Солнце - Анна Джейн

Одно мгновение стоит целой вечности.

Один человек стоит целой толпы.

Диана и Кристиан остаются одни. Ее должна увезти охрана матери, но она просит подождать их некоторое время, и они идут на эту уступку.

- Как ты, Ди? - спрашивает Уилшер с тревогой. - Тебе лучше?

- Да, лучше, - тихо, но ровно отвечает она. - Знаю, что впереди еще много всего, но дышать стало свободнее. Правда, боюсь, будет тяжело со всем справиться. Я слишком слабая. Ненавижу это в себе.

- Ты справишься, - подбадривает ее Крис. - Я знаю, что ты можешь быть очень сильной.

Она ничего не отвечает. Просто смотрит в стену.

- Почему ты решилась на это? Почему не захотела дожидаться Санни? - спрашивает Крис. - Ведь если бы вы придерживались плана, все могло быть по-другому. Не так болезненно, - с трудом подбирает он слова.

- Не знаю, правда, не знаю, - отвечает Диана. Она не говорит, что в ее голове стояли слова отца о том, что она не умеет проигрывать. Не говорит о разговоре с Санни в ее квартире. Не говорит о своих снах. - Возможно, мне хотелось доказать, что я не такая жалкая. - И когда только она успела стать такой откровенной? Наверное, она пожалеет о сказанных словах, но сейчас ей хочется быть честной.

- Ты не жалкая, - качает головой Кристиан. Ему больно слышать это от Дианы, и он действительно не согласен с ней. - Да, у тебя отвратительный характер. Ты та еще маленькая стерва! - Он хрипло смеется, запрокинув голову. - Но я никогда не считал тебя жалкой.

- Другие считали.

- Разве не плевать на других? Разве не стоит отправить всех к черту с их драгоценным и никому не нужным мнением? Разве они - другие - стоят твоих слез?

Диана ничего не отвечает, и какое-то время они сидят молча. А потом она вдруг задает странный вопрос:

- Ты знаешь, почему светит луна?

- Почему же?

- Луна не может излучать собственный свет, но может отражать чужой. Лунный свет - это свет солнца, отраженный от ее поверхности, - говорит Диана.

- Что ты хочешь этим сказать? - спрашивает Крис.

- Ховард - она ведь солнце. Я всегда была ее отражением. Мой свет всегда был ее светом. Мой голос всегда был ее голосом, - с непонятной хрустальной горечью признается Диана. - Я поняла это сегодня, когда она согласилась помочь мне, несмотря на то, как я к ней относились я и моя мать. - Она смотрит в лицо Кристиана. - Моя смелость была отражением ее смелости. А я не хочу больше быть отражением чьего-то солнца, даже самого яркого. Я хочу научиться светить сама. Сама, понимаешь?

Диана больше не плачет, но в ее серых глазах столько муки, что Крис подается к ней в инстинктивном порыве обнять и защитить - хотя бы от самой себя. Он сжимает пальцы на ее плечах, прижимает к груди, гладит по волосам. И она не отталкивает его. Не потому что нет сил, а потому что нет желания делать это.

- Ты сможешь, Ди. Я верю в тебя, - шепчет ей на ухо Кристиан, Его горячие ладони оказываются на ее щеках, а после он целует Диану в сухие губы. Он целует ее с той своей нерастраченной и осторожной нежностью, которую всегда скрывал, считая, что Диана лишь посмеется над ней, оттолкнет, как сделала это когда-то его родная мать, однако сейчас он тоже хочет быть искренним. И Диана отвечает ему - так же осторожно и мягко, будто принимая всю эту нежность и благодаря за нее. Прикосновения ее губ похожи на прикосновения лепестков роз. Аромат ее слабых духов - морской бриз, грейпфрут и сладкая горечь ночных цветов - будоражат Криса.

- Давай убежим? - отстранившись, вдруг предлагает он. В его глазах яркий блеск. - Ты и я. Поселимся в Альпах - знаешь, как там красиво? А хочешь, уедем в Австралию или махнем в Майами? Улетим подальше от всего этого, начнем новую жизнь. Как тебе? Не обещаю быть идеальным, но обещаю любить тебя и принимать любой - со светом и без него. Моего хватит на двоих, - нервно смеется он, сам не веря - не в то, что говорит, а в то, что осмелился это предложить.

- Я очень хочу начать новую жизнь, Крис, - мягко отвечает Диана. - Безумно хочу. Но...

- Что - но? - хмурится он. - Я все так же отвратителен тебе?

- Нет. Совсем не в этом дело!

- А в чем же?