Юра напомнил мне уже вечером:

– Так где?

– Что?

– Решение. Сколько нужно наличкой, сколько – безналом?

Для верности я поделил сумму пополам и сообщил результат.

– Хорошо. Наличку получите пятнадцатого числа. Безнал – по требованию. Так нормально?

Уже на выходе из офиса я вспомнил, что Юра недавно женился, и жена его, по слухам, уже на четвертом месяце. Вот поэтому он мне и сочувствует. Хоть какая-то польза от этого бэби-бума.

По приходе домой я попытался похвастаться нежданным кредитом, но в ответ услышал примерно следующее:

– Ага. Хорошо. Как думаешь, в детскую нужны толстые обои? Я думаю, нет. Все равно Машка с Наташкой все это моментально оборвут.

– С кем?

– С Наташкой. Мне кажется, хорошее имя.

– А разве у нас не сын? Ты на УЗ И ходила?

– Ходила. Еще у себя дома. Разве я тебе не рассказывала? Они ничего не смогли рассмотреть, потому что она свернулась калачиком. Врач сказал: «Или нормальная девочка, или очень хитрый мальчик». Я думаю, что все-таки девочка.

– Почему?

– Мне так кажется. Так что ты решил насчет обоев? Тонкие, да?

* * *

Следующая бригада строителей была лучше, но только потому, что они принадлежали к братскому славянскому народу.

– Гей! У меня все хлопцы – молодцы! – тонко шутил бригадир. – Да и у тебя мужик, я вижу, гарный, – шутил он еще изысканнее, намекая на мой живот.

Я озверела. Через десять минут разговора я сказала, что если он пошутит еще раз, платить не буду. Петрович тяжело вздохнул и начал переговоры. Выяснилось, что гарна бригада хлопцев делает все. Только кафель не кладет – «так це ж цяжко», окна не вставляет – «так це ж уметь надо» и пол не циклюет – «так це ж машинка нужна».

– Обои клеить умеете?

– А то! Только дорогие не надо, а то еще попортим…

Люда, которая присутствовала при разговоре, была лаконична.

– Пошли на… – заявила она, преданно глядя в глаза бригадиру.

– А?

Люда повторила, добавив несколько эпитетов. Рассказала, что она думает о бригадире, о его мыслительных способностях, а также о том, что, по ее мнению, должна делать вся эта бригада, вместо того чтобы пудрить людям мозги, что они якобы умеют делать ремонт. Хлопцы слушали ее в немом восхищении. Было похоже, что Люда сильно обогатила их лексику, и если бы они могли, то непременно записали бы себе несколько выражений.

После их ухода мы втроем – я, Люда и Петрович – угрюмо сидели на кухне и пили. Я чай, а остальные водку, закусывая шпротами из банки.

– Неделя прошла, – констатировала Люда, – и что мы имеем?

– Окна послезавтра ставить придут, – сказала я.

– Окна – это самое простое. Это два дня работы. Кафельщик нужен. И маляры. И чтоб они одновременно работали. Сначала здесь, а потом у меня. То есть у вас. То есть пока у вас… Тьфу, я уже сама запуталась в наших квартирах, где чья. Вы обои выбрали?

– Завтра поедем покупать.

– Валяйте. А ты, Петрович, ищи рабочих. Простых русских парней. В идеале евреев.

Когда я поднялась к себе на этаж, меня ждал сюрприз в виде Машки, сиротливо сидевшей на ступеньках.

– Ты как сюда попала? – обалдела я.

– С бабой Ирой. Я соскучилась. Очень-очень,- Машка уткнулась в меня. – Она пошла телефон искать. Я домой хочу.

– Нет у нас теперь дома… Пойдем, я тебе покажу твою новую комнату. Только бабушку дождемся.

Бабушка появилась через пять минут.

– Ой, Катенька, а мы решили приехать. Ато скучно стало. Что-то ты поправилась.

– Конечно, поправилась. Уже четыре месяца.

– Чего?

Похоже, сын общается с мамой еще реже, чем я думаю.

– Э-э-э… Я вам Сергей ничего не говорил?

– О чем?

– Ну, что мы квартиру покупаем…

– Зачем?

– Понятно… Пойдемте чай пить. Расскажу по порядку.

Следующие два часа мы отпаивали чаем совершенно ошарашенную бабушку, которая с суеверным ужасом рассматривала мой живот. Я так и не поняла, что ее так пришибло, но она категорически отказалась смотреть новую квартиру и, придя в себя, немедленно уехала домой.

Я ужасно обиделась. Могла бы и поздравить, В конце концов, это ее первая родная внучка. А потом мы с Машей отправились смотреть новую квартиру и остаток дня провели там, придумывая, как и куда мы поставим вещи. А потом Машка притащила краски и со словами «Когда еще придется!» – нарисовала на обоях огромную картину о том, как мы с ней и Сергеем укладываем спать маленькую Наташку. За этим занятием нас и застал вернувшийся с работы будущий папа. 258