(Не) отец моего ребёнка - Ольга Которова

— Со мной приехал. Он не вы. Беременных женщин на улицу не выгоняет, — съязвила она и тоже улыбнулась. Глядя, как звереют глаза Сергея, Полина только сейчас пожалела о сказанных ею словах. Ну вот и кто просил отвечать ему? Сказала бы «нет» и он бы успокоился. Дождётся, выгонит он её с работы, и всё.

— Форму уборщицы возьми на складе, и с завтрашнего дня ты приступаешь к новой работе, — как-то зловеще проговорил Сергей, а Полина, тут же встав со стула, быстро вышла из кабинета не прощаясь.

В сторону туалета она практически бежала, собирая на себе любопытные взгляды проходящих мимо людей. И кто бы знал, сколько ей стоило сил, чтобы не разрыдаться. Только когда за ней закрылась дверь туалета, Полина дала волю слезам, и те брызнули, быстро скатываясь по её щекам.

— Гад! Какой же ты гад, Акулов, — проговорила она, подставляя дрожащие ладони под прохладную струю воды. — Решил окончательно меня добить? — Полина подняла глаза и посмотрела на своё зарёванное отражение в зеркале. — Так знай, не получится у тебя.

Быстро умыв своё лицо от потëкшей косметики, она промокнула кожу бумажным полотенцем, поправила пучок, из которого выбилось несколько прядей волос, и с гордо поднятым подбородком вышла из туалета. Только вот когда снова пришла на своё рабочее место и увидела любопытный взгляд Кати, то враз стушевалась, и вся недавняя смелость куда-то разом упорхнула.

— Ну, что он хотел? — с нетерпением полюбопытствовала коллега, но не успела Полина ей ответить, как девушка снова заговорила. — А ты что, плакала?

Поля только пожала плечами.

— Он что, тебе что-то сделал? Обидел?

— Ну, если считать обидой перевод на должность уборщицы отеля, то да, обидел, — сразу же ответила ей Поля, а у Кати глаза расширились.

— В каком смысле уборщицы?

— В самом прямом. С завтрашнего дня ты, скорее всего, одна будешь работать, пока тебе не найдут новую напарницу, а я перехожу драить туалеты и пылесосить номера.

— Ты ведь сейчас шутишь, да?

— Да какие тут шутки, Кать?!

— Так, подожди. — Всё не унималась девушка. — А с какого, простите, хрена Сергей Олегович тебя на другую должность перевёл? Он же только рестораном заведует. Или я чего-то не знаю?

— Ну, видимо, и отелем тоже. Я думаю, что он без ведома Евгения Павловича ничего бы не сделал.

— Вот же гад ползучий! А хоть за что он сказал?

— За невыполнение своих обязанностей.

— Что-о-о? Он там совсем, что ли, с дуба рухнул? За невыполнение обязанностей? Да ты, наверное, единственная, кто в этом отеле работает как положено. Тебя все любят. Ты добрая, ответственная, коммуникабельная, стрессоустойчивая, находчивая. Да твои качества можно целый день перечислять. Он там, случайно, ничего не перепутал? — уже зло сказала Катя, а Полина улыбнулась ей. От такого искреннего возмущения коллеги стало тепло на душе. За этот практически год, что она работала в отеле, они с Катей сдружились. Она была очень хорошей и доброй девушкой.

— Слушай, Поль, а может, ты чего не договариваешь? — Катя прищурилась, смотря, как щёки Поли запылали, и та скромно пожала плечами. — Та-а-ак, а ну говори всю правду. Я чувствую, что здесь есть что-то ещё.

Полина тяжело вздохнула и всё рассказала Кате. Ей показалось, что подруга должна знать хотя бы причину их с Серёжей конфликта. Катя слушала, не перебивая, а с каждым сказанным словом Полины глаза девушки всё больше расширялись и стали походить на два блюдца, а когда Полина закончила свой не такой уж и короткий рассказ, то между девушками повисла тишина.

— Вот это козё-ё-ёл! — Вынесла свой вердикт Катя. — Ну каков мерзавец, а? А я-то, как увидела его, подумала: вот это красавец-мужчина, милый такой, обходительный, а он… Да чтоб его собаки загрызли в подворотне! — зло выплюнула Катя.

— Ну, насчёт собак ты погорячилась.

— Ты думаешь? А мне кажется, самое то. Я бы на твоём месте сделала тест ДНК и в суд на него подала. Пусть алименты выплачивает ребёнку. Ты, значит, растишь дочь одна, перебиваешься с копейки на копейку, ночами не спишь, а он, мало того, что выгнал беременную, деньги не платит, так ещё и с нормальной должности тебя погнал. Нет, Полин, так нельзя. Или ты его боишься? — Катя посмотрела на подругу.

— Нет, не боюсь. Просто не хочу унижаться перед ним.

— Унижаться? А ты о дочери подумала?

— Он отказался от неё, сказал, что это не его ребёнок. Пусть так будет и дальше.

— Как знаешь. — Катя недовольно поджала губы, но ничего больше говорить не стала.

Остаток дня прошёл спокойно. Сергея Полина больше не видела. Он, кажется, даже и в ресторан не спускался. Она знала, что он живёт в одном из номеров отеля. А вот насколько долго он намерен задержаться в городе, она даже и предположить не могла.

Сидя дома в тишине и слушая приятную мелодию мобиль-карусельки, которая крутилась над кроватью дочки, она подумала о том, что, возможно, Сергей этой услугой о смене вакансии сделал ничуть не хуже. Да, вакансия уборщицы нелёгкое дело, но в отеле платят куда лучше, чем в другом месте, да и можно будет подработать, взяв дополнительные смены. Поля надеялась, что тётя Галя будет не против несколько дополнительных дней посидеть с дочкой.

Полина прокрутила в голове сегодняшний день и снова вспомнила Сергея. А он изменился. Черты его лица стали немного грубее, похудел, но не потерял спортивной формы. На висках показалась небольшая седина, а на лбу появилось несколько глубоких морщинок. А ещё ей стало интересно, почему он теперь владеет рестораном? А как же бизнес отца, который должен был перейти ему? Неужели ушёл? Но в это с трудом верилось. Сергей слишком много отдал фирме отца, чтобы просто-напросто взять и уйти оттуда. А ещё ей было интересно, откуда он был знаком с Евгением Павловичем? Полина знала практически всех друзей Сергея, и не было там её нового начальника.

Плач дочки вывел её из размышлений и, поставив на стол недопитую кружку чая, она подошла к кроватке. Адель уже не спала. Открыв свои глазки-пуговки, она рассматривала кружащих над ней зайчиков и хныкала, привлекая к себе внимание.

— А кто это у нас тут проснулся? — Услышав голос матери, девочка сразу же перестала плакать. Подхватив дочку на руки, Полина мгновенно забыла обо всём на свете. Дочь была её маленькой таблеткой счастья. Ну и как можно отказаться от