Обольщение ангела - Патриция Грассо

«Скучает по молоку старой Мойры… Скачет на лошади по-мужски… носит под юбкой кинжал, привязанный к ноге…»

Его жена несомненно рождена в Хайленде, настоящая Макартур. Гордон знал это так же верно, как то, что он стоит сейчас у окна в кабинете графа Басилдона и смотрит на Темзу.

Он перевел взгляд с окутанной туманом реки на заходящее вдали солнце и задумался: а чего же она хочет? В самом ли деле эта отнюдь не застенчивая особа, на которой он формально женат, хочет быть английской леди потому, что любит этого английского маркиза? Или есть что-то еще, что побуждает ее так пренебрежительно говорить о своей родной земле? Рано или поздно он узнает ответ на этот вопрос. Время работает на него. Его невесте некуда бежать. Кроме как в его объятия.

Гордон отвернулся от окна. От резкого движения нижний край его пледа слегка завернулся. Он сел в кресло перед камином и вытянул ноги.

Что скажет его строптивая жена, когда увидит, что он в шотландском костюме? При этой мысли маркиз невольно улыбнулся. Едва ли придется долго ждать, чтобы узнать это, ведь он велел Дженингсу направить Роберту сюда, в кабинет. Но почему же ее еще нет? Наверное, прихорашивается без конца перед зеркалом, чтобы убедиться, что выглядит достаточно привлекательной для него.

Совершенно расслабившись от тепла камина. Гордон зевнул и сладко потянулся. Можно и подремать несколько минут. Он закрыл глаза и уже было задремал, но тут услышал какие-то приглушенные детские голоса.

– Вот он, – сказал один голос.

– Смотри, он носит юбку, – добавил другой.

– Он же шотландец. Это его национальный костюм, – последовало объяснение.

Гордон проснулся, но не открывал глаз, притворясь будто спит. Голоса принадлежали юным девочкам, и он подумал, что неплохо бы выведать у них кое-какие сведения, касающиеся Роберты. В конце концов, дети известны своей искренностью и прямотой, да и знают зачастую больше, чем кажется взрослым.

– У него коленки голые.

– Да, я вижу.

Не в силах сдержаться, Гордон осторожно приоткрыл глаза, и из-под опущенных ресниц стал рассматривать двух девочек, стоящих перед ним.

– У него ямочки на них, – заметила младшая, подойдя поближе. – Как ты думаешь, дядя Йен тоже носит юбку?

– Наверное, да, – ответила старшая девочка. – Они все так одеваются в Шотландии.

– А у нашего папы тоже такие коленки? – спросила третья девочка, стоявшая позади его кресла.

Словно звон множества серебряных колокольчиков, нежный смех девочек разнесся по кабинету. Не пытаясь больше притворяться спящим, Гордон открыл глаза и выпрямился. Он оглянулся вокруг и увидел пять черноволосых и синеглазых ангелочков, окруживших его кресло.

– Меня зовут Блайт, – сказала старшая, которой на вид было лет десять.

– А я Блис, – добавила восьмилетняя.

– Самма и Отма стоят справа, – сказала Блайт. – А слева Аврора.

– Самма и Отма – близнецы, – пояснила Блис.

– Он и сам видит, что они близнецы, – одернула Блайт сестру.

Шестилетняя Аврора подошла поближе и с лукавой детской улыбкой спросила:

– А как зовут шотландца, который любит муравьев?

– Дядя! – закричали Самма и Огма.

Гордон разразился смехом:

– Я полагаю, вы дочери графа?

Пять черноволосых головок кивнули согласно.

– Вы любите нашу кузину Роберту? – напрямик спросила Блайт.

Прежде чем он успел ответить, Блис сказала:

– Дядя Генри тоже любит ее.

– Дядя Генри пытался поцеловать Роберту, – заявила Аврора. – Но она ему не позволила.

– Тш-ш, сестра, – шикнула на нее Блайт.

– Если Генри женится на Роберте, она будет нашей тетей, – выпалила Блис.

Аврора захихикала.

– Как же может кузина быть тетей?

Совершенно очарованный этими девчушками, Гордон переводил взгляд с одной на другую. Огорошенный лавиной их вопросов и комментариев, он не мог вставить ни единого слова в их разговор. Как удается графу разобраться в этом щебечущем хоре?

– Если Роберта выйдет замуж за Генри, я выйду замуж за вас, – пообещала Аврора, рассмешив этим двух старших сестер.

– Спасибо тебе, крошка, – с улыбкой ответил Гордон. – А скажи-ка мне, почему ты хочешь выйти замуж за человека, которого совсем не знаешь?