Немолодожены - Кристина Лорен

– Это заметно, – ответил Итан.

Я опустилась на кровать, отбрасывая ногой ярко-розовый лифчик и стряхивая его с каблука туфли.

– Всякий раз, когда я обманываю, меня ловят. Однажды я сказала профессору, нашему преподавателю, что не могу пойти на занятие, поскольку мне надо позаботиться о своей больной соседке по комнате. Услышав это, он поднял на меня глаза, и именно в тот момент моя соседка прошла мимо нас по коридору. Он знал ее в лицо, поскольку она посещала его лекции по вторникам и четвергам.

– Твоя ошибка была в том, что ты вообще пошла на занятия. Просто отправила бы электронное письмо, как это делают обманщики.

– Или был один случай в средней школе, когда мой двоюродный брат Мигель сказал, что я заболела, представившись моим отцом, но из школы позвонили моей маме, чтобы подтвердить это. Оказалось, что мой отец никогда не звонил раньше, и учитель насторожился.

– Ну, это было просто плохое планирование с твоей стороны. Какое отношение все это имеет к данному моменту?

– Это важно, потому что я стараюсь казаться женой и пытаюсь понять, как мне обманывать.

Дотянувшись до моей ноги, Итан обхватил ее теплой ладонью и выдернул лифчик из-под моей туфли.

– Окей. То есть ты полагаешь, что жена должна выглядеть как-то по-особенному?

Я схватила лифчик, который болтался на кончике его пальца:

– Ну, не знаю. Наверное, как Ами.

Гулкий смех Итана эхом разнесся по комнате.

– Да, чего нет, того нет!

– Эй, мы близнецы!

– Дело не во внешности, – ответил Итан и присел рядом. Матрас тяжело опустился под его весом. – Ами обладает особой неописуемой уверенностью в себе. Все дело в том, как она себя ведет. По ней понятно, что бы ни случилось, она выкрутится и еще других в дураках оставит.

Я разрывалась между гордостью за свою сестру – она действительно заставляла людей чувствовать себя такими – и тщетным любопытством относительно того, что Итан думает обо мне. Мое бунтарское второе «я» все-таки победило.

– А какое впечатление произвожу я?

Он зачем-то заглянул в мой телефон (наверное, ожидал увидеть на нем открытый Интернет со строчкой в поиске «Как научиться убедительно врать»), а затем со смехом покачал головой:

– Ты выглядишь так, словно пришла каяться в церковь.

Я уже собиралась столкнуть его с кровати, как он сам встал, многозначительно посмотрел на часы, а потом снова на меня. Его намек, конечно, был замечен. Я встала, бросила последний взгляд в зеркало и потянулась за сумочкой:

– Давай покончим с этим.

* * *

Пока мы шли к лифту, я размышляла о величайшем дисбалансе Вселенной. Даже здесь при таком невыразительном свете Итану каким-то образом удавалось выглядеть хорошо. Тени обостряли черты его лица, а не преувеличивали их. Стоя перед зеркальными дверями, я отметила, что для меня результат был совсем иным.

Словно прочитав мои мысли, Итан толкнул меня бедром:

– Хватит! Ты хорошо выглядишь.

Хорошо. Как женщина, любящая жаренный сыр. Как женщина, чья грудь чуть было не вывалилась из платья на празднике. Как женщина, достойная всякого презрения просто за то, что неидеальна.

– Я слышу все твои мысли и ты вкладываешь в мои слова больше, чем нужно. Ты выглядишь замечательно.

Оказавшись внутри лифта, он нажал кнопку нулевого этажа, вестибюля, и добавил:

– Как и всегда.

Эти три последних слова обвились вокруг моего черепа, прежде чем я сознала их. Я всегда отлично выгляжу? С чьей точки зрения? Итана?

Этажи бежали вниз, и мне казалось, что лифт вместе со мной задержал дыхание. Я встретилась взглядом со своим отражением в зеркальных дверях лифта и посмотрела на Итана.

«Как и всегда».

На его скулах расцвел румянец, но Итан выглядел так, как будто был бы счастлив, если бы шахта лифта поглотила нас. Я прочистила горло:

– В 1990 году исследователи показали, что легче поймать кого-то на лжи, когда он говорит это в первый раз. Мы должны понять, что мы собираемся говорить.

– Тебе потребовался Гугл, чтобы узнать это?

– Просто у меня лучше получается, когда я готова. Знаешь ли, практика – это путь к совершенству…

– Правильно… – он сделал паузу, размышляя. – Мы познакомились через друзей. Технически это не ложь, так что тебе труднее будет все испортить. Мы поженились на прошлой неделе. Я самый счастливый человек на свете, и так далее, и тому подобное.

Я кивнула в знак согласия и продолжила:

– Познакомились через друзей, встречались некоторое время, и, о боже, я была так удивлена, когда ты стал умолять меня выйти за тебя замуж.

Губы Итана скривились, но он продолжил:

– Я встал на одно колено, когда мы остановились в кемпинге под городом Мус-Лейк, и я подарил тебе кольцо с камнем.

– Детали – это хорошо! – сказала я. – Весь следующий день от нас пахло костром, но это нас не заботило, потому что мы были так счастливы. Тогда же в палатке у меня был первый секс на природе.

Лифт шел вниз в мертвой тишине. Я смотрела на Итана со странным сочетанием ужаса и радости. Он буквально лишился дара речи от одной лишь мысли о сексе со мной. Наконец он пробормотал:

– Правильно. Но мы, вероятно, можем опустить эту деталь в разговоре с твоим боссом.

– И помни, – проговорила я, наслаждаясь моментом его неловкости, – на собеседовании я не упоминала ни о тебе, ни о помолвке, так что нам нужно выглядеть немного взволнованными всеми этими событиями.

Лифт звякнул, и двери открылись в вестибюль.

– Не думаю, что у нас возникнут какие-то проблемы с этим, – ответил он.

– И будь очарователен, – продолжила я. – Нет, не так, будь симпатичным очаровашкой. Вот так вполне нормально. Они не должны торопиться уйти, они должны захотеть провести с нами хоть какое-то время.

«Я-то знаю, что к концу вечера ты, скорее всего, или сдохнешь, или станешь, как обычно, ужасным».

Поймав его мимолетный раздраженный взгляд, который он бросил на меня, выходя из лифта, я не смогла удержаться, чтобы не пошутить над ним.

– В общем, просто будь собой.

– Сегодня я буду спать очень хорошо, – уверенно заявил Итан, потянулся, показывая фигуру морской звезды на огромной воображаемой кровати, и добавил:

– Да, следи за левой стороной дивана. Я читал там сегодня утром и заметил, что некоторые пружины, кажется, скоро пробьют обшивку.

Тихая музыка эхом разносилась по вестибюлю, а мы шли к выходу. Ресторан находился почти на пляже. Мне это было удобно, потому что, когда все это взорвется у меня перед носом, останется всего лишь короткая прогулка, чтобы утопиться в океане. Итан открыл дверь в просторный внутренний двор и жестом показал мне, чтобы я шла по освещенной дорожке.