Не будем торопить ночь - Элизабет Биварли

– Если ты все это понял, – начала Хлоя, – почему ждал ее все это время и не сдавался?

Возможно, Хлоя немного перегнула палку и задала слишком личный вопрос, но Хоган был не против на него ответить.

– Я не сидел все эти пятнадцать лет без дела и не ждал ее. Я встречался с другими девушками, но ни с кем я не чувствовал себя так же, как с Аннабель. Понимаешь, о чем я? Ни с кем у меня не было особой химии или искры в отношениях.

Хлоя не могла этого понять. Любовь – это не химические элементы и не разряды молнии. Любовь – это когда есть человек, который ждет тебя и заботится о тебе. И у нее был такой человек – Самуэль. Как только он зашел в класс английского языка, девушка подняла глаза и встретилась с ним взглядом, и тогда она поняла, что между ними есть некая связь. Не любовь, а связь. Любовь возникла позже, потому что столь сильное чувство не может возникнуть сразу и из ниоткуда. По крайней мере, не для Хлои, возможно, для Хогана, поскольку ему необходима лишь искра.

– И теперь, когда Аннабель свободна… – произнесла девушка.

– Мне кажется, я несколько перерос восторг от отношений, – скептически заметил Хоган. – Мне действительно нужно связаться с ней и кое-что прояснить.

– Почему бы тебе не пригласить ее на вечеринку или на ужин? – предложила Хлоя в надежде, что ее голос не выдавал реальных эмоций и волнения. Ей всегда нравилось готовить для вечеринок, можно было включить воображение на полную мощность и придумать что-то интересное. – Ты мог бы пригласить ее и еще нескольких человек, – добавила она. – Другие гости могли бы несколько разрядить обстановку между вами.

Хлоя ощутила горечь во рту, может, причиной стало вино, и, чтобы убедиться в этом, она сделала еще один глоток. Нет, причина была вовсе не в вине.

– Может быть, – ответил Хоган.

– Нет, серьезно, – настаивала Хлоя. – Поскольку…

Хогана нужно было подтолкнуть, потому что самостоятельно он бы не решился поговорить с Аннабель. Он дал Хлое понять с самого первого дня, что хочет возобновить отношения с девушкой, которую любил еще с подросткового возраста. Нужно было закатить вечеринку, да и Хлое хотелось устроить праздничный ужин и отвлечься от нежелательных мыслей.

– Послушай, Хлоя, – начал он, – я действительно ценю твое желание помочь, но…

– Все сложится просто идеально, – прервала его девушка. – Просто давай устроим небольшую вечеринку, скажем, шесть или восемь человек.

– Но…

– Я могу заняться этим на следующей неделе, если гости смогут.

– Но…

– Ни о чем не беспокойся. Я позабочусь обо всем. Ты предстанешь перед обществом в наилучшем свете.

– Да, но…

– Дай мне список гостей, и я всех обзвоню.

– Хлоя…

– Предоставь это мне.

Хоган хотел возразить, но казалось, что все аргументы были ничтожны. Девушка не оставила ему выбора, и затем Хоган решил сменить тему разговора:

– Каково это – расти в… Где ты сказала? Где-то в Индиане?

– Нью-Олбани, – поспешно поправила она. – Южная часть штата, на реке Огайо.

– Полагаю, что это местечко вовсе не похоже на Манхэттен, – предположил Хоган. – Или же Квинс.

– Да, совсем не похоже. Там тихо. Нью-Олбани – хорошее место. – Отделаться от воспоминаний не представлялось возможным. – Я думала абсолютно иначе, когда была ребенком, но там было мило. К тому же прямо по другую сторону от реки находится Луисвилл, так что, если нам хотелось городских развлечений, мы могли отправиться туда. Луисвилл вовсе не похож на Нью-Йорк, но все же… Когда мы были подростками, я и Самуэль отправлялись к реке на велосипедах и смотрели на ночной Луисвилл. Тогда этот город казался таким громадным, все эти яркие огни и мосты. Хотя по сравнению с Нью-Йорком, это ничто…

Когда Хлоя закончила свой рассказ, Хоган спросил:

– Ты познакомилась с Самуэлем, когда вы были совсем молоды, да?

И тогда девушка осознала, сколько личного раскрыла Хогану. Ей больше не хотелось упоминать Самуэля в разговорах, но это было невозможно, поскольку он был неотъемлемой частью ее жизни. Как ни странно, но эти воспоминания не были настолько болезненными, как раньше.

– В старшей школе, – начала Хлоя, – все началось, а уже на втором курсе колледжа мы решили пожениться. Может показаться, что мы были слишком молоды для свадьбы, но это не так, – произнесла она, словно прочитав его мысли. Все вокруг считали, что свадьба в столь юном возрасте ни к чему не приведет, но только не Хлоя и Самуэль. Для них этот шаг был очевидным и естественным.

– Как он… – начал Хоган, но осекся. – Прости, что я спрашиваю, но что случилось?

Девушка вздохнула. Стоило догадаться, что рано или поздно Хоган задаст этот вопрос. Это была ее вина, что она спровоцировала такой интерес к своей личной жизни. Она еще ни с кем не обсуждала Самуэля. Никогда. Так почему же она открылась Хогану?

– Ишемическая болезнь сердца, – ответила она. – Вот что случилось. У него было больное сердце. Об этом никто не знал, пока в возрасте двадцати двух лет у него не случился сердечный приступ, который и убил его. Он стоял на кухне и резал перец для тастиры. Знаешь, это такое тунисское блюдо средиземноморской кухни, – добавила она зачем-то. – Мы все делали вместе, когда открыли наш собственный ресторан.

Мгновение Хоган сидел в тишине, а затем очень тихо произнес:

– Так это его большие поварские куртки, которые ты постоянно носишь, да?

Хлоя кивнула.

– После того как его… После того как его прах развеяли в Браун-Каунти, я поняла, что у меня ничего не осталось, что могло бы о нем напомнить. Мы не обменивались кольцами, когда женились, да и подарки мы дарили друг другу не часто. – Девушка улыбнулась. – Все это казалось нам не важным. Так что, когда его не стало, я начала носить его вещи.

Ей казалось, что если она носит его куртки, то сможет стать немного ближе к нему. Но это было не так. Его одежда помогала Хлое помнить о Самюэле, но, однажды начав, она уже не смогла остановиться.

Она потянулась за бокалом вина к столу и сделала глоток. От него у нее горели горло и рот, но она не могла справиться с ощущением холода, которое внезапно окутало ее, поэтому девушка поставила бокал на стол и укуталась в шаль.

– Прости, Хлоя, – нежно произнес Хоган. – Я не должен был просить тебя рассказать мне о таких личных моментах.

– Все в порядке, – возразила она, хотя на самом деле все было не так. – Прошло уже много времени. Я научилась справляться со своим горем. Деньги, которые я зарабатываю, идут в фонд имени моего мужа. Этот фонд позволяет сделать тесты менее дорогостоящими и более доступными. Мысль о том, что я помогаю больным людям жить дольше или же даю возможность им провести больше времени с близкими, помогает мне справиться с потерей.