Продам мужа в хорошие руки - Лилия Тимофеева

— Ох, недогадливая ты, Олька. Какой из тебя носильщик. У тебя, вижу, мужчинки в машинке. Вели им..

— Марин, я не могу. Это…

Но Маринка, решив, что я стесняюсь, уверено распахнула дверцу мерседеса, уставилась на Аркадия Алексеевича и сказал:

— Вот ты, красавчик, вон какой большой, сильный. Затащи девушке диван.

Олигарх не ожидал подобного, замешкался. Маринка взвыла:

— Совсем мужики нормальные перевелись. Ну чего зеньками зыркаешь? Помоги, а? Зарплату получу, заплачу вам эти четыреста рублей. Хочешь, расписку дам.

Аркадий Алексеевич решительно вылез из машины:

— Не надо мне ваших рублей, девушка. Что ж вы о мужчинах такого невысокого мнения. Помогу, конечно. Просто… растерялся.

Олигарх сделал жест охраннику Сене двигаться за ним. Показал на диван, скомандовал:

— Хватай и вперед.

Сеня сказал:

— Может грузчиков вызовем? Или каких мужчин найдем.

Маринка хмыкнула:

— А чего искать, вы не мужики, что ли?

Олигарх покраснел и схватился первым за диван. Покупка оказалась тяжелой, огромной, с трудом проходила в узкие двери. В результате транспортировки отвалился один подлокотник. Маринка злилась горючими слезами. Аркадий Алексеевич сказал:

— Ну… не гоже слезы по пустякам лить. Инструмент есть? Сейчас мигом исправлю. Будет ваш новый диван как новенький!

Маринка, которой за неимением мужа приходилось часто выполнять мужские обязанности самой, притащила молоток и шуроповерт. Олигарх ловко прикрепил подлокотник на место. Но тут неожиданно нарисовалась новая проблема. Новый диван некуда было поставить, потому что Маринка забыла про старый. Пришлось вытаскивать назад новый. Потом выносить старый. И возвращать новый в квартиру счастливой обладательницы. Маринка сияла как начищенный самовар. А олигарх схватился за спину. Не мог разогнуться и жалобно причитал. Потом велел:

— Сеня, я даже в машину сесть не могу. Гони в аптеку за мазью…

— Не надо! — воспротивилась Маринка. — У меня такая мазь есть. Закачаешься. Вмиг на ноги поставит. Сама ей пользуюсь. Я же на стройке работаю..

— На стройке? — Аркадий Алексеевич обрадовался "коллеге". — Я тоже строитель.

Тут Маринка внимательнее взглянула на носильщика:

— Ой, да ты прораб наверно. Солидный такой. Костюм дорогой. Ой, порвался, измарался. Снимай, сейчас зашью и постираю. Держи мой халатик. Я девушка крупная, тебе впору придется. Тебя как зовут, рукастый?

— Аркадий…

Маринка нарядила олигарха в свой халат, уложила его на новый диван и втерла мазь. Пока Аркадий Алексеевич отлеживался, подруга быстро накрыла на стол. Сказала:

— Ну что, друзья мои. Денег у меня нет. Но угостить могу.

Аркадий Алексеевич удивился: боль и вправду прошла. От застолья хотел отказаться. Но Маринка с бутылкой сродни танку будет, возражать не имеет смысла. Вскоре олигарх сидел на самом почетном месте — возле холодильника. Маринка удивилась:

— Аркаша, а чего ваш сын возле стенки стоит, за стол не садится? Странный он какой-то…

Я еле сдержалась, чтобы не рассмеяться. Работа Сени — охранять богатое тело, при этом оставаться в стороне, незамеченным. Вот бедный парень и встал, как положено, у стенки, напротив входной двери. Аркадий Алексеевич велел охраннику:

— Садись. Только вы, Марина, ему не наливайте. Он за рулем.

— Ладно. Ольга тоже пить не станет. Ей детьми заниматься. Ну да не страшно. Мы с вами расслабимся, да, Аркаша? Давайте на брудершафт. Нравитесь вы мне, Аркадий. Жена есть?

Глаза олигарха погрустнели:

— Уже нет. Другого нашла…

Маринка и олигарх выпили на брудершафт.

Подруга утешала нового знакомого:

— Не переживай, хороших женщин много. Давай еще по одной!

Маринке олигарх явно приглянулся. Да и она пришлась по душе Аркадию Алексеевичу. Ну не станет мужик два дивана туда-сюда тягать, а потом водку дуть, коли дама совсем не нравится. Тем более, что у них имелось много общего. Они говорили о стройке, тема была им обоим близкой и понятной. Жаловались друг другу на отсутствие семьи. Маринка причитала:

— Я вот не понимаю баб, что детишек не хотят, мужу ужин сварганить для них — катастрофа. Это же счастье.

Олигарх искренне поддакивал. Все шло хорошо. Но Маринка ляпнула:

— И без мужика плохо, и жизнь у нас в стране вообще не малина. Проклятые богатеи все в свои жадные ручонки захапали. Копейки платят, на чужом поте жирами обрастают. Ох, как я их ненавижу. А ты, Аркаша?

— И… я ненавижу.

— Считаю, что нужно революцию устроить! Как в 17-м году. И толстосумов к стенке!! А потом из автомата очередью! А затем на Колыму их всех.

— На Колыму, — пьяно поддакивал Аркадий Алексеевич. — Революцию!

Хорошо, что у революционеров закончилось горячительное. Пока Маринка не догадалась отправить "сынка" за добавкой, мы с Сеней вытащили олигарха из-за стола, закинули его руки себе на плечи и потащили к машине. Толстосум сопротивлялся, но мы продолжали подлое дело, медленно, но упорно двигались к мерседесу. Нельзя иначе. А вдруг ляпнет Аркаша, что он олигарх, начнет Маринка революцию незамедлительно. Схватится за скалку. И трындец капиталисту…