Сумрак - Пенелопа Дуглас

Мои ноги почти сделали шаг; я была готова уйти. Пусть выкладывают в интернет, чтобы все хорошенько посмеялись. Брат разозлится, потому что в воображении дорисует недостающие детали, которые подходят к тому, что он услышал.

Все равно, ведь я уже привыкла.

Затем Уилл сказал:

– Двери открыты. Иди, поешь пиццы. – Он поднял маску с пола. – Мы тут приберемся.

Замешкавшись, я оглядела груды разбитого стекла. Если Мартин узнает о моей причастности к погрому, серьезных проблем не избежать. Хоть я и защищалась, если разобраться, все равно не горела желанием, чтобы до него дошел слух о произошедшем здесь. Он обвинит во всем меня.

Я моргнула. Ладно.

Выйдя из кабинета, стремительно пошла к лестнице.

Я должна быть дома. С бабушкой.

Уилл хотел лишь поиграть со мной. С единственной целью – доказать, что может.

Однако… свободная ночь – это такая редкость. По крайней мере, в отсутствие брата я могла расслабиться. Наушники и книга у меня с собой.

Уиллу сегодня я больше ни в чем не уступлю. В спортзале полно свидетелей. Пусть попробует.

Спустившись вниз, я проигнорировала пиццу, уселась на трибуну, открыла приложение в телефоне, планируя продолжить «Вечную ночь», в то время как вокруг кипело веселье и гремела музыка. Спустя десять минут едва осилила один параграф.

Когда Уилл с друзьями наконец вернулись, я совершенно забыла о книге, ожидая, что он подойдет и попытается задеть, разозлить, поиздеваться надо мной. Парень этого не сделал, оставив в покое.

Я пришла в замешательство. Думала, Уилл вовлечет меня в ссору или охоту за сокровищами, которую они устроили.

Пока я сидела здесь, минуты складывались в час, час – в два.

Как я и предполагала. Лишь бы доказать, что может…

Директор позвонила моему брату, спросила, можно ли мне поработать еще несколько часов, помочь на кухне, а после остаться на ночь, ведь будет слишком поздно идти домой.

Скорее всего, Мартин не стал возражать, потому что я «работала», но я ни на секунду не поверила, будто она выдумала эту ложь сама.

Ведь я даже не заходила на кухню.

Я решила продолжить чтение. Уилл тусовался с друзьями, танцевал медленные танцы с какими-то девчонками, периодически поглядывая в мою сторону и убеждаясь, что я на месте.

Ему нравилось играть на моих нервах. Вот в чем дело.

Контроль.

Не успела я опомниться, как свет постепенно начали тушить. Уилл подошел и толкнул меня к своему спальному мешку в самом центре между Майклом, Каем и Дэймоном.

Я испустила стон. Мне обязательно находиться именно здесь?

– Забирай спальник. – Он снова подтолкнул меня, и я покачнулась. – Я без него не замерзну.

Можно подумать, меня беспокоит твой комфорт. Серьезно.

Парень лег на маты, возле черного мешка с подкладкой в черно-красную клетку, а я осталась стоять, хмурясь. Затем, не разуваясь, забралась в спальный мешок. Крист лежал справа, Торренс – у моих ног, Мори – над моей головой. Майкл снял футболку; его мускулистый торс оказался почти вплотную со мной, словно парень был не в курсе, что мы окружены людьми, независимо от того, что спали рядом.

Мои щеки вспыхнули. Я быстро отвернулась, но кто-то, схватив за ноги, дернул меня обратно. Грозно уставившись на Уилла, увидела его легкую улыбку, и вдруг свет в спортзале окончательно погас. Ученики устраивались поудобнее, хихиканье пронзало темноту. Кураторы патрулировали зал, следя за тем, чтобы никто не распускал руки.

Да, давайте запрем больше сотни подростков с бушующими гормонами в одном месте. В темноте. Какая глупая идея.

В животе заурчало. Я резко подняла взгляд. Глаза парня, подложившего руку под голову вместо подушки, были закрыты. Уголки его губ приподнялись в улыбке.

Он слышал. Мне принесли пиццу, пока я сидела в одиночестве – возможно, по приказу Грэйсона, – но я послала их куда подальше.

И теперь сожалела об этом. Я не ела больше суток.

Тянулись минуты, болтовня начала затихать. С противоположного конца зала донесся храп Брайса. Арион Эшби натянула маску для сна, некоторые надели дорогие наушники, заглушающие шум.

Мне не спалось из-за голода. Злаковый батончик, лежавший в кармане, манил меня.

Повернув голову, посмотрела на Уилла. Его волосы высохли. Я еще ни разу не видела их такими растрепанными, но ему все равно это шло. Он родился притягательным. Упрямые каштановые брови, острый нос, нежные губы. И самые прекрасные на свете глаза, в этот момент скрытые за опущенными веками с длинными ресницами.

Почему такие симпатичные парни никогда не бывали милыми?

Я моргнула, опустив взгляд. Конечно, он уступил мне свой спальный мешок.

Вероятно, батончик и Годзилла тоже от него, хоть он и взломал мой шкафчик, чтобы положить их туда.

– Итак, что же ты пытался сделать? – тихо поинтересовалась я.

– Когда?

Посмотрев на него, заметила, что глаза Уилла остались закрытыми.

– Наверху ты сказал, что не пытался меня напугать. Что ты на самом деле задумал?

Грудь парня ритмично вздымалась и опадала, потом замерла на мгновение.

– Я хотел проверить, понравится ли тебе, – прошептал Уилл.

Понравится что? Он?

Погоня? Опасность? Риск?

Ну, мне не понравилось.

Я не удержалась от вопроса:

– И? К какому выводу ты пришел?

Уголок его рта изогнулся в улыбке, однако глаза он так и не открыл, ответа не последовало.

– Засыпай.

Устремив взгляд к потолку, увидела дождь, молотивший по стеклянной крыше.

Парню надо отстать от меня. Просто сдаться. Если Уилл продолжит давить, я сделаю какую-нибудь глупость. Я это чувствовала.

Я крепко сжала ткань спальника.

Порой мне хотелось совершить что-то возмутительное. Разумеется, я хотела завести бойфренда. Хотела веселиться.

Но я не могла впустить постороннего человека в свою жизнь. Это сущий кошмар. К тому же мне нужно сохранять самообладание ради бабушки.

Найди себе другую мишень, Уилл Грэйсон. Я не жажду твоего внимания.

Не удержавшись, я вновь обернулась. Он выглядел так умиротворенно во сне. Кожа его шеи казалась гладкой и мягкой. Что бы произошло в химической лаборатории, если бы я его не оттолкнула?

В итоге я пожалела бы о случившемся, но, думаю, мне понравилось бы.

Я разглядывала его ресницы, касавшиеся кожи под глазами.

А мои глаза горели от сдерживаемых слез.