Неверная - Кира Романовская

— Нет не нужно, Вера, я вот точно знала, где с кем и когда изменил мне мой муж, как он говорит, в первый раз… Был первый… — вздохнула Ида. — И тогда я точно знала, что от него не уйду, слишком крепко он меня держал в своих объятиях. Я себя тоже душила этими мыслями, ни спать ни есть не могла, всё думала, чем я хуже неё? Почему? Я ведь всё для него одного! Всё! А теперь поняла, за что и почему, чем я хуже. Чем ты хуже…

— Чем? — встрепенулась Вера, круглыми глазами глядя на горько усмехающуюся Иду перед собой.

— Наши с тобой мужья решили в какой-то момент, что с нами так можно. Что домашний коврик останется ровно там, где его оставили в прошлый раз уходя из дома — у двери, в которую войдёт муж, как ни в чём не бывало, воняя шлюхой и её выделениями. Мы сами это позволили, Вера! Потерялись в своей семье, о нас вытерли ноги, а мы всё ещё лежим у дверей и ждём своего хозяина! Скулим, воздевая руки к небу «Ну почему же? Почему он так со мной?». Не ищи причин и оправданий, причина одна — они захотели и сделали. А нам так нельзя! Надо терпеть, прощать и быть мудрой! А можно было ведь просто уйти, но я осталась, надо было уйти, и не было всей этой мерзости дальше. Я проявила слабость, мужчины не уважают слабых женщин, но и сильных не любят, потому что слишком своенравные, яйцами с мужем меряются. Зато мужья об них хотя бы ноги не вытирают, меня устраивает такой вариант. А что устроит тебя?

Вера в ответ промолчала, задумавшись над словами бывшей подруги, что была точно в такой же ситуации. Ковалевская развернулась и пошла дальше, не оглядываясь, чужое горе её больше не трогало, своих проблем хватало и их надо срочно решать.

Гости в это время высыпали на улицу, покурить и освежиться, среди них Ида выглядывала именинницу. Кира в накидке из тонко-выделанной шкурки пушного зверя стояла рядом с мужем, который обнимал её за талию и что-то говорил на ухо. Они оба смотрели на небо, как и все гости, и только услышав залпы салюта Ида поняла, что они ждут салют — апофеоз сегодняшнего вечера. До апофеоза личной драмы Ковалевской было ещё далеко…

*****

— Всё нормально, Ида? — спросила Кира, встревоженно вглядываюсь в лицо подруги.

Они вдвоём уединились подальше от гостей в осеннем саду, там, где даже фонарей вокруг не было. Телохранитель Киры, который следовал за ней везде по пятам прогуливался недалеко от хозяйки и пристально следил, чтобы никаких лишних ушей рядом с женщинами не было.

— Влад тебя везде ищет, ты не взяла сумочку, просто пропала. Дину я выпроводила, она надралась, как свинья. — покачала головой Кира. — Не надо было её звать, Северу был нужен её муж, а он даже не соизволил прийти. Я его понимаю, только позориться с ней рядом.

— К чёрту их! К чёрту их всех! — взорвалась Ида, сжимая кулачки. — Ты можешь для меня кое что сделать?

— Что? — хлопнула глазками красивая куколка.

— Я хочу, чтобы ты узнала про Филина всё, что только можно, кто он, откуда, чем дышит, что делает. Кто он такой вообще! Откуда взялся в жизни Влада?

— С чего ты взяла, что я могу узнать? — прищурилась Кира.

— Брось, дорогая, ты можешь обмануть этих проблядей вокруг, что последние мозги пропили или прокурили, но не меня. Я знаю, кто ты такая. — усмехнулась Ида.

— И кто же я? — осторожно спросила Кира, сменившая кукольное личико на хищный оскал.

— Ты девочка, которая выжила! — приблизилась к её лицу Ида. — Ты выжила в стенах родного дома, где тебе пришлось пережить ужасы, одной тебе известные. Павловские ломали тебя, как куклу, которую надо было посадить на шпагат любыми путями, но вместо этого почти вся семья в могиле! Я не знаю, заслужили ли они, и был ли у тебя другой путь, но ты выбрала этот, и мне всё равно! Они своё дело сделали…

— Какое дело?

— Сделали из куска пластика сталь! — свернула глазками Ида. — Север поэтому тебя выбрал в жёны, ему нужна была та, которая не испугается его конфликта с Ковалевским старшим. Та, которая выстоит и не заплачет, размазывая сопли по лицу! Та, которая может себя защитить!

— Это он тебе сказал?

— Нет, сама догадалась. Ты для него не просто красивый браслетик-женщина, что он таскает рядом с собой и всем показывает. Он тебя уважает, он ведет себя с тобой на равных! Север с тобой всё обсуждает, не так ли? Он с тобой советуется и вы правда партнёры?

— Допустим.

— И я знаю, что ты на многое способна, например, узнать то, что другим не под силу. Ты хитрая и изворотливая притворщица, которая не входит в двери, а перелезает через забор, какой бы высокий он ни был! И я прекрасно знаю, что дружишь ты со мной не просто так. Я зачем-то нужна и тебе, и Северу, и если пришло время сказать мне об этом, то говори. Если нет, то я подожду. Но дело моё ждать не может, я прошу у тебя помощи, за которую ты можешь назначить цену сама. Я слушаю!

Кира задумчиво теребила край своего мехового манто, в которое её сегодня приодел муж, не поскупившийся на подарки. Она предполагала, что Ида не так глупа, как все остальные клуши в её окружении, которые не видели ничего вокруг кроме блеска бриллиантов и сверкающих глаз мужа, который смотрел на свою жену. Ида видела больше, чем остальные, или это Кира позволила ей себя увидеть.

— Ты мне правда нравишься, Ида. Мне с тобой легко и приятно общаться. Ты единственная смотришь на меня как на человек, а не как на красивую вещь, что принадлежит моему мужу. — всё же призналась Морозова. — Север просил меня с тобой подружится, в борьбе с твоим свекром все средства хороши. Он выжил из ума, Ида, поэтому он пытается тебя убить.

— Ты уверена на сто процентов в этом? Даже Влад не уверен.

— Или не хочет верить, это же всё таки его отец. — пожала плечами Кира. — Меня мой тоже пытался убить, а я никак не могла в это поверить. Это больно. Но, видимо, у Влада произошел катарсис, он говорил сегодня с Севером, насчет Кощея. Не знаю пока о чем. И насчет Филина он говорил с ним ещё раньше.

— Что? —