Драконова воля. Книга вторая - Агата Грин

— Куда вы направляетесь?

— Мы уходим. Эньоре дурно, — ответил муж.

— Потерпит! Ваши родичи проделали долгий путь и торопились на церемонию. Имейте совесть, встретьте их как полагается!

Я изобразила обморок, но муж не догадался, что это игра, и растерялся по-настоящему, да еще и поймать меня не успел, так что я нелепейшим образом рухнула на вычищенный паркет главной парадной залы.

Фрейса Клара первая сориентировалась и, ухватив меня за руку, помогла подняться.

— Вы эти игры оставьте, милочка, — быстрым шепотом пригрозила она мне.

— Какие игры?

— Знаете какие. За мной!

Рензо снова взял меня под руку и спросил с беспокойством:

— Тебе настолько плохо, Лери?

Я метнула на мужа испепеляющий взгляд, однако он так ничего и не понял. Императору сообщили, что появились особые гости, и он попросил внимания присутствующих. Нам пришлось остаться.

Первыми шли Мариан с Геммой, уже супруги. Белокурые, одетые в солнечно-желтые тона Сизеров, они, как всегда, отлично смотрелись вместе и закономерно притягивали взгляды присутствующих. Мы остановились около выхода из залы, так что я не расслышала, что проскрипел император, когда Сизеры поклонились ему. Показались Верник и Кинзия.

Головная боль стала невозможной, и я почувствовала, что на этот раз близка к настоящему обмороку, но в этот раз я расслышала все.

— Мастер огня Верник, — прохрипел одобрительно Дрего, — наконец, удалось выманить вас в столицу! Смотрите! — обратился он к придворным. — Вот как выглядит настоящий мастер огня! Мощь и опыт!

— И они к вашим услугам, ваше императорское величество, — ответил Верник.

Император издал звук, похожий на одобрительное хмыканье, после чего посмотрел на Кинзию. Она была одета скромно, в простое серое платье, и свои длинные серебристо-светлые волосы заплела в косу, но даже в таком виде оставалась яркой и заметной — или же мне так казалось.

Я смотрела на Кинзию с болезненным напряжением. Ее красота воспринималась, как угроза, как оружие, и шрам на моей щеке начало печь… я чуть было не потерла его, но вовремя опомнилась.

— Соболезную вашей утрате, эньора Кинзия, — сказал император. — Империя потеряла одного из лучших своих пладов, а вы — мужа.

— Благодарю вас, ваше императорское величество, — ответила она тихим голосом, и на меня будто холодом повеяло. — Тоглуана скорбит по своему владетелю.

— Все не настолько печально, эньора. Ошибки юности Брадо подарили нам надежду и продолжение рода Гелл! Знаете ли вы о дочери Брадо, Валерии?

— Вся Тоглуана знает.

— Теперь знаем и мы. Ну, где она? Куда делась дочь Гелла?

Император начал выглядывать меня в зале, и фрейса Клара прошипела:

— Что вы стоите? Надо выйти вперед!

Выйти я бы не смогла при всем желании, и сдвинуть меня с места могли бы только внешние силы. Этими силами стал Рензо; шепнув, что все будет хорошо, он повел меня вперед, к людям, которые долгие месяцы превращали мою жизнь в кошмар. Я старалась смотреть куда-то сквозь них.

Рензо подвел меня к императору, и мы оказались напротив Сизеров.

Надо было что-то сказать, но я, опять же, была не в состоянии.

— Мое почтение, эньор Сизер, эньора Сизер, эньора Гелл, — сказал Рензо, поочередно обратившись к «родственникам». — Эньор Верник, мое уважение. Мы с супругой, как дети Тоглуаны, скорбим вместе с вами о смерти нашего владетеля. Невосполнимая утрата.

— Восполнимая, как оказалось, — процедил Мариан, буравя меня взглядом.

Меня затошнило.

— Никто не способен заменить Брадо Гелла, — заявил Верник.

— Но мы постараемся воспитать хорошую замену. Теодор Гелл, сын Валерии Гелл, станет новым владетелем Тоглуаны! — объявил император.

Я ожидала этого, но все равно новость ударила по мне. Но по Сизерам она ударила куда сильнее…

— Ваше императорское величество! — сказал Мариан, и я поежилась от грубоватых ноток в его голосе. — Разве не вдова Брадо Гелла — истинная владетельница Тоглуаны?

Я чуть было не фыркнула нервно. Истинная наследница, как же! Это Мариана готовили в наследники, это он предвкушал, когда станет главным, и сейчас он спрашивает о себе, о том, что сам получит. Или не получит…

— Нет сомнений, что эньора Кинзия достойна такой чести, но владетелем может быть только мужчина. У нас есть потомок Брадо Гелла мужского пола. Он станет владетелем по достижении двадцатиоднолетнего возраста. А до того момента Тоглуана будет принадлежать вам, эньор Сизер. Я знаю, что вы готовились к этому и справитесь.

Мариан поклонился, но император еще не закончил.

— Помимо этого, вы станете официальным опекуном Теодора Гелла. Он должен жить в Колыбели туманов, обители своих предков, под защитой лучших мастеров огня, — Дрего поглядел на Верника, — и под присмотром достойнейших, — взгляд его переместился на Кинзию. — Такова драконова воля.

— Драконова воля! — повторили придворные.

Я покачнулась, но в этот раз Рензо был начеку и не дал мне упасть.

Огонь то и дело разгорался на внутренней стороне моих ладоней, и мне приходилось их прятать. «Первый состав» гарантов и Рензо окружили меня, не подпуская посторонних в уголок, куда мы запрятались. Меня трясло.

— Получается, — выговорила я дрожащим голосом, — у нас отнимут сына?

— Никто никого у вас не отнимет, — сказал Уччи.

— Опекун важнее, чем родитель, — заявила фрейса Клара, безуспешно пытающаяся подобраться ко мне поближе. — Что вы устроили, эньора? Мало того что не поклонились господам, так еще и императора не поблагодарили и драконову волю не поддержали. Пропустите меня, наконец! — возмутилась она, когда один из гарантов демонстративно встал перед ней.

— Пропустите ее, — посоветовал Блейн, подходя к нам. — Вам надо избегать проблем, иначе точно потеряете Теодора Гелла.

Я вспыхнула целиком, не сумев сдержать огонь.

— Прекратите! Эньора обязана контролировать пламя! — возмутилась фрейса.

— И правда, Лери, спокойнее, — нервно сказал Рензо.

— Спокойнее? — пытаясь убрать огонь, переспросила я. — Ты тоже спокоен? Спокоен, как отец, чьего сына отдают в другую семью?

— Мы обсудим это позже, — сквозь зубы сказал он, проводя руками по моим плечам, чтобы унять мой огонь своим огнем. — Лери, убери пламя!

— Иди к императору и скажи, что мы никому не отдадим нашего сына!

— Ты с ума сошла?

— Я — нет! Это ты посоветовал ехать в столицу! И что?