Его жадные объятия - Джули Беннет

— Если ты и дальше будешь ворчать и ходить понурым, то иди уже домой.

Хейс проигнорировал слова Нолана и похлопал Джампер по боку. Он уже пять дней не брал на прогулку свою лошадь. С тех пор как привел ее в конюшню после отъезда Алексы. С того времени работал над проектом пансионата, связывался с инженерами по поводу доработки проекта, поскольку те решили построить еще несколько домиков на восточной территории. Когда все будет готово, Нолан сможет руководить процессом.

Еще он проводил время на кухне. И всякий раз видел перед собой Алексу. Вспоминал о том, как она рассказывала о своей большой семье и теплых посиделках, советовала поставить огромный стол вдоль всей стены.

— Иди домой.

Услышав требовательный голос Кольта, Хейс заметил, что оба брата стоят рядом и прожигают его взглядом.

— Я ухаживаю за лошадью. Если раздражаю, можете сами идти отсюда.

В последнее время до него нельзя было достучаться.

Хотя нет, одному человеку удалось. Алекса добралась до его сердца с помощью понимания и сочувствия, разговорами о Мэйсоне, фотографиями, на которых она держит сына, как самую главную драгоценность на земле.

Сколько любви в этой женщине.

— Послушай, мы не надоедаем тебе, напротив, даем возможность восстановиться после того, что тебе пришлось пережить. Я знаю, ты не хочешь об этом говорить, но с тех пор, как наша гостья уехала, ты стал еще более замкнутым.

Хейс погладил Джампер и недовольно фыркнул.

— Откуда такие выводы? Ты видишь меня впервые за несколько дней.

— Ты не отвечал на мои сообщения и не брал трубку, когда я звонил обсудить проекты инженеров.

— Я был занят.

Пытался заснуть, когда Алексы не было рядом. Как странно. Он спал с ней всего одну ночь, но почему‑то впервые после возвращения домой к нему пришел спокойный сон. Может быть, расслабление после секса, хотя он так не считал. Алекса понимала его, не настаивала на душевных разговорах, но эмоционально оказалась ему близка. Практически незнакомцы, они знали друг друга на самом интимном уровне.

— Что, черт возьми, произошло? — спросил Нолан. — Можешь не рассказывать. Если она тебе нравится, почему ты все еще здесь?

Хейс бросил взгляд на надоедливых братьев.

— Я не собираюсь откровенничать с вами. Все, что произошло, останется между мной и Алексой.

— Аннабель сказала, что она плакала, когда приехала за вещами. — Беспокойство в глазах Кольта было трудно разглядеть за широкими полями шляпы, но от Хейса ничего не утаить. — Я заметил, как вы близки.

— Ты видел, как мы целуемся. Не стоит искать в этом более глубокий смысл.

— А потом я видел, как вы смотрите друг на друга, как ты провожаешь ее взглядом. Не говори мне, что все дело в страсти. Не верю.

— Мне все равно, во что ты веришь.

Но его взволновало то, что Алекса плакала. А не должно было. Надо бы ее отпустить. В момент слабости он попросил ее остаться, хотя и не обманывал, говоря, что хочет еще одну ночь любви.

— Ты навещал отца в последнее время? — Нолан наконец сменил тему.

— Я был у него вчера. Он не узнал меня в лицо, но назвал мое имя. И все время вспоминал, как я упал в реку.

— Тебе было восемь, — подхватил Нолан. — Он сейчас пребывает в этом времени. Думаю, и хочет остаться там. Когда я приходил к нему, он всегда говорил о маме, и по его рассказам мы еще маленькие.