Персональный рай - Сюзанна Карр

— Кто изменил твое мнение? Ведь ты всегда мечтала о семье.

— Это вовсе не означает, что мне обязательно нужно выйти замуж или жить с одним мужчиной.

В глазах Димоса вспыхнул интерес.

— Да, идея моногамии устарела.

— Будем надеяться, что Зоуи тебя не слышит, — заметил подошедший Стергиос.

Джоди застыла. От его низкого бархатистого голоса по ее коже побежали мурашки. Она не была готова с ним столкнуться.

Лицо Димоса залила краска гнева. Джоди показалось, что он устроит сцену. Однако он сжал губы, развернулся и ушел.

— Ты специально ищешь неприятности, или они сами тебя находят? — поинтересовался Стергиос.

— Я не советовала ему завести интрижку.

— Тогда как же ему пришло в голову такое?

— Я понятия не имею, как работает его мозг.

— Он всегда думает о сексе, когда ты рядом. — Его губы скривились, когда он оценил, как серебристое платье подчеркивает ее женственные формы. — А ты решила убедиться в том, что твои чары все еще на него действуют?

— Нет!

Взгляд Стергиоса упал на ее живот.

— Ты сказала ему, что беременна?

Сердце Джоди остановилось, она почувствовала головокружение и испугалась, что может упасть в обморок. Она сделала глубокий вдох, напомнив себе, что Стергиос ничего не знает.

— Вероятнее всего, не сказала, — зло усмехнулся он. — Это все изменило бы. Он убежал бы от тебя как можно дальше.

— Не равняй его с собой.

Все-таки нужно рассказать ему о ребенке, но как это сделать? С чего начать? Он ей не поверит, а она не готова к новой ссоре.

Стергиос внимательно посмотрел на нее:

— Почему ты рассказала об этом только мне?

Джоди пожала плечами, не зная, как ответить. И правда, странно, что она доверилась только ему.

— Можешь считать это честью для себя.

— Ты не сообщила Грегори, хотя первый триместр миновал.

Она в возмущении взглянула на него.

— Поэтому ты порекомендовал моему отцу приехать ко мне? Чтобы он увидел мой живот?

В его темных глазах мелькнуло удивление.

— Нет, pethi mou, — тихо произнес Стергиос. — Я посоветовал ему навестить тебя, потому что ты не должна оставаться одна в таком положении.

Джоди в замешательстве моргнула и с открытым ртом наблюдала за тем, как Стергиос отходит от нее. Слезы подступили к ее глазам. Она не понимала, почему стала такой эмоциональной. Ведь она привыкла к одиночеству.

Внезапно Джоди почувствовала, как на ее лбу выступил холодный пот. Она прижала ладонь к губам, ощутив тошноту. Ее спальня находилась слишком далеко. Джоди быстро прошла к двери, ведущей на галерею. Свежий воздух принес ей облегчение. Прислонившись к каменной колонне, она стала глубоко дышать.

Нужно собраться с силами, привести себя в порядок и вернуться к гостям.

Праздник переместился в музыкальный салон. Стергиос пробежался взглядом по гостям. Старшее поколение собралось на одной стороне, молодое устроилось напротив, периодически проверяя свои телефоны.

Официанты разносили шампанское и десерты на серебряных подносах. Алека играла на фортепиано традиционные рождественские мелодии. Джоди нигде не было видно.

Стергиос дотронулся до плеча Грегори:

— Ты не видел Джоди?

— Хм… Джоди? Должна быть где-то здесь. Наверное, играет в бильярд, — рассеянно пробормотал тот, делая знак официанту.

— Я заметил, что она выходила на воздух. Неужели еще не вернулась?

— С ней все хорошо. — Грегори изучал десерты, разложенные на подносе. В воздухе витал аромат апельсинов, корицы и гвоздики. — Должно быть, гуляет по саду. Раньше она часто это делала.

Конечно, Грегори невнимательный отец, но трудно не заметить, как изменилась Джоди. Она была бледна, вела себя тихо, под глазами у нее залегли тени, что говорило о плохом сне. Джоди пыталась скрыть свою беременность, и Стергиос не понимал почему.

— Прошло уже двадцать минут с тех пор, как она вышла, — сказал он, посмотрев на часы.

— Не о чем беспокоиться, — ответил Грегори. — У нас великолепная охранная система. Если она вдруг упала и поранилась, ей достаточно нажать одну из тревожных кнопок.

Поранилась? Грудь Стергиоса сдавил страх.

Он бросился в холл. Джоди и здесь не было. Он вышел в галерею.

Холодный воздух сразу же наполнил легкие, и темнота окружила его. Фасад дома не был расцвечен рождественскими огнями, а луна скрылась за облаками.

Стергиос посмотрел на сад, но не заметил серебристого мерцания.

— Джоди! — прокричал он.

Ответа не последовало.

Кровь шумела в ушах Стергиоса. Не важно, что повсюду установлены камеры наблюдения и тревожные кнопки. Он знал, какие опасности скрывает темнота. Тихая ночь может обернуться кошмаром.

Почти не видя ничего вокруг, Стергиос шел по дорожкам сада, томимый воспоминаниями о том времени, когда он был маленьким мальчиком, и о том ужасе, который ему довелось испытать. Разглядев наконец слабые серебристые блики, он ощутил облегчение и раздражение.

Джоди сидела на земле, прислонившись к каменной скамье. Она устало приподняла голову, услышав его шаги.

— Стергиос?

— Какая же ты глупая, — пробормотал он, снимая пиджак и укутывая ее. — О чем ты думала?

— Мне стало плохо и захотелось побыть одной. — Она резко выдохнула, когда он поднял ее на руки. — Почему ты пошел меня искать?

— Что за странный вопрос? — сухо поинтересовался он.

— Ты не терпишь одного моего вида. Ведь я доставляю тебе одни неприятности.

— Лучше не напоминай.

Его дикая природа давала о себе знать. Ему нужно было как можно быстрее вернуться в дом, пока он еще мог с этим бороться.

— Ты искал меня. — Джоди обхватила ладонью его подбородок. — В темноте?

— Я не боюсь темноты, — ответил Стергиос, не глядя на нее. — Я же тебе говорил.

— Ты боишься того, что темнота пробуждает в тебе. — Она положила руку ему на плечо. — Того, что пробуждаю в тебе я.

— У тебя больше нет надо мной власти, — отрезал он, прижимая Джоди к себе. — Ты лишилась ее, когда позволила мне переспать с тобой, зная, что носишь ребенка от другого.

Она тяжело вздохнула:

— Хорошо.

— Это уже перебор, Стергиос. — Джоди лежала на кровати в роскошной больничной палате. — Доктора пришли к единому мнению: у меня было обезвоживание из-за перелета, поэтому мне стало плохо. Оставаться здесь на ночь нет нужды.