Свадебная шарада - Мелани Милберн

Ник мрачно кивнул:

— Мне не слишком приятно об этом вспоминать. Тогда я попытался наставить тебя на путь истинный. Признаю, что был немного груб. Мне часто приходило в голову, что, если бы я не отверг тебя так бесцеремонно, ты не помчалась бы к Рикардо.

Джейд встала с кровати, волоча за собой простыню, в которую завернулась. Она хотела одеться, но не желала делать это перед носом у Ника. Сейчас она чувствовала себя крайне беззащитной.

— Вот, — сказал Ник, подавая ей халат из ванной комнаты. — Надень.

Джейд надела халат и завязала пояс на талии. Халат оказался слишком большим для нее.

— Ты выглядишь как малышка Элла, когда она надевает одежду своей матери, — заметил он.

Она грустно и задумчиво улыбнулась ему:

— Жаль, что я не могу снова стать маленькой. Может быть, тогда я не совершила бы столько ошибок.

Брови Ника сдвинулись вместе.

— Мы все совершаем ошибки, Джейд. Жизнь для того и предназначена, чтобы учиться на ошибках. Осознавая свои ошибки, мы взрослеем.

Джейд обхватила себя руками.

— Я должна была послушаться тебя тем вечером, — покаялась она, опустив голову. — Мне следовало запомнить все, что ты говорил. Но я этого не сделала. Наоборот, я совершила прямо противоположное. Я была мятежницей и очень хотела доказать тебе и всем остальным, что имею право делать то, что захочу. Но я ошиблась. Ужасно ошиблась!

Ник почувствовал, как внутри у него все задрожало от беспокойства. Он никогда не видел Джейд уязвимой. И вот прямо у него на глазах на смену жесткой необузданной девице пришла молодая женщина, которая выглядела так, будто мир обошелся с ней очень плохо. Ник молчал, позволяя ей выговориться. Он ощущал, как у него сдавило горло, словно кто-то пытался его душить. Мужчина глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться.

Она посмотрела на него, в ее нефритово-зеленых глазах читалось страдание.

— Я всегда сожалела о том, что переспала с твоим другом. Я и представить не могла, чем все закончится. Я хотела отомстить тебе за отказ, а вместо этого стала единственной пострадавшей.

У Ника сдавило горло.

— Неужели эта сволочь причинила тебе боль? — сдавленным голосом спросил он.

На мгновение она прикусила нижнюю губу:

— Нет. Во всяком случае, не намеренно. Ты оказался прав, Ник. Я была слишком юной, чтобы заниматься сексом. Я не была готова к этому эмоционально. Я позволила человеку, которого едва знала, использовать мое тело. Мне стало ужасно стыдно, когда все закончилось. Я проплакала несколько часов. Но потом, вместо того чтобы сделать соответствующие выводы, я снова переспала с парнем. И неожиданно стала очень популярной. Я предполагаю, что таким способом старалась привлечь к себе внимание.

Ник на мгновение зажмурился. Открыв глаза, он обнаружил, что Джейд смотрит куда-то вдаль, будто путешествует во времени.

— Джейд… — начал он и шагнул в ее сторону, но она подняла руку, останавливая его.

— Нет, — сказала она. — Позволь мне выговориться. Бог свидетель, сейчас самое время. — Она хрипло и безрадостно хохотнула. — Все прошедшие годы я прикидывалась уличной девкой. Я позволила журналистам изображать меня именно такой. Я активно подтверждала свою репутацию, постоянно появляясь на сомнительных вечеринках вызывающе одетой. Я дразнила мужчин, флиртовала с ними, словно самая популярная и легкодоступная девица в городе. Наверное, я ощущала себя именно такой — дешевой и недалекой светской львицей, которая пускается во все тяжкие, и ей наплевать на то, что о ней думают другие.

— А на самом деле тебя волнует, что о тебе думают люди, не так ли, Джейд? — прервал ее Ник. — Твой отец, например. Все эти годы ты старалась привлечь его внимание, но у тебя ничего не получилось, верно?

Она скривила губы с видом давно уставшей от жизни женщины:

— Он не простил мне того, что я не отправилась в горы в те каникулы. Если бы я была с Джонатаном, он не стал бы спускаться по опасному склону. Брат всегда был отцовским любимчиком. Я знала об этом, и Джонатан знал, но он изо всех сил старался компенсировать мне отсутствие отцовской любви. Он был самым лучшим братом, какого только можно пожелать. Без него я уподобилась лодке без руля и паруса. Я стала жить так, словно решила себя уничтожить.

— Ты не виновата в смерти своего брата, — твердо проговорил Ник. — Никто не имеет права тебя осуждать, особенно твой отец.

— Я не могу повернуть время вспять, — печально вздохнула Джейд. — Я проводила бы с братом больше времени. Жаль, что я так мало общалась с матерью. Она бы помогла мне с моими… — Она умолкла и прикусила губу.

— Помогла тебе с чем, Джейд? — попытался уточнить Ник.

Она встретила его взгляд:

— Хм… С моими картинами.

Он нахмурился:

— Ты занимаешься живописью?

Джейд почувствовала, как кровь приливает к ее лицу.

— Да, я пишу акварели. Не очень хорошо. Я этому не училась. Обычное хобби. Честно говоря, рисую я ужасно и никому не показывала свои картины. За мольбертом я просто коротаю время. Мне очень нравится творчество, знаешь ли.

— Я уверен, что ты сейчас излишне принижаешь свой талант.

— У меня нет опыта, — улыбнулась она. — Ну, я время от времени посещаю галереи и художественные выставки. Мне достаточно увидеть понравившийся образ, и я начинаю рисовать. Вот и все на самом деле. У меня даже нет настоящей студии.

Ник смерил ее долгим взглядом.

— Ты хотела бы иметь собственную студию? — наконец спросил он.

Джейд ощутила восторг от перспективы заниматься творчеством в своей студии. Кроме того, в душе она испытала благодарность к Нику, который не унизил ее и не стал высмеивать ее увлечение живописью, а вместо этого предложил помощь.

— Ты позволишь мне использовать одну из комнат на вилле в Риме как студию? — спросила она с сомнением. — Я привезла и сюда кое-какие принадлежности для рисования, но ведь мы не пробудем в Белладжио достаточно долго, чтобы я могла основательно расположиться.

— Используй под студию любую комнату и здесь, и в Риме. Тебе что-нибудь нужно? Мольберт, краски, кисти? — поинтересовался он.

— Нет, у меня есть все необходимое. Все мои вещи доставлены из лондонской квартиры.

Ник молча смотрел на нее еще минуту или две.

— Ты действительно полна сюрпризов, дорогая, — медленно проговорил он.

Джейд покраснела и быстро опустила глаза:

— У каждого из нас свои секреты, я думаю.

— Я такой, каким кажусь, — заявил он с усмешкой. — Мелочный и эгоистичный — вроде бы так меня называют в прессе. И, позволь признаться, журналисты недалеки от истины.

Джейд возразила:

— Я не верю.