Тело на продажу - Элли Лартер

Чего, блять?! Какой еще ресторан?!

Я охуеваю и тут же максимально ясно озвучиваю это:

– Ты ебнулась?! Ане нельзя за территорию усадьбы.

– Но мне же можно? – хмыкает девушка. – Почему ей нельзя? У меня есть второй никаб.

– Она ничего здесь не знает! Ни обычаев, ни как себя вести!

– Я буду рядом…

– Я сказал – нет, и это не обсуждается, понятно?! – в порыве эмоций я бью по столу ладонью, и тут подает голос Аня:

– То есть, мое мнение в этом вопросе не учитывается? Вы все между собой решили, да?

– Прости, просто… – начинаю я сердито, но Аня перебивает, при этом обращаясь не ко мне, а к Натали:

– Я согласна. Я пойду с тобой в ресторан.

– Отлично! – победно задирает нос Натали.

– Я никуда ее не отпущу, – сообщаю я безапелляционно. Парни смотрят на меня, открыв рты и не зная, на чью сторону встать… а может, и вовсе лучше разойтись по своим комнатам и не мешать нам троим разбираться? Ужин постепенно остывает в тарелках: всем теперь явно не до еды.

– Она здесь, вообще-то, – напоминает Аня про себя в третьем лице. – И я не поняла: ты что, освободил меня, чтобы запереть самому? Мне казалось, ты против рабства. Или с тобой я так же, как с Хуссейном, – несвободна?

– Я защищаю тебя! – рыкаю сердито. – Пекусь о твоей безопасности!

– А о безопасности Натали не печешься, значит? – хмыкает девушка. – Почему ей можно за территорию усадьбы, а мне нельзя?

Твою мать!

Они теперь заодно, что ли?!

– Натали тут уже давно, и она давно уже не моя работа. Я не несу ответственности за ее безопасность. Она сама принимает решения и живет так, как хочет. А за тебя я отчитываюсь комиссии по борьбе с торговлей людьми и лично Илье Азарову – спецагенту комиссии, работающему в Эмиратах.

– Ну ясно, – усмехается Аня. – Борьба с торговлей людьми, значит? А по факту, я как была пленницей, так и осталась.

Я закатываю глаза:

– Да ты издеваешься…

– Это ты издеваешься, – фыркает девушка, а потом снова поворачивается к Натали: – Как ты его вообще терпишь?

– О, я тебе расскажу, – улыбается Натали, глядя на меня с усмешкой.

Я качаю головой: так вот каков был ее план! Поняв, что Аня не так проста и ее не прогнуть под себя, она решила переманить ее на свою сторону, чтобы единым фронтом выступить против меня…

Мне меньше всего хочется, чтобы Аня думала обо мне плохо. Но теперь в глазах девушки я – тиран, удерживающий ее против воли в четырех стенах.

Оставшаяся часть ужина проходит в полнейшей тишине.

Аня обижена и считает меня тираном, ограничивающим ее свободу.

Натали с самодовольной ухмылкой на лице явно празднует победу.

Я психую и злюсь на них обеих, но еще больше – на самого себя.

Ну а парни просто благоразумно отмалчиваются, чтобы не попасть под горячую руку к одному из нас, иначе повторного взрыва будет не избежать…

После супа, второго и чая с ароматным вишневым пирогом все мы так же молча разбредаемся в разные углы огромного особняка. Девушки расходятся по своим комнатам (вообще-то, сначала Натали пытается прилепиться к Ане с «девчачьими разговорами», но та говорит, что очень устала за последние сутки и просто хочет пойти спать, и Натали приходится подчиниться), я же отправляюсь в свой кабинет.

У меня дофига бумажной работы по операции «Бордель», которая должна быть закрыта уже в ближайшие дни, но я никак не могу приступить к ней, потому что голова забита совершенно другими вещами. Сохранять ясный и трезвый ум категорически не получается, поэтому через полчаса, окончательно сдавшись и налив себе бокал хорошего коньяка, я по внутреннему телефону вызываю в кабинет Тони и Майкла.

Парни приходят почти сразу: они как будто ждали этого.

– Как быстро, – усмехаюсь я невольно.

Тони и Майкл недоверчиво косятся на меня и на коньяк, переглядываются между собой, а когда я спрашиваю:

– Вам налить? – одновременно кивают.

Через минуту мы втроем уже сидим за моим рабочим столом, потягивая дорогой алкоголь, и я решаюсь сказать то, ради чего позвал их сюда:

– Мне нужно, чтобы вы присмотрели завтра за Аней и Натали, когда они пойдут на этот чертов ужин. Майкл, – обращаюсь к одному из товарищей. – Ты отвезешь их на своем автомобиле и будешь ждать на парковке ресторана. Тони, – теперь ко второму. – Ты переоденешься так, чтобы они тебя не узнали, и будешь с ними внутри, за соседним столиком или в баре, решай сам…

Парни снова переглядываются, и я закатываю глаза:

– Ну что не так, блять?!

– Почему ты просто не запретишь Ане выходить за территорию усадьбы? – спрашивает Тони.

– И почему ты просто не пошлешь Натали нахуй? – резонно добавляет Майкл, хоть и получает за эту фразу неодобрительный взгляд Тони, влюбленного в Натали.

– Потому что Аня права: она не пленница в этом доме, – говорю я и сам себе не верю. – Она свободный человек и имеет право перемещаться где и как ей угодно. Хочет в ресторан – пускай идет в ресторан.

– Но это опасно! – напоминает Майкл, а Тони качает головой, моментально закапывая меня в песок своей догадкой:

– Она ведь просто нравится тебе, верно?

– Что?! – возмущаюсь я и одновременно покрываюсь красными пятнами, и тут уже Майкл подхватывает:

– Точно-точно! Ты запал на новенькую девчонку! Думаешь, что если ты будешь ее ограничивать, она тебе не даст?!

– Тихо, блять! – прерываю я их, прекрасно зная, что Натали может запросто прокрасться к дверям кабинета и подслушать наш разговор. А еще мне тупо не нравится тон, в котором парни со мной разговаривают. Они думают, что все знают, что имеют право судить меня, но это не так. Я старший в доме и могу отдавать приказы без обсуждения и вопросов с их стороны.

– Ох, ну прости! – фыркает Майкл, как будто читая сейчас мои мысли. – Кто мы такие, чтобы с тобой спорить, да?!

– Да ладно, – более миролюбиво говорит Тони. – Его можно понять. Но… Серега, ты же сам прекрасно знаешь, что у нас дохуя работы, но все равно хочешь запрячь нас следить в ресторане за девчонками. Это нерационально и тупо. Либо отпусти их в свободное плавание и доверься Натали, либо просто запри Аню в ее комнате. Она будет обижаться, но в конце концов поймет, что ты был прав. Девушки в Эмиратах пропадают каждый день, каждый день пополняются бордели и гаремы всяких уебков. Это ради ее же безопасности.

Я рычу, перебивая его:

– Прекратите твердить мне про опасность! Я и сам все прекрасно знаю! Потому и прошу помощи!

– Ты просишь не помощи, а чтобы мы обслужили твою девчонку и ты потом смог ее трахнуть! – недовольно отвечает Майкл.