Приват для одноклассника - Кэтрин Бо

От его голоса у тебя мурашки по телу пробежали. Только не те, приятные, что бывают от прикосновений Ромы, а колючие и противные.

— Что ты хотел? Говори быстрее, у меня мало времени, — твой голос был холодным и каким-то взрослым, как тебе показалось.

— Хочу договориться.

— А ты не охренел? Договорился уже однажды! — не сдержался Рома.

Олег недовольно стрельнул взглядом на парня, но ничего ему не ответил. Он действительно был не в том положении, чтобы спорить.

— В этот раз все будет по-другому. Обещаю. И выгодно будет всем, — продолжил брат.

— Ну и что ты хочешь? — спросила ты, глядя брату прямо в глаза.

— Хочу, чтобы ты молчала…

Глава 17

— Хочу, чтобы ты молчала и ничего не рассказывала родителям, — произнес Олег.

В твоих глазах читалось саркастическое «Я так и думала…», а руки нервно теребили край куртки.

— Что, за задницу свою переживаешь? — съязвил Роман.

— Я не с тобой разговариваю, — бросил Олег.

— Сейчас ты вообще ни с кем не поговоришь, понял? — Рома сделал шаг к Олегу, но ты взяла его за руку и остановила.

— Я не хочу, чтобы родители узнали, потому что это их убьет на хрен!

— Ни х*ясе, какой заботливый сын! Жаль, что брат дерьмовый!

— Прекратите, пожалуйста! — рявкнула ты на обоих.

Ты понимала, что Рома прав и была с ним полностью согласна, но и в словах брата была логика. Да, пусть он от трусости прикрывается родителями, но все же правда их точно шокирует. Дочь — стриптизерша, сын — извращенец… Всю жизнь растили, заботились, а получается, что все зря.

— Ну, допустим, что я промолчу, а что мне с этого? — более спокойным тоном продолжила ты разговор с ненавистным братом.

— Лера, ты с ума сошла? — посмотрел на тебя Роман, как на сумасшедшую.

— Подожди. Говори, Олег!

— Если ты промолчишь, я поспособствую, чтобы родители отпустили тебя в твое это хореографическое училище…или куда ты там деньги собирала.

— Ну и как ты собрался способствовать? — твое сердце забилось с неимоверной силой, ведь ко мнению твоего брата родители действительно прислушивались и всегда ставили его тебе в пример.

— Поговорю с ними, серьезно. Расскажу, как ты все это время упорно занималась, что в студии тебе пророчат успешную карьеру… короче, придумаю, как их убедить.

Рома повернулся к тебе вплотную и быстро затараторил:

— Лера, с кем ты собралась договариваться? Он же подонок! Он может обмануть тебя или что-то еще хуже задумать! Подумай хорошенько!

Слова твоего парня для тебя многое значили. Он был единственным человеком, кому ты доверяла. И тебе не хотелось разочаровать его и совершить необдуманный поступок.

— А если твои слова не убедят их? — все тем же взрослым голосом спросила ты у брата.

Олег вздохнул и устало ухмыльнулся:

— Тогда я сам оплачу тебе эту чертову учебу. Только не говори им ничего. Пусть все будет, как прежде.

Твои глаза забегали в поисках правильного решения. Его предложение было слишком идеальным и вызывало сомнения. Рома увидел твои потерянные глаза и перехватил инициативу в свои руки:

— Слушай, а чего в тебе вдруг совесть проснулась? И такая любовь к родителям, а? Слишком уж подозрительно все это.

Олег потер вспотевший лоб и снова тяжело вздохнул:

— Я, может, и вел себя, как подонок, по отношению к своей типа сестре, но родителей я люблю. Они вырастили меня, хотя родные выбросили, как ненужную вещь.

Рома отвел глаза, ведь его история была очень похожа на эту.

— А чем же тебе «типа сестра» не угодила? Чем не заслужила твоей братской любви? — уже более спокойно спросил Роман.

Олег усмехнулся и, казалось, даже немного смутился:

— А «типа сестра» слишком уж… красивая выросла. Не удержался. Еще скажи, что не понимаешь меня.

Роман вплотную подошел к Олегу:

— Есть большая разница: она тебе сестра, а мне девушка. И если бы у меня была сестра, я бы никогда не поступил так омерзительно, как ты.

Между двумя мужчинами за версту чувствовалось дикое напряжение.

— Я знаю, что вел себя омерзительно. Хочешь еще раз мне морду набить за это?

— Хочу…

— Если это ваше условие — я готов.

Ты никогда не видела своего брата таким жалким. Он был готов практически на все, только бы остаться в вашей семье. Наверное, есть в нем все-таки что-то человеческое.

— Если ты ее обманешь — мордой не отделаешься. Я тебя убью нахер и закопаю так глубоко, что твои родители тебя даже похоронить не смогут, понял? — Роману стоило неимоверных усилий сдержаться от драки, стоя рядом с Олегом, что выражало его агрессивное выражение лица и сжатые до побеления кожи кулаки.

Олег же бегал по Роману глазами и пятился назад, поджав хвост. И не смел больше ничего возразить. Рома резко развернулся назад, взял тебя за локоть и усадил в машину, захлопнув пассажирскую дверь. Затем сел сам и, не сказав ни слова, тронулся с места в направлении своего дома.

Так в полной тишине вы ехали всю дорогу. Ты чувствовала себя немного виноватой, что снова подкинула своему парню забот — следить за выполнением братом условий договора. Но в то же время была ему безумно благодарна, что он смирился с твоим решением и не стал препятствовать.

Остановившись у подъезда, ты нарушила тишину:

— Прости меня. Я, по-твоему, глупо поступила? — твое лицо залило краской, а внутри все дрожало.

Рома повернулся к тебе, и, уже немного успокоившись, ответил:

— Это твои родители. Твой брат. Решать тебе. Только ты не думай, что я пошутил. Если он обманет тебя, я выполню свое обещание.

Его лицо было таким серьезным и холодным, что у тебя мурашки побежали по коже. Не было ни единого сомнения, что он говорит правду. Ты прижалась к нему щекой и нежно провела ладонью по его шее. Спустя пару секунд Роман сделал протяжный выдох и, будто, расслабился под волной твоей нежности.

Вы вернулись домой, где вас уже ждала мама Ромы. В квартире вкусно пахло ужином и семейным уютом. Это последняя вот такая ночь с ним, с твоим Ромкой, ведь завтра ты возвращаешься домой, к своим родителям и… брату. Тебе хотелось сполна насладиться этим незабываемым моментом.

Вы втроем ужинали, весело и легко общались, смеялись. Мама Ромы расспрашивала у тебя о твоей жизни и сложившейся ситуации. И ты свободно рассказала все в подробностях, которые, наверное, даже ее сын не знает. И ты ни разу не испытала ни смущения, ни стыда перед ней, потому что знала, что она