Тот самый, единственный - Ребекка Уинтерз

Джинджер улыбнулась.

– Так бывает, когда увлекаешься кем-то одним. Она давно тебя знает, Витторио Делла Скалла, и я подозреваю, никто не сравнится с тобой. – Произнеся эти слова, она поняла, что говорит от чистого сердца.

– И чья это теория?

– Одной университетской преподавательницы, которая должна была улететь в Грецию и встретиться там со своей подругой, Зоей. Но вместо этого она сейчас гуляет по пляжу. Это о многом говорит.

– Джинджер… – Он крепко прижал ее к себе. – Мне нужно снова тебя поцеловать. Я со вчерашнего дня думаю только об этом.

Она едва не сказала ему, что мучается от той же самой проблемы, но он не дал ей такого шанса. Он припал к ее губам. Каждый следующий его поцелуй становился длиннее и настойчивее. Если Джинджер его не остановит, она знает, что произойдет дальше.

Собравшись с силами, она в конце концов прервала поцелуй и отстранилась от Витторио.

– Прости, но мне это слишком нравится. И я не уверена, что правильно поступила, согласившись провести с тобой отпуск. – Ее голос дрогнул.

Он помрачнел.

– Что не так?

– Мы оба живем мечтой с тех пор, как встретились, но ради того, чтобы это продолжалось, мы откладываем неизбежное. Ты подарил мне день, который я никогда не забуду, но завтра мне надо ехать домой. В твоей жизни очень много трудностей, у нас ничего не получится.

– Ты меня не проведешь, Джинджер. Я хочу знать истинную причину, почему ты вдруг решила исчезнуть из моей жизни.

– Я не обязана тебе объяснять.

– Боюсь, тебе придется это сделать. Я рассказал тебе все, чтобы ты точно знала, что происходит, но ты не была со мной откровенна.

– Я с тобой откровенна! – крикнула она. – Но я просила тебя о понимании. Ты не справедлив ко мне.

– В чем ты меня упрекаешь?

– Именно ты предложил мне побыть с тобой. Мы поехали на виллу твоей семьи. Ты ждешь от меня решительного шага, заботишься обо мне. Если я попрошу тебя не целовать меня, ты уважишь мои желания. Я говорю тебе, что недолго пробуду в Италии, и ты отвечаешь, будто все в порядке. Происходящее кажется нереальным. Если мы расстанемся завтра, то не причиним друг другу настоящего вреда и у нас останутся особенные воспоминания.

– Что нужно изменить, чтобы происходящее казалось реальным? – спросил он.

– Ничего. Мне пора вернуться к прежней жизни.

– Из того, что ты сообщила мне, я понял, что твоя жизнь в Коста-Меса полна страданий.

– Но это моя жизнь. Там моя семья и друзья.

Джинджер услышала, как он резко втянул носом воздух.

– Очевидно, тебе потребуется больше времени после смерти мужа. И наша проблема в том, что ты должна скоро вернуться в Калифорнию. У нас нет шанса знакомиться друг с другом несколько недель и месяцев.

– Почему ты не калифорниец? – Она решила разрядить напряженную атмосферу.

– Вероятно, я не понравился бы тебе, если бы у меня не было венецианского акцента.

Она обхватила руками его поразительно красивое лицо.

– Ты понравился мне до того, как я услышала твой говор. Меня не просто влечет к тебе, и ты об этом знаешь.

Он коснулся руками ее спины.

– Я хочу тебя во всех отношениях, как мужчина может хотеть женщину, – эмоционально произнес он, – но я не терял жену. Твой муж умер не так давно, поэтому я понимаю твое желание держать между нами дистанцию. Я не буду просить у тебя то, что ты не готова мне дать. Я говорю это прямо сейчас, потому что не могу отпустить тебя.

– Я тоже не хочу с тобой расставаться. – Джинджер нежно поцеловала его в губы. – Спасибо за понимание.

Чем больше времени она проводила с Витторио, тем дальше уходила от точки невозврата. Поедет ли она в Калифорнию завтра или через неделю, у нее останется еще пять недель отпуска перед тем, как она отправится в университет. Витторио не знал об этом, а она не говорила ему, опасаясь, что он упросит ее остаться в Италии подольше. Он думает, ей надо вернуться домой и сразу приступить к работе.

До встречи с Витторио в Равенне она с нетерпением ждала встречи с отцом и Норой. У Джинджер были общие друзья с Брюсом – Черри и Боб. Они планировали провести время на пляже в Бальбоа после возвращения Джинджер. Фактически они заранее спланировали поездку в Мексику до начала осеннего семестра. Но мысль о том, чтобы поехать домой прямо сейчас, ее не радовала.

Витторио обнял ее, и они долго шли по песку, наслаждаясь волшебством спокойной ночи. Потом он снова заговорил.

– Почему бы нам не насладиться имеющимся у нас временем и не посмотреть, что произойдет? Теперь ты понимаешь, что я хочу быть только с тобой.

– Само собой разумеется, я чувствую то же самое, – сказала Джинджер, – иначе меня бы здесь не было.

Витторио поцеловал ее и отпустил.

– Нам надо собрать свои вещи. Рано утром мы позавтракаем и отправимся в путь.

Когда они вернулись на виллу, Джинджер осознала, что ее чувства к Витторио стали как никогда сильными. Думая о том, как проведет с ним несколько дней, она так волнуется, что вряд ли скоро уснет.

Обувшись, они вошли на кухню.

– Выпьешь кофе? – спросил он.

– Лучше не буду. – Она нарочно отошла от него в сторону. – Витторио, если ты передумаешь насчет нашей поездки, сразу скажи мне об этом. После того что твоя мать сообщила тебе о голосовании, тебе надо остаться в Венеции и заниматься делами.

Его глаза потемнели.

– Ты мое единственное дело. Я думаю, ты это поняла. Спокойной ночи, красавица!

На дрожащих ногах Джинджер пошла по коридору в гостевую спальню. Она знала, что Витторио не пойдет за ней следом. Сегодня он установил основные правила и не станет на нее давить. Они будут наслаждаться друг другом и выяснят, к чему это приведет.

Приняв душ, она приготовилась ко сну. Для предстоящей поездки ей хватит одного чемодана с одеждой. Собрав вещи, она легла под одеяло.

Она снова вспомнила разговор с матерью Витторио. Он вроде бы спокойно выдержал новость о голосовании на совете директоров, но явно был потрясен настойчивостью отца Паолы добиться того, что он хотел.

Джинджер считала азартные игры большим злом. Витторио предстояло бороться с неприятностями, и она очень ему сопереживала. Однако она знала, что он справится с чем угодно. И в этом с ним никто не сравнится.