Грохот ледника - Ольга Акофина

– Опять всё заново, – процедил он.

– Что случилось? – спросила Дана.

Глеб ей передал разговор с медсестрой.

– И теперь, скажи, пожалуйста, что мне с ним делать? Куда отправить? Один он жить не может, а с нами я ему жить тоже не позволю.

– Я не знаю, надо подумать.

– Ладно, я к нему сейчас съезжу, посмотрю на него, и там что-нибудь решу. Безвыходных ситуаций не бывает.

– Глеб, только не привози его сюда.

– Ну, что ты, я что не в своём уме? Всё, я поехал, а оттуда сразу на работу.

Глеба проводили в палату Володи, тот сидел на кровати, смиренно сложив руки. Он был совсем худым и бледным, схожесть с Глебом пропала окончательно.

– Глеб, – обрадовался он, – а где мама?

Глеб тяжело вздохнул.

– Она давно умерла.

– Умерла? Как же?

– Прекрати реветь, не раздражай меня. Тебя выписывают, ты в курсе?

– Выписывают? Ура! Прочь из этой палаты!

Володя захлопал в ладоши.

– Не вижу причин для радости, – продолжал Глеб, – как ты намереваешься жить?

– С тобой, как и прежде.

Глеб закурил сигарету.

– Здесь нельзя курить, – заметил Вова.

– Значит, это ты соображаешь? А то, что чуть не прирезал меня, и теперь собираешься у меня жить, не понимаешь?

– Прирезал тебя? Я не помню.

– Конечно, ты был не в себе, но я тебя всё равно не прощаю. Тебе нет оправдания. К своему дому я тебя и на метр не подпущу.

– Почему? – тупо спросил Вова.

– Потому что дома у меня жена и маленький ребёнок, тебе там нет места.

– Ребёнок? Откуда?

– Тебе объяснить, откуда дети берутся? Я думал, что тебе это Ира наглядно объяснила.

– А куда же я?

– Не знаю, Володя. Ты в своё время предпочёл наркотики и Ирину, а мог жить в своё удовольствие.

– Я хочу всё исправить. Ты мне будешь помогать?

– Хватит. Надоело быть твоей нянькой, тем более после того, что ты сделал.

Вовка разревелся, кинулся на колени, обхватил ноги Глеба и запричитал:

– Прости меня, я так люблю тебя, ты ведь мой брат, помоги мне! Не бросай меня! Я – больной! Кроме тебя у меня нет никого на свете! Я погибну! Прости.

Глеб помог Володе встать, хотя даже дотрагиваться до него, ему было противно.

– До завтра ты останешься здесь, я договорюсь с врачами. А я пока приму решение.

– Возьми меня к себе.

– Это исключено.

И Глеб захлопнул за собой дверь.

На работе Глеб только и думал об Володе. Никаких мыслей по поводу устройства его будущего не приходило. Пожалуй, кроме одной: сдать его в платную клинику, но на всю жизнь его там не запрёшь. Или запереть его навечно с сиделкой в съемной квартире? Влад тоже не смог ничего придумать.

Вечером, когда Глеб приехал домой, Диану там не застал. В детской с двумя детьми сидела Марина. Она помогала Диане с ребёнком, а также иногда сидела с двумя малышами, чтобы Алла и Диана могли немного развеяться.

– Спят ангелочки, – сказал нежно Марина. – Ты с работы? Девочки поехали погулять в торговый центр. Ты чего такой грустный. Что-то стряслось?

– Пойдём, выпьем кофе, пока дети спят.

После того, как Глеб рассказал Марине о своей проблеме, она несколько минут молчала, а потом сказала:

– Мы с Андреем возьмём его к себе.

– Что? – удивился Глеб.

– Да, да, – заулыбалась она, – мы поможем ему, вылечим его. Ни тебе, ни Диане им некогда заниматься, а у нас полно времени. Он станет нормальным человеком, во всяком случае, таким, каким был до всего этого.

– Мама, я не могу подвергать вас риску, ведь он тогда набросился на меня.

– Во-первых, он был под наркотиками, а, во-вторых, врач же сказала, что он не опасен. Глеб, – Марина взяла его руку в свою, – после смерти Данечки, вы – наша семья, – ты, Диана, внук и Володя. Андрею вы с Володей вообще родные сыновья. А я люблю вас по-матерински. Разве мы оставим сына в беде? Обещаю, мы будем заботиться о нём. Поверь, у нас ему будет лучше, чем в любой, пусть даже самой дорогой клинике с самой дорогой сиделкой. Пожалуйста, позволь нам!

Марина сжала его руку, так что кольца больно впились в кожу.

– Не сомневаюсь, что Вове будет с вами хорошо, но он совсем, как дитя, и вешать на вас такой крест.

– Мы не такие старые, Глеб. И потом, я не работаю, я смогу помогать и ребёнком, и заботиться о Володе. Мне порой так одиноко. Ты вечно на своей работе, звонишь, редко, а приезжаешь и того реже. Сейчас, правда, у меня есть внук, но Диана не работает, и сама охотно с ним возиться, в моей помощи она нуждается редко. Пожалуйста, позволь мне!

– Если ты и вправду считаешь, что для тебя это не обременительно, то я, пожалуй, соглашусь, но с одним условием, я буду каждый месяц давать на него деньги, оплачивать лечение.

– Зачем? У нас есть средства.

– Мама, мне так спокойнее, вы не миллионеры, а меня это не обременит.

– Спасибо, сынок, – в глазах Марины блеснули слёзы.

На следующее утро, Марина и Глеб приехали за Володей.

– Мама Марина, – обрадовался он.

– Как ты похудел! – воскликнула она.

– Вова, ты пока будешь жить у Марины и Андрея, – жёстко сказал Глеб.

– Не на улице?

– Ну что ты, сынок, – сказала Марина и обняла его.

– Мама, мама, – заплакал Вова у неё в объятиях. – Милая мама, забери меня.

– Сейчас Глеб нас довезёт до дома, и ты больше никогда не будешь жить в больнице, – ласково ответила она и с благодарностью посмотрела на Глеба.

А Глеб передёрнул плечами, он ненавидел сентиментальные сцены.

Через пару дней Глеб привёз для Володи одежду и ноутбук, он не хотел вводить Марину и Андрея в лишние траты, поэтому сам приобрел для брата необходимую на первое время одежду, купил компьютер с наушниками. Дверь ему открыл Андрей, Володя спал, Марина вышла в магазин.

– Я только передать вещи, – сказал Глеб

– Заходи, кофе выпьешь? Марина сейчас придёт.

– Мне некогда.

– Глеб, мы никогда с тобой не разговаривали, удели пять минут.

Странные светлые глаза сына пристально посмотрели на него, он кивнул и прошёл на кухню.

– Ты знаешь, Володя не так плох, его подлечили, и он нам за эти пару дней рассказал, как вы жили раньше.

– Жалуется на меня? Значит, действительно, поправляется. Он, знаешь ли, когда был в более-менее здравом уме, всегда ныл и жаловался, – усмехнулся Глеб.

– Он рассказал, что ты всегда бы ему за отца, и за мать, и за