Наказанная любовью - Барбара Картленд

— Да, пожалуйста, — быстро сказала Латония. — Объясните мне, что же было не так.

— Ничего особенного — отозвался лорд Бранскомб. — В таких маленьких княжествах это случается сплошь и рядом.

— Что именно?

— У раджи, получившего европейское образование, появляется тяга к прогрессу, в то время как его родня упорно старается сохранить княжество в том состоянии, в каком оно находилось последнюю тысячу лет.

— И поэтому они дают ему опиум?

— Вот именно. Опиум и женщины не оставляют молодому человеку времени на нововведения или смену политики.

— И вы решили, что здесь необходимо присутствие британского резидента? — закончила за него Латония.

Лорд Бранскомб улыбнулся:

— Возможно, придется его назначить, но я дал его светлости шанс реабилитироваться.

— Каким образом?

— Я посоветовал ему избавиться от привычки к опиуму и побольше времени проводить в седле, а не на женской половине дворца.

— И что он ответил? — спросила Латония.

— Он умен, когда его мозг не затуманен опиумом, а поскольку я весьма щедро расточал ему комплименты, он не обиделся, когда я предложил ему вести себя, как подобает мужчине, и тем заслужить признание.

— Вы думаете, он так и поступит?

— Честно говоря, не знаю, — ответил лорд Бранскомб. — Однако я предупредил его, что если через шесть месяцев он не изменит своих привычек, я порекомендую вице-королю назначить в эту провинцию британского резидента.

Латония вздохнула:

— Ох, надеюсь, что он вас послушает!

— Я тоже надеюсь, — ответил лорд Бранскомб. — И еще я надеюсь, что он останется жив. Глаза Латонии расширились, и она быстро спросила:

— Что вы хотите этим сказать?

— Существует множество способов избавиться от юного раджи, который пытается разрушить традиции, почитающиеся священными.

— Как это?

— Несчастный случай на охоте; падение с лошади; змеиный укус; яд в пище. Индийцы используют такие приемы испокон веков.

— Это ужасно! — негромко произнесла Латония.

— Тогда забудьте об этом, — резко ответил лорд Бранскомб. — Возможно, там, куда мы сейчас направляемся, все будет иначе.

Они скакали весь день, а потом ехали двое суток на поезде, прежде чем достигли следующего места назначения. Латония вновь с восторгом рассматривала толпы зевак и туристов на станциях и на перегонах. Она видела деревни — крохотные островки зелени в пустыне, где вечно не хватает воды. В деревне обычно была центральная площадь с колодцем посередине, окруженная несколькими деревцами, и грязный пруд, в котором лежали ленивые буйволы.

Латонии понравились и города, где, как она узнала, по британскому образцу были построены административные офисы, магазины, полицейские участки, больницы и, конечно, казармы. Она не отрывалась от окна до тех пор, пока в небе не появлялись звезды, и не опускалась темнота, стремительно, как театральный занавес.

Лорд Бранскомб проводил большую часть времени за чтением газет или составлением отчета, но за обедом они разговаривали. Местные блюда, покупаемые на больших станциях, выглядели и назывались по-разному, но все, как казалось Латонии, были на один вкус. И еще ей ужасно докучала пыль, которая проникала всюду, даже когда все окна и двери в вагоне были закрыты. И все же она была в восторге, потому что именно так представляла себе настоящее приключение.

Она уже прониклась атмосферой Индии: вездесущим запахом пряностей и горящего дерева, гудением витых раковин, рокотом барабанов и приглушенным шуршанием босых ног по пыльной земле. Латония чувствовала себя так, будто попала в полузабытый сон, долгие годы хранившийся в дальнем уголке памяти и вдруг превратившийся в явь, как феникс, восставший из пепла.

Иногда, словно не в силах противостоять радости в сияющих глазах Латонии, лорд Бранскомб отвечал на ее вопросы свободно, без обычной подозрительности и осуждения.

Княжество Оута, следующий пункт их путешествия, оказалось очень красивым. Синие озера, причудливые храмы, одетые в алое пышноусые всадники с изогнутыми мечами, бронзовокожие женщины, с царственной грацией несущие на головах медные кувшины, — все приводило Латонию в восторг.

Ослепительно белый дворец раджи с резными окнами и ажурными балкончиками тоже поражал воображение, а сквозь огромные ворота Латония разглядела выстроенных в ряд боевых слонов.

Раджа, белобородый старик, правил княжеством уже почти тридцать лет, и подданные повиновались ему беспрекословно. Любое его желание считалось законом. Латония подумала, что здесь лорд Бранскомб вряд ли найдет какие-либо недочеты, однако интуиция, ставшая в последнее время острее, говорила ей, что лорд недоволен.

Они пробыли в княжестве три дня, и Латонии разрешили взглянуть на женскую половину, где было множество внутренних двориков, водоем и священное дерево ним, острые листья которого использовались при лечении многих болезней. Супруга раджи оказалась очень молодой и красивой, но, к сожалению, говорила на хинди, а на урду и на английском знала всего несколько слов. Латония пробовала объясняться с ней с помощью жестов, однако это было весьма утомительно, и она испытала огромное облегчение, когда визит завершился.

Раджа предоставил им открытый экипаж, запряженный двумя лошадьми, который должен был отвезти гостей до ближайшей железнодорожной станции.

— И что вы думаете? — нетерпеливо спросила Латония, когда экипаж отъехал на достаточное расстояние от дворца.

— Я жду вашего заключения, — ответил лорд Бранскомб.

— Мне показалось, что все в порядке, — ответила Латония. — Но я знаю, что вы чем-то недовольны.

— Вам это кажется странным?

— Не совсем, потому что я уже успела понять, что подозрительность — отличительная черта вашего характера.

— Вы имеете в виду себя?

— Да.

— Что ж, могу сказать, что вы и княжество Оута — вещи одного порядка, — ответил он. — Вы кажетесь слишком хорошей, чтобы быть таковой на самом деле.

— Я польщена, — сказала Латония. — Но все-таки расскажите мне, что вы обнаружили?

— Ничего, — ответил лорд. — Все было безупречно, и это, как вы правильно заметили, вызывает во мне подозрения.

— И что же вы собираетесь делать?

— А что я могу сделать? — вопросом на вопрос ответил лорд. — Впрочем, я еще не ознакомился с отзывами тех, кто был в Оуте вместе с нами.

На мгновение Латония удивилась, а потом упрекнула себя в несообразительности. Разумеется, среди слуг-индийцев были шпионы, которых лорд Бранскомб нанял, чтобы следить за людьми, с которыми встречался. Такие методы были ей не по душе, и, словно прочитав ее мысли, лорд произнес:

— По-моему, вы меня осуждаете, верно? Латония не стала притворяться, что это не так.