Королевская канарейка - Анна Кокарева

Подумав, решила, что Ганконера точно в известность о случившемся ставить не стоит, по крайней мере пока. Я сейчас за завесой, дотянуться до меня он не сможет — разве что орочьими лапами. Нет. И неизвестно, как ещё отнесётся к сложившейся ситуации. Рядом с Ланэйром тоже долго оставаться не стоило — я прекрасно помнила, что Трандуил стребовал с меня обещание не трясти своей жизнью, как разменной монетой и не шантажировать его этим более. Так что имело смысл поскорее расстаться с господином послом, чтобы, не дай боги, не дошло до очередной драки.

Ланэйр как-то уж очень удивлённо вопросил:

— Богиня, а как вышло, что ты осталась один на один с опасностью? Я знал, что Трандуил Ороферион должен был забрать тебя из Мордора, и, когда ты свалилась в мой костёр, то благословил весь мир: мою бабку, подарившую мне браслет; ночь Самайна, исполнившую невозможную мечту; даже поганых орков — просто так, потому что счастлив. И в душе просил врата Мандоса открыться пошире для Орофериона со свитой — не сомневался, что они погибли все до единого, защищая тебя. Ты хочешь сказать, что они живы⁈ — в полутьме показалось, что прекрасное лицо посла начинает заливаться тоненькой краской гнева.

Я не очень-то верила своим глазам — эльфы обычно лучше сдерживали эмоции. Но его видение ситуации позабавило. Наскоро рассказала, как было дело и ещё раз уточнила про письмо.

Ланэйр странно замялся:

— Письмо отправить можно. Но есть нюанс.

Подавив нервный смех (о, эти эльфийские «нюансы»!), поинтересовалась, в чём он состоит.

Нюанс состоял в том, что, обладая крайне ограниченными способностями к магии, Ланэйр мог отправить письмо только с открытого места. Не из пещеры и не рядом с каменным массивом. А выйти на открытое место он не мог, потому что рядом с пещерой его сторожили. В саму пещеру не совались — она у орков считалась священной и табуированной, потому что в ней жили пауки, потомки чудовищной Унголиант. Прослышав о пауках, я нервно заозиралась, но Ланэйр заверил, что зимой пауки уходят на глубину и впадают в спячку. А пещера всё равно остаётся табу. Да и ни к чему оркам лезть в неё — они прекрасно знают, что эльф с утра выйдет, и ждут.

После того, как он урыл второе племя, воины из близлежащих племён организовались и стали его выслеживать, чтобы убить раньше, чем тот доберётся до них.

И внизу, на снежном плато, его ждали. Ланэйр пригласил полюбопытствовать. Мы стояли у выхода, защищённые выступающей скалой, и эльф рассказывал:

— Они подготовились неплохо. Видишь огоньки? Это костры. Судя по количеству, орков около десяти кулаков. То есть полсотни. Было больше, но я часть вечером убил, вон трупы кучей лежат, — я, кроме огоньков, ничего не видела, но покивала. — Ещё они привели двух шаманов и каменного тролля. Слышишь, как ворочается? — И, с одобрением, — подготовились с уважением. Я чуть раньше, в сумерках, всё хорошо рассмотрел. С шаманами и троллем у них отличные шансы. Но, поскольку это всё-таки не урук-хаи, а простые воины, и они не…гм… сыграны, из разных племён — то шансы есть и у меня.

Я, обомлев, молчала. Пятьдесят орков, два шамана и тролль — и Ланэйр считает, что у него есть шансы. Посмотрела бы я на это… лучше в кинотеатре. Не зная, что сказать, оглянулась вокруг: снег был заплёван скорлупками. Тихо засмеялась, вспомнив любовь посла к орешкам. В сумерках, стало быть, наш заскучавший от жизни Бараш стоял здесь и проводил рекогносцировку, поплёвывая скорлупками. Шансы подсчитывал. И, если ему повезёт, то уходит толпу орков и пойдёт к следующему племени. Оружие массового поражения наш ортодокс.

Не удержалась и поражённо сказала:

— Ты великий воин.

Он польщённо поклонился.

Я покосилась ещё раз на скорлупки и смущённо, с надеждой спросила:

— Эру Ланэйр, а орешков больше нет? Или хлеба?

Как он охнул и ужаснулся!

— Да ты голодна, любовь моя! Прости, я так растерялся… Сейчас.

Выяснилось, что орешки и хлеб были, но Ланэйр считал, что в этих местах в это время года человеческая женщина не проживёт на такой еде, и попросил подождать, исчезнув на короткое время в темноте за входом и вернувшись с какими-то откопанными из-под снега растюшками, корешками и куском подмороженной вырезки. Ошалело смотрела, как он в той же деревянной чашке (больше посуды не было, какой же воин лишнее в боевую вылазку потащит!) состряпал практически ресторанный суп. Удивило, что чашка не горела на огне, когда он поставил её на край костра, а снег в ней растопился и вода вскипела. Наверное, какое-то дерево специальное. Чашка и кусок лембаса были торжественно поднесены мне. И палочка, которой можно подковыривать гущу. Попробовала: действительно шикарный суп. Паназиатская кухня. Наваристый горячий бульон, аккуратные кусочки мягкого мяса, пряные коренья и зелень, дающие нажористость и интересную вкусовую гамму. Даже что-то, похожее на листья пак-чой, поверху плавает.

Эльф умилённо смотрел, как я ем. Осторожно косилась, думая, насколько я никчёмное существо по сравнению с ним. Это ж какой мужик! И вылечит, и армию орков в одиночку выкосит, и суп из топора в зимних горах сварганит. Мда… Потом меня одолели другие мысли. В частности, откуда он взял мясо. Раздумчиво посмотрела на кусок, вытащив его палочкой.

Ничего не спросила, но Ланэйр сказал:

— Это мясо варга, богиня, — с излишней торопливостью, как мне показалось.

Я отлично знала, что варгов не только люди, но и орки, и сами варги не едят. Их мясо жрать невозможно. Так что супчик сварен из орочьей вырезки. Я, как гастроном, могла определить, что эльф действительно использовал вырезку: мышцы из заднепоясничной части, практически не работающие и считающиеся деликатесными в любой скотине. В орке, видимо, тоже. Улыбнулась:

— Спасибо, очень вкусно, — тень с лица Ланэйра исчезла, и он улыбнулся в ответ.

Понятно. Если бы суп с орком не проканал, он бы меня собой кормить начал. Своей силой. А у него её мало, вон как после лечения поплохело. Великий боец, а маг плохой.

Задумалась об этике: вот, ем орка. От безысходности. А человека съела бы? С грустью поняла, что, при определённых обстоятельствах — да. А вот эльфа бы ни при каких не стала. Совсем ни при каких. Боги, светлые и прекрасные. Я так вижу, и всё тут. Что любопытно, эльф меня орчатиной накормил, но наврал, что это варг. Чтобы не переживала. А он, судя по всему, и не переживает. Что ему, раз эльфы обувь из