День рождения для двоих - Барбара Ханней

— Элис, нам надо серьезно поговорить…

— Дело касается Лиама? — сразу догадалась она, чувствуя смутную тревогу.

Джулия согласно кивнула и, помолчав, добавила:

— Даже не знаю, с чего начать…

— Как я тебя понимаю! Несмотря на то, что мы с ним очень близки, Лиам для меня по-прежнему неразрешимая загадка. Но шестое чувство подсказывает мне, что давным-давно с ним произошла трагедия, о которой ему невероятно трудно говорить…

— Ты абсолютно права, Элис. Его боль, которую он так тщательно ото всех скрывает, напрямую связана с тем, почему я оказалась в инвалидном кресле и…

— Почему он отказывается садиться за руль?

— Да. Бедный Лиам. Осмелюсь предположить, что он страдает больше, чем кто-либо из нас…

— Я, конечно, не знаю, что произошло, но, по-моему, ты тоже жертва обстоятельств.

— Не знаю, может быть, Я смирилась, а он по-прежнему считает себя единственным виновником трагедии…

— Вы попали в аварию? — предположила Элис, холодея при одной только мысли об этом.

Джулия кивнула, зябко поводя плечами:

— Это случилось, когда мы ехали на празднование двадцать первого дня рождения Лиама и Питера. Ты наверняка уже знаешь, что у него… был брат-близнец?

— Не совсем.

Элис чувствовала как у нее тоскливо сжимается сердце: («Вот почему у него был такой печальный взгляд в тот день, когда мы встретились в баре «Хиппо»! Значит, я была права, предположив, что с ним случилось какое-то несчастье. Но смерть брата-близнеца второй половинки души — вдень рождения — это ужасно…»)

— Крошка Джейк, Лиам и я остались живы, а Питер — мой муж — погиб, — прошептала Джулия, быстро поднося к глазам носовой платок.

— Сколько боли вам с Лиамом пришлось пережить! Такого и злейшему врагу не пожелаешь…

— Сначала мне просто-напросто не хотелось жить, но Джейк и Лиам один своей трогательной уязвимостью другой постоянной и преданной заботой — убедили меня не сдаваться. Мы с Питером поженились еще совсем молодыми. Мне было девятнадцать лет. Муж и Лиам были похожи как две капли воды, но Питер был более общительным и легким на подъем, чем его брат. Душа компании, одним словом.

Элис живо представила красивого темноволосого молодого человека, поразительно похожего на ее дорогого Лиама, рядом с веселой и здоровой Джулией Конвей: «Они наверняка были потрясающей парой! А я, глупая, места себе не находила от ревности, считая Джейка его сыном…» А Джулия тем временем продолжала вспоминать трагические события той роковой ночи:

— Лиам сидел за рулем, но он не виноват в том, что случилось! Это был один из тех случаев, которые просто происходят… Питер рассказывал нам какую-то смешную историю. Нам было очень весело и вдруг сильный удар в бок заставил автомобиль отлететь в сторону и врезаться в столб. Лиам едва успел притормозить. Позже мы узнали, что в трагедии виноват неизвестный лихач…

— А что было потом? — Элис чувствовала себя так, словно ее заставляют глотать острое стекло.

— Целый год после аварии я провела в больнице. Лиам почти каждый день навещал меня. Иногда с маленьким Джейком на руках, который всегда был вовремя накормлен, обут, одет и доволен. «Не хочу, чтобы мой любимый племянник надолго разлучался с мамой!» — говорил он.

«Если уж в двадцать один год Лиам проявил столь поразительную сознательность, легко представить, каким заботливым отцом он будет нашему ребенку! — подумала Элис. — Может, мама права и мне следовало согласиться выйти за него замуж?»

Словно угадав ее мысли, Джулия заметила с улыбкой:

— Лиам всегда проявлял к нам с Джейком трогательную заботу. И даже более того…

— Теперь я понимаю, почему он сразу замыкался в себе, стоило мне ненароком коснуться этой темы… Прости, что перебила. Пожалуйста, продолжай.

— Чтобы нам с Джейком всегда хватало денег на безбедную жизнь, Лиам занялся туристическим бизнесом. И, как видишь, более чем успешно! Я пыталась убедить его хоть немного подумать о себе, но этот упрямец ничего не хотел слушать и продолжал опекать нас с удвоенной энергией… Пойдем в сад, выпьем чаю со льдом и подышим свежим воздухом.

— С удовольствием! Позволь тебе помочь…

Устроившись в тени раскидистого дерева с высокими стаканами чая в руках, они продолжили прерванный разговор. После минутного колебания Элис все-таки решилась задать давно мучивший ее вопрос:

— Прости, что спрашиваю, но ответь, пожалуйста. Лиам когда-нибудь делал тебе предложение?

Несколько секунд Джулия внимательно следила за тем, как в стакане кружатся подтаявшие кубики льда, а потом тихо сказала:

— Да. Один раз. И я ему очень благодарна за такую самоотверженность!

— Когда это случилось? — как можно равнодушнее поинтересовалась Элис, но тут же спохватилась: — Но если не хочешь, можешь не отвечать…

— Ну, что ты! — улыбнулась джулия. — Спрашивай меня, о чем хочешь. С тех пор прошло больше десяти лет.

— И ты отказала ему?

— Да.

— Почему, если не секрет?

— Я знала, что он поступает так только из чувства долга…

Элис ахнула: она отказалась стать его женой по той же причине! Кроме того, в голосе Джулии ей вдруг послышались странные нотки: печали, а может, сожаления? И она поняла, что просто не может упустить этот шанс выяснить все раз и навсегда:

— Прости, если я слишком навязчива, но могу я задать тебе последний вопрос?

— Спрашивай.

— Ты когда-нибудь любила Лиама?

— И да, и нет. Внешне он очень похож на Питера, но моя привязанность к нему никогда не выходила за рамки сестринской. Лиам и Питер, братья-близнецы, были на редкость разными: один — серьезный, вдумчивый, другой — веселый балагур. Я полюбила старшего брата и всегда буду его любить! — в карих глазах Джулии блеснули слезы.

Элис и сама чуть не плакала от сострадания. Они помолчали: каждая думала о чем-то своем.

— Ты только посмотри на нас! Разревелись в три ручья, хозяйка дома первой взяла себя в руки. — Впрочем, это я во всем виновата: вместо веселья устроила за столом исповедальню.

— Ну, раз так, — Элис постаралась непринужденно улыбнуться, теперь настала моя очередь немного пооткровенничать. Знаешь, я уже давно поняла, что люблю Лиама, но после всего, что ты рассказала, мои сомнения лишь усилились. Вряд ли у наших отношений есть будущее…

— Что заставляет тебя так думать?

— Многое. Но прежде всего мне бы хотелось, чтобы Лиам был со мной так же честен и откровенен, как ты…

— Мужчинам гораздо труднее раскрыть душу даже перед любимым человеком. Дай ему время, Элис. Лиам обязательно поговорит с тобой по душам, вот увидишь! Просто он еще не готов…