Идеальная химия - Симона Элькелес

— Сделай что-нибудь, что поможет человечеству или этой земле, Алекс. Тогда ты заслужишь мою симпатию. Люди, участвующие в драках с поножовщиной не вызывают у меня ничего, кроме отвращения. А теперь иди и приведи себя в порядок.

Бриттани забирает книги с моих колен и произносит дрожащим голосом.

— Пошли.

— Я сам могу нести свои книги, — говорю я, следуя за ней из библиотеки. Я прижимаю свой рукав к ране, надеясь остановить кровотечение.

Она идет впереди меня. Если я ей скажу, что мне нужна помощь, чтобы идти, потому, что я чувствую слабость, придет ли она мне на помощь? Может мне споткнуться… хотя, зная ее, ей будет все равно.

Прямо перед кабинетом медсестры она останавливается и поворачивается. Ее руки трясутся.

— Мне так жаль, Алекс. Я-я не х-х-отела…

Она теряет самообладание. Если она заплачет, я не буду знать, что делать. Я не привык к плачущим девчонкам. Я ни разу не видел, чтобы Кармен плакала на протяжении всех наших отношений. По-моему у Кармен вообще отсутствует слезный канал. Это меня заводило, потому, что эмоциональные телки меня пугают.

— Ам… ты в порядке?

— О боже, если об этом узнают, мне никогда от этого не избавиться. И если миссис Питерсон позвонит моим родителям, я труп. Или точнее, мне точно захочется умереть. — Она продолжает трястись и говорить, как будто она неисправная машина без тормозов.

— Бриттани?

— …и моя мать обвинит в этом меня. Я знаю, это и так моя вина. Но она сорвется на меня и мне прийдется ей все объяснять и надеяться, что…

Прежде, чем она произносит что-то еще, я выкрикиваю.

— Бриттани!

Она смотрит на меня с таким смущенным выражением лица, я даже не знаю, чувствовать ли жалость к ней или встряхнуть ее, чтобы она перестала бормотать.

— Это ты, кто тут теряет самообладание, — комментирую я, подтверждая очевидное.

Обычно ее глаза чистые и ясные, но сейчас они пустые и невыразительные, как будто она не совсем тут.

Она смотрит вниз, потом в сторону, куда угодно, но не на меня.

— Нет, все ок. Я в порядке.

— Ну, да, конечно, ты в порядке. Посмотри на меня.

Она колеблется. "Все хорошо", повторяет она, и фокусирует свой взгляд на шкафчике в другом конце коридора.

— Просто забудь, что я сейчас сказала.

— Если ты на меня не посмотришь, я тут истеку кровью и мне понадобится гребаное переливание. Черт, посмотри на меня!

Она все еще тяжело дышит, фокусируя взгляд на мне.

— Что? Если ты хочешь сообщить мне, что моя жизнь не подлежит контролю, то я прекрасно об этом знаю.

— Я знаю, ты не хотела сделать мне больно, — говорю я ей. — Даже если бы ты хотела, я вполне заслуживаю этого. — Я пытаюсь разрядить обстановку, чтобы девчонка совсем не сломалась. — Знаешь, делать ошибки не преступление. В чем смысл иметь репутацию, если не портить ее время от времени?

— Не пытайся заставить меня чувствовать себя лучше, Алекс. Я ненавижу тебя.

— Я тоже тебя ненавижу. Теперь можешь подвинуться, я не хочу, чтобы уборщик весь день оттирал тут мою кровь. Он все же родственник.

Она качает головой, ни капельки не веря, что главный уборщик в Фейрфилд приходится мне родней. Ну, он, в общем-то, и не родня, но у него тоже семья живет в Atencingo, в том же самом маленьком городишке Мексики, где живут сестры моей матери.

Вместо того, чтобы отойти в сторону, моя маленькая партнерша по химии открывает мне дверь в кабинет медсестры. Я думаю, она функционирует, даже если ее руки до сих пор трясутся.

— У него идет кровь, — говорит она, зовя мисс Кото, школьную медсестру.

Мисс Кото сажает меня на одну из кушеток.

— Что у вас произошло?

Я смотрю на Бриттани. На ее лице написано беспокойство, как будто она боится, что я подохну прямо тут. Я клянусь богом, именно так выглядит ангел смерти. И я не против отправится в ад, если там меня будет встречать лицо Бриттани.

— Мои скрепки разошлись, — говорю я. — Ничего особенного.

— И как это произошло? — мисс Кото смачивает ватный тампон в бесцветной жидкости и прикладывает к ране. Я задерживаю дыхание, давая боли отступить. При этом, я также пытаюсь не грохнуться в обморок перед моей партнершей, я все же пытаюсь ее соблазнить.

— Я ударила его, — признается Бриттани срывающимся голосом.

Мисс Кото поворачивается к Бриттани.

— Ты его ударила?

— Нечаянно, — вставляю я, не понимая, почему мне вдруг захотелось защитить эту девчонку, которая меня ненавидит и, возможно, быстрее завалит предмет миссис Пи, чем будет моим партнером.

Мои планы с Бриттани не работают. Единственное чувство, которое она признала у нее есть по отношению ко мне, это ненависть. Но мысль о Лаки на моем мотоцикле гораздо больнее, чем тот антисептик, которым мисс Кото сейчас обрабатывает мне рану.

Мне нужно остаться с Бриттани наедине, чтобы спасти лицо и спасти мою Хонду. Может ее срыв означает, что она не так уж меня и ненавидит? Я никогда не видел, чтобы девчонка делала все настолько преднамеренно и на сто процентов продуманно. Она просто робот. Или я так думал. Она всегда выглядела и вела себя как принцесса перед камерой, когда я ее видел. Я и не полагал, что именно моя кровоточащая рука сломает ее.

Я смотрю на Бриттани. Она полностью сосредоточена на моей руке и манипуляциях мисс Кото.

Мне хочется снова оказаться в библиотеке. Я готов поклясться, что там она будет готова продолжить прелюдию, что мы начали.

Я замечаю, что только думая об этом la tengo dura прямо здесь, перед мисс Кото. Gracias a Dios, в этот момент она отходит к своему медицинскому шкафчику. И где эта большая книга по химии, когда она тебе так нужна?

— Давай встретимся в четверг после школы, ну, чтобы поработать над введением, — говорю я Бриттани по двум причинам.

Во-первых, мне необходимо перестать думать о раздевании с ней перед мисс Кото. И, во-вторых, я хочу Бриттани только для себя.

— Я занята в четверг.

Наверняка с Ослиной Мордой. Естественно, она лучше будет с тем pendejo, чем со мной.

— Тогда в пятницу, — говорю я, испытывая ее, хотя, наверное, не стоит. Испытывая такую девушку, как Бриттани, может поставить серьезную заглушку на мое самолюбие. Хотя она сейчас уязвима и до сих пор дрожит от вида моей крови. Я согласен, я манипулятивный придурок.

Она прикусывает губу, которая, как она думает, накрашена не тем цветом блеска.

— В пятницу тоже я не могу.

Мой стояк официально сдулся.

— Как насчет субботнего утра? — говорит она. Мы можем встретиться у Фейрфилдской библиотеки.