Босс под елкой - Мария Вельская

— Нет, Алессандро, это такое идиоматическое выражение. Когда русская женщина очень зла, то берет в руки некий тяжелый предмет — например, чугунную сковороду… и применяет её не по назначению. А именно — со всех сил бьет по тупой голове того, кто её разозлил, — стараясь громко не смеяться, уточнила я.

— О… — последовало озадаченное молчание, — подождите ещё пару минут, замок здесь довольно простой, поэтому поднимать лишний шум бы не хотелось.

Ничего себе! У него и такие умения имеются!

— Однако, вы многогранный человек… мне нужно будет позвонить Чезу, моей сумки со мной нет, — откликнулась, наконец, помолчав несколько секунд.

Судя по сумеркам за окном — провалялась я до вечера. Плюс ехать сюда по пробкам не меньше получаса при самых лучших обстоятельствах — дороги никакие. Чез, скорее всего, уже поднял панику.

Раздалось недовольное пыхтение, несколько щелкающих звуков, скрип, треск — и входная дверь распахнулась, впуская в комнату мороз. Благо, что пальто мое было при мне — замерзнуть не успела. Да и шапка нашлась.

Алессандро Кваттроки — а это был именно он — ввалился в комнату, тяжело дыша. Мужчине дорога по сугробам и скачки через заборы явно дались не очень легко. Или же он просто мерз. Все-таки привык к другому климату.

Черные холодные глаза-сверла на миг уставились на меня, вызывая странное сосущее чувство в животе. А потом мне резко скомандовали:

— Потом договорим, Нора. Не хочу здесь оставаться ни секунды.

Меня молча ухватили за руку и потащили к калитке. Ну нет, я через забор прыгать не буду!

— Подождите, тут есть более удобный путь!

Теперь уже я тащила собеседника в противоположном направлении. Показывал мне Витька это место. Случайно не найдешь — замаскировано хорошо, но дырка в ограде приличная, мы оба не толстые, пролезем! За домом, конечно, снега едва не по пояс. Ругаясь почем свет, Алессандро, однако, пошел первым, позволяя мне указывать дорогу и идти уже по проторённому пути.

Вот тут… да, вот за сараем. Одна доска хитро отходит. Эта? Нет, но где-то рядом была… да, точно, здесь ещё гвоздь со шляпкой толстой и кособокой был!

— Вот оно! — вскрикнула ликующе, чувствуя, как в копчике начала снова разливаться боль.

— Дай я, — безапелляционно заявил мужчина.

Зацепился рукавом дорогого пальто, снова выругался, но доску отодвинул. Сначала пропихнул меня, потом вылез сам и аккуратно задвинул доску назад.

Ах да, дверь мы за собой, конечно же, тоже закрыли. Если Витька заявится сюда — пусть хорошенько подумает, что произошло и понервничает!

— Уй, — чуть не споткнулась от обжигающей боли пониже поясницы. Ноги раскорячились.

— Стой на месте, — раздался голос обогнавшего меня итальянца.

Мужские шаги приблизились, а потом… меня дернуло и закачало. Взгляд уткнулся в черную плотную ткань зимнего пальто, а ноздри защекотал запах чужого парфюма — едва уловимый и оттого не такой противный.

— Алессандро, что вы…

— Не могу смотреть, как вы пыхтите и морщитесь. Поедем в больницу. Чезу позвоните в моего телефона, — коротко отрезал итальянец.

Не знаю, что было у него на уме. Меня усадили на переднее сиденье роскошного машиномонстра, сели за руль — машина была припаркована недалеко от участка, но так, что заметить её сразу было бы сложно. И… мы понеслись.

Меня почти не трясло — ну разве что от нервов. Хотя… девушка я не нервическая, все происходящее обычно воспринимаю с юмором, но тут просто как-то навалилось…

Навороченный телефон Алессандро исправно выдавал суровое «Занято». А изъерзалась.

Только с пятого раза, наконец, раздались длинные гудки, а потом раздраженное:

— Сандро, если ты снова начнешь мне сейчас внятно не объяснишь, куда дел мою невесту, я буду с тобой уже в другом месте разговаривать и другими методами. Ине говори мне, что ты тут не при чем! Я-то думал, что мы между собой уже все выяснили!

Не думала, что когда-нибудь услышу от Чеза такой тон — ледяной, злой, резкий.

Вот только даже эти слова вызвали на лице широкую улыбку.

— Чез… — шепнула, стараясь не расплакаться от накатившего ощущения безопасности, — это я, Нора. И твой кузен меня не похищал, а наоборот — выручил.

Молчание. Такое давящее, что на мгновение мне вдруг почему-то стало страшно.

А потом раздалось спокойное:

— Где вы? Как ты себя чувствуешь? Я к вам сейчас приеду. — И куда-то в сторону, — Марк, отбой, отзывай своих, Нора нашлась.

— Едем в больницу…

— Центральная, на этой… Шьяшкова, — подсказал Кваттроки.

— На Шашкова, — послушно повторила, — ничего такого, но я поскользнулась и ударила копчик…

В трубке послышалось непереводимое бормотание.

— Я скоро буду, Нора, — донеслось до меня спокойное, — там поговорим, — зловеще закончил Чез, — Сандро, искренне надеюсь для твоего же блага, что все именно так, как говорит Нора. Птичка, главное не переживай, все решим, — это уже мне, — до скорого.

Мой водитель закатил глаза.

Копчик изнывал от предчувствия новой порции веселья.