Ведьма в боксерских перчатках - Анна Щербина

– Какая же ты горячая, – прошептал он мне над ухом. – Висма, – громко позвал он. – Иди скорей.

– Иду, куда торопишься, – проворчал старческий голос из глубины дома.

– Висма, не до ворчанья твоего сейчас, помоги лучше, – обеспокоено проговорил Микаэль. Интересно и где делся гордый блондин? Его как подменили.

Меня уложили на деревянную поверхность, каждое движение отдавалось болью в висках. Приступы кашля не давали покоя, в глазах темнело и по венам разливалось жидкое олово. Горло уже горело от надрывного и сухого кашля.

– Висма, что с ней? Это ведь не обычная простуда? – сквозь туман услышала я голос Микаэля.

– Нет, не только. Где ее фамильяр? – спросила она.

– Остался в лесу, Лекса решила не пугать жителей! – ответил он.

– Лекса значит, – проворчала старуха. – Так деточка выпей отвар, горлышку станет легче. Ну же не кривись пей ! – и стала по чуть вливать мне тягучий и горький отвар. – Вот и умница, вот и молодец, – приговаривала она, протирая мое лицо резко пахнущей тряпицей, заставляя меня морщится. – Так мальчик иди ищи ее фамильяра, не то она сгорит до утра.

– Каким это способом мне его искать? – рыкнул он.

– Да каким хочешь! У нее проснулась стихия огня. Может причина в пожаре, может стресс, но если она сгорит до утра, то может произойти выброс магии и дай нам Боги выжить после этого, – прошептала последние слова старуха.

На меня начали накатывать волны слабости и страха, но самое удивительное было то, что эти чувства были не мои. Я пропускала их через себя, словно фильтр и от этого мне становилось все хуже.

– Выйдите, – прохрипела я. – Не могу больше чувствовать Ваш страх.

За ними закрылась дверь, и я смогла вздохнуть спокойно, насколько это вообще было можно в моем состоянии. Через некоторое время я услышала шум и крик за дверью, всю эту возню прекратил легкий скрип половиц в доме, и я задержала дыхание, что привело к приступу кашля.

"Тише Лекса, доверься мне" промурлыкал голос Спарка у меня в голове.

"Мне больно, я устала..." прошептала я в темноту.

"Слушай Лекса, в тебе проснулся дух огня. Тебе нужно его усмирить. Прикрой глаза и потянись к нему" услышала я голос моего тигра, как через воду.

И я потянулась и застыла в восхищении. Перед моим внутренним взором предстал огненный орел. Он яростно махал крыльями и гневно сверкал глазами.

"Запомни Лекса: Огонь — стихия гордая, так что придется накопить волю и время, чтоб полностью покорить ее." рассказывал мне мой Спарк.

Гордая значит? Значит силой нельзя. Поклонившись птице, я проговорила:

Открою я душу птице волшебной,

Огнём выжжем зло из вражеских сердец.

Пусть жизнь станет наша во всём откровенной,

А злу пусть придёт безвозвратный конец.

За птицею радуга в небо взлетит,

Цветами украсится наша земля.

Мы будем жить так, как сердце велит –

Во имя добра!

Птица сложила крылья и с интересом на меня посмотрела, затем сделав пару решительных шагов ко мне на встречу взлетела и со всего размаху врезалась в меня. В сердце разлилось тепло и сладкой истомой разлилось по всему телу. И уже на задворках плывущего сознания я услышала одобрительный голос моего тигра.

"Ты молодец, ты справилась. Отдыхай теперь. Все будет хорошо." и стал успокаивающе мурлыкать, положив свою тяжелую голову мне на грудь.

В слова фамильяра я поверила, раз он так сказал, то и правда все теперь будет хорошо. Наша связь укрепилась настолько, что со временем я смогу научиться видеть его глазами. В этот момент у нас с ним происходило энергетическое слияние. Он стал для меня помощником, и хранителем, и союзником, которому доверяю больше, чем близкому другу.

Болела я еще неделю, выходить на улицу мне запретили. Висма объяснила это тем, что мне необходимо уравновесить мою энергетическую составляющую. Люсия оказалась ее племянницей, и она часто, когда думала, что ее не видят, смотрела в окно и тихо плакала. Ведьмочку так и не нашли ни живой ни мертвой. Я очень переживала, но меня убедил Бертлен, что поиски Люсии продолжат.

На место пожара вызвали маг следователей, они нашли какие то магические следы, но мне рассказывать отказались, сославшись на тайну следствия.

А тем временем весна вступила в свои права, на деревьях появились первые зеленые листочки, а на некоторых плодовых деревьях распускались цветы, которые распространяли умопомрачительные ароматы.

Лес после пожара восстановили адепты академии, которые владели стихией земли. Их вызвал куратор Бертлен. Мы с ним не пересекались, ко мне пару раз забегали братья близнецы. Они как лучик солнца, вносили свет в мое унылое существование, пока не приходила Висма и с ворчанием их выгоняла.

И в одно солнечное утро мне разрешили выйти и немного прогуляться. Я вышла на крыльцо, и стала смотреть как начинается новый день. Передо мной возникала завораживающая и живописная картина.

Небо, которое ночью было мрачным и сердитым, начало принимать ярко-пунцовый окрас, начинался рассвет. С каждой минутой, небо становилось все светлее и светлее. Оно стало приходить в себя после ночной дремы и как маленький ребенок утром, нехотя просыпалось.

А солнце освещало поля и пастбища, оставляя некоторые их участки в тени. Веяло утренней приятной прохладой, от которой сразу становишься бодрым. Понаблюдав эту замечательную картину, я с легкостью и безмятежностью зашла обратно в дом, меня позвала ведьма к завтраку.

– Доброе утро Лекса. Я знаю, что тебя готовила Люсия к поступлению в академию, – говорила она мне, пока накрывала на стол. – Поэтому я хочу продолжить твое обучение в ее память, – тихо закончила Висма.

– Не в ее память, а в ее отсутствие, – нахмурившись, поправила я. – Я не верю, что ее нет в живых, – жестко закончила я.

– Правильно, –