Фанзолушка - Эшли Постон

Гейл задумчиво смотрит на меня.

– Ну, вообще-то мы…

– Нет. – Я посылаю Гейл многозначительный взгляд. Она что, не знает, кто эта девушка?

Это Джессика Стоун. Та самая Джессика Стоун. Мы будем вместе сниматься. Это дитя с плакатов инди-фильмов, любимица интернета, сексуальная, милая и забавная, рано или поздно она наверняка получит «Оскара». Короче, это Джессика Стоун. Последний фильм с ней я смотрел в кинотеатре, кажется, раз пятнадцать, и не только потому, что он был основан на графическом романе.

«Не веди себя как фанат», – приказываю я себе.

Гейл удивленно смотрит на меня.

– Но, Дэриен, мы же…

Я дважды прокашливаюсь. Гейл переводит взгляд с Джессики на меня, широко распахивает глаза. До нее наконец доходит. У нее краснеют уши.

– А-а-а. Я… э-э-э… я буду поблизости, если понадоблюсь. – Она хватает рюкзачок и быстро ретируется.

Едва дверь за ней закрывается, Джессика оборачивается ко мне. Глаза у нее прекрасные, безумно красивые, бледно-голубые.

– Я не хотела врываться вот так.

Язык у меня словно связан в десять сотен узлов. Она может врываться сколько захочет. Я имею в виду не врываться, конечно, а любезно позволить мне находиться поблизости от нее остаток моей жизни. Но врываться тоже можно. Врываться в мою жизнь. Сколько захочет.

Это странно? Наверное, да. Но ведь это Джессика Стоун.

«Черт побери, старик, не веди себя как фанат».

– Есть у меня такая дурная привычка, – продолжает она. – Я просто врываюсь в помещения. Мой терапевт говорит, что у меня нет чувства личного пространства. Скажи, если хочешь, чтобы я ушла. Кстати, я Джесс.

– Н-н-нет, – заикаюсь я, прикусывая щеку.

Стоп. Спокойно. Я продолжаю говорить, притворяясь Себастьяном, моим героем в сериале «Морская гавань». Гейл действительно пора было сбегать, то есть уходить.

Джесс широко распахивает глаза, в какой-то момент мне кажется, что она сейчас снимет туфлю на шпильке и проткнет каблуком мне глаз, как сделала это в фильме «Охотница возвращается», но она запрокидывает голову и смеется. Это ничем не сдерживаемый смех, если так смеяться долго, она наверняка начнет похрюкивать. В уголках глаз, когда она улыбается, появляются морщинки. Джесс не только нереальная красотка (ох, эти ноги), но еще и хороший человек и талантливая актриса. Она может часами цитировать Шекспира, но я все равно ничего не пойму. Думаю, эта девушка достойна уважения, а не только фанатского восхищения.

Смех стихает, она качает головой.

– А ты милый. Неудивительно, что они выбрали тебя на главную роль. Одновременно грубоват и сексуален. Выигрышное сочетание. Если бы была парнем, я бы занервничала. Теперь на тебя посыплются все хорошие роли.

Я смотрю в зеркало, по-прежнему теребя лацкан униформы.

– Занервничала? Это мне надо нервничать. Рядом с тобой я выгляжу непрофессионалом. Ты была прекрасна в «Охотнице». Ты действительно была Сильвией. Идеально передала ее. Так, как она описана в комиксах.

Она пожимает плечами.

– Спасибо. Вообще-то я их не читала.

– Не читала?

– Некогда, – просто отвечает она и, наклонив голову, изучает мою униформу. – Почему мужчины носят штаны, а я должна носить эту чушь? – Она указывает на свои каблуки высотой в милю.

– Сексизм? – предполагаю я.

Джесс улыбается. На этот раз вместе со мной, а не надо мной.

– К сожалению. Это просто смехотворно, – говорит она.

– Да, – соглашаюсь я. – Потому что в Федерации женщины-офицеры никогда не ходили на каблуках и это против канона. Да?

Джесс без выражения смотрит на меня.

– Нет, – говорит она без злобы. – Потому что они хотят, чтобы я в них бегала.

– Ой, верно. Конечно.

– На каблуках! Да еще и со всеми этими сложными трюками! Серьезно, я предупреждала Ники, художника по костюмам, – напоминала про «Золотой Глобус». У меня с каблуками не очень хорошие отношения. Но он все равно велел мне их надеть. – Она смотрит на свои накрашенные ногти и пожимает плечами. – Это будет кошмар. Впрочем, я знала, на что иду, когда подписывал контракт. Это просто средство.

– Что еще за средство?

Джесс поднимает глаза.

– Получить лучшие роли.

– Лучше «Звездной россыпи»? – говорю я, прежде чем успеваю остановиться.

Джесс открывает рот, потом закрывает.

– Так ты фанат, да?

Я пожимаю плечами, и так уже очевидно, что да.

– А ты нет?

Она фыркает.

– Я фанат денежных чеков.

Наверное, я выгляжу разочарованным, потому что она торопится добавить:

– Нет-нет, я очень уважаю фанатов «Звездной россыпи». Именно благодаря ним снимается этот фильм, в конце концов. – Она одаряет меня еще одной сверкающей идеальной улыбкой. – Но все эти высокобюджетные фильмы – не искусство, а так, развлечение. По крайней мере, поначалу. Каждый из них новый, сияющий, яркий. Но быстро тебе надоедает, и ты переходишь к следующему. – Она внимательно смотрит на меня, и я не уверен, об одном и том же ли мы говорим. – Если ты понимаешь, о чем я.

Ах, точно. Я ерзаю. Еще одна блестящая идея, как поднять мой рейтинг: распространить слух о том, что мы с Джесс вместе. Это может объяснить, почему я так жутко нервничаю при встрече с ней.

– Да, Гейл, мой ассистент, упоминала, что мы встречаемся.

– Только двадцать три дня съемок, – поправляет Джесс. – И все. Потом я ничего не хочу, хорошо? Разве только мы станем хорошими друзьями, и тогда я, может быть, поцелую тебя на премьере.

– Не уверен, что готов целоваться с кем-то, кроме Звездных Стрелков, – отшучиваюсь я.

Она кривит уголок рта.

– Ты можешь меня обратить.

– Попробую, клянусь крылатой звездой Федерации. – Я салютую ей знаком клятвенного обещания.

– Чудик, – смеется она. – Неудивительно, что тебя выбрали на эту роль. Ты рожден для нее.

Рожден для нее. Эта фраза заставляет мой желудок подпрыгнуть, словно мне без этого было мало. Я быстро отворачиваюсь.

– Да, верно.

Джессика с прищуром смотрит на меня, снимает ноги с подлокотника и садится прямо. И смотрит мне прямо в глаза.

– Дэриен, можно начистоту?

Я не могу отвернуться. У нее невыносимо напряженный взгляд. Ей придется носить контактные линзы. У Принцессы Амары должны быть зеленые глаза, зеленые, как излучение от раскаленного квазара в космосе.

– Ну да, конечно.

Она вздыхает.

– Ты никогда раньше не снимался в крупных проектах.