Мы сгорим вместе. Сводные. - Маргарита Аланина

Переодеваюсь и иду зависнуть в тачке. Буду пасти Крайнову ради разговора. Надо внести ясность и забить. Слишком много её стало в моей жизни. С горкой, я бы сказал.

Выбросив гитару, я открыл ящик Пандоры. Юля прорвалась в мысли, сметая абсолютно все установки.

В тот день я домой вернулся на измене из-за выходки производной Крайнова. Не знаю, каким местом она думала, регая нас на сайтах знакомств. В принципе было по барабану. Первые пару сообщений полютовал и забил. Я и Жека Рудаков к концу первого дня выкупили, что за умница организовала нам приток входящих. Отыгралась и молодец, это всё равно ничего не меняло в её положении. Даже возня Лики по части доказательств того, что она не ходит налево и всё это чьи-то происки, позабавила.

Косякнула Крайнова с Жаровым. Тот слюнями давился, но клялся вычислить от кого ноги растут. Программера нашёл, который по айди на раз бы адрес выдал. И я, блЕн, не обязан её выгораживать перед кем бы то ни было, она же сама объявила себя мишенью. Не секу я почему меня вдруг заволновала степень выносливости сводной прилипалы. Меня не должно торкать. Ничего и никак. Только отбрыкиваться можно до сбитых в кровь кулаков, а изничтожить не получается. Вступился. Пришлось спалить новоявленную участницу цирка в доме и вкинуть Климу то, чем могу раздавить хрупкий девичий мир. Только делать этого я не собираюсь. Юля тупо не вывезет. Проникся, что ли?!

Не знаю.

Факт в том, что Крайнова подсекла голубыми глазами полными отчаянной мольбы и следом обварила в кипятке. Прошила ненавистью вдоль хребта. Я ответил тем же, а потом стоял в её комнате в каком-то коматозе. Отстранённо наблюдал, как Юля прижимает остатки гитары, и нечто царапнуло нутро. Трафик мыслей поменял направление. До меня дошло, что дело не в струнах и колках. Всё намного глубже. Я свалил и почти расщепил эмоции, вызванные увиденным.

А за ужином исполосованное нутро разорвало. Мощно скрутило до треска под рёбрами. Впитывал разговор как кислород.

Гитара принадлежала её матери. Это другой уровень, другая вселенная.

Я бы убил любого за такое вне зависимости от пола, возраста или положения. Не буквально, а морально растёр бы до пыли.

Я никогда не прислушивался к трепу мамы об Олежке и его дочурке. И фразы Юли про номера телефонов и съемные квартиры отказывался усваивать. Плюс после ухода девушки мама и Олежка ещё помусолили тему. Обрывки начали выстраиваться в осмысленные куски. Папашка не просто лишил Юлю…всего осязаемого, а натурально избавился, оставив крохи.

Понимание выбесило и разъело закольцованный поток в груди.

Юля не похожа на своего отца. Он – хитрый хищник, притворившийся домашним зверьком, а она наивная, со слепой верой в людей и затрапезного режиссеришку. И всё-таки муж матери поднял кипиш, когда увидел телефон дочери в комнате. Я молча собрался и погнал отматывать километры на одометре. Вина физически и морально давила.

Утром сгонял ей за чаем. В мозгу всплыла реакция Юли на кофе. Не рассчитывал я ни на что. Просто жест. А она умыла меня на законных основаниях, но я не собираюсь давать ей волю на любые проявления. Сделаю как положено, сглажу насколько могу и отвалюсь….

На поверхность, а точнее в реальность, меня вытягивает фигура смертника, отирающегося около машины. Доходяга селфи пилит на фоне тачки. Фоткаться на фоне астона я позволяю исключительно вкусным малышкам, но никак не слюнтяям.

Медлю, кубатурю видел ли его раньше здесь. Никакого отклика.

Пацан заканчивает фотосет и набирает кого-то.

- Сейчас эту выгуляю и ещё две на очереди, - брякает со смешком. – Хотел снова лапши навешать, да понимаю - надо бы раскошелиться. Девочка упакованная, можно поиметь побольше, если сейчас вложиться.

Мысленно присвистываю и продолжаю терпеть его присутствие. Интересно глянуть что за лохушка попалась. Я не поборник морали, но вдруг деваха из своих.

- Нифига, ты не косякнул. Подружка оказалась нищебродкой, зато с мажоркой свела. Я тебе треть отсыпать буду. Сейчас приручу её и начну выкачивать, - ржёт.

Дальнейший разговор о ещё нескольких жертвах разводилы слушаю поверхностно.

Ответ на мой вопрос появляется после пары. К будущему куску мяса подходит Крайнова. Льнёт в приветственных объятиях, выстреливая наивностью. Твою мать…

Меня нехило разматывает, когда вижу её улыбку, адресованную парню. Выброс злости задвигает доводы рассудка, рисуя новую стратегию действий. Выхожу из машины и разминаю шею.

Юля морщится при виде меня и протягивает парню руку. Залипаю на сплетённых пальцах. В грудине необъяснимой вибрацией режет, лёгкие поджигает от вдоха. Взгляд мечется от рук в довольной роже чмошника и со скрежетом тормозит на губах девушки. Они пухлые с небольшой размытостью контура на верхней губе. Почему я непроизвольно сравниваю их с сочным и... спелым фрутом, который хочется вкусить?

С какого перепуга мелькает тень желания - закинуть Крайнову в машину без всяких...?

Опускаю руку на плечо парня и рычу, не узнавая свой голос:

- карманы выворачивай и телефон гони, пока я сам не нашёл и не разбил к чертям собачьим.

______

Если кнопка "купить" не работает из читалки, то надо выйти на основную https://litmarket.ru/books/my-sgorim-vmeste-svodnye#chapters .

14 Аномалия

14 Аномалия

- Карманы выворачивай и телефон гони, пока я сам не нашёл и не разбил к чертям собачьим, - голос Покровского металлическим скрежетом врезается в перепонки.

Когда он прекратит упиваться собой за мой счет? Когда уже эта трясина отпустит или поглотит целиком?

Желчь и горечь омывают накатом. Моргаю несколько раз и покрепче сжимаю руку Мате.

- Телефон давай. Быстро и без трепыханий, - Демьян убирает руку с плеча моего спутника и закладывает руки за голову. Уверен в себе, расслаблен на первый взгляд, а напряженная пульсация вены на шее выдает.

- Пойдем. Не обращай внимания, - обращаюсь к Мате, сверля «братика» взглядом.

Вспышка и происходит выброс...

Бешенная энергетика Демьяна потоком лавы разливается между нашей троицей. Меня задевает поверхностно. Наверное, я привыкла. А Мате бледнеет, проседает в росте и сантиметр за сантиметром выпускает мою руку. Меня встряхивает от понимания – мой «летчик» боится и готов сбежать. Чем бы сейчас не жонглировал Покровский - это правда. Десять из десяти…

- Нет, ты