Рубин II - Даниэль Зеа Рэй

Трактирщик принес эль и поспешил удалиться, а Ордерион вскинул руку и вернул щит на место.

Существо отпило напиток и удовлетворенно улыбнулось.

— М-м-м, варить эль вы научились отменный. Жаль, что достижений, за которые я могу похвалить ваш мир, так мало.

— Считаешь нас дикарями? — Ордерион одарил нечисть презрением, выплескивающимся сквозь прищур.

— Вы создаете прекрасную архитектуру, но живете в домах без водопровода, — существо провело ладонью по столу, сбрасывая с него крошки. — Вы украшаете витражами окна своих замков, но продолжаете пить напитки из металлических кубков и чаш. Перед вами открыты такие возможности, — ее лицо засветилось непритворным одухотворением, — но треть вашего населения до сих пор не умеет ни читать, ни писать. Пройдут тысячи лет, сменятся декорации, но вы все так же будете достигать успеха в одном и оставаться безнадежно отсталыми в другом. Потому что ни одно достижение не способно изменить главное — вашу эгоцентристскую психологию.

— Я сделаю вид, что понял каждое слово из твоей тирады, — Ордерион брезгливо скривил губы. — Говори, что хотела сказать, я кивну и быстро откланяюсь.

— Выход там, — существо указало на дверь и рассмеялось. — Беги, я тебя не держу!

Рубин

Хейди вернулась в комнату и прижалась спиной к двери.

— Что произошло? — Рубин встала с кровати, на которой лежала. — Почему ты выглядишь, как прежде? И где Ди?

— Галлахер и Ордерион здесь. Ди специально пошла в трактир, чтобы встретится с ними! Она вымогала у них седоулы и, в итоге, заключила с Галлахером уговор: через пять дней его люди доставят сюда сундуки с монетами.

— Нет! — выпалила Рубин. — Нельзя давать ей седоулы, пока мы не узнаем, что она задумала!

— Ди использует нас, — покачала головой Хейди, вытирая слезы, бегущие по щекам. — Ей веры нет! Нужно уезжать, Рубин. Твой отец — король. Ди сама говорила, что рассказывала ему свой план, а он помогать отказался. Возможно, твой отец знает, зачем ей нужны седоулы и что она собирается с ними делать. — Хейди прошла в комнату, схватила мешок и начала складывать в него вещи. — Ты со мной или мне ехать на поклон к Дарроу одной?

— Все седоулы у Ди! Мы даже за лошадей заплатить не сможем! — напомнила Рубин. — И уже вечер! Куда мы поедем?

—  У меня припрятано пять монет в кошельке на подвязке, — Хейди похлопала себя по бедру. — С продажи скатертей и посуды в Зароне удалось выручить больше, чем Ди рассчитывала. Этого хватит, чтобы заплатить за лошадей и купить еды.

— А ночевать где мы будем?

— В лесу! — воскликнула Хейди.

— Вдвоем? — не поверила своим ушам Рубин. — Опомнись! Завтра утро настанет, и отправимся в путь. А сегодня запремся здесь и переждем.

— Останешься сейчас — завтра со мной уже никуда не поедешь, — покачала головой Хейди, продолжая набивать мешок вещами. — Раскиснешь при виде Ордериона и начнешь думать не головой, а чувствами!

— Я не собираюсь встречаться с Ордерионом, — покачала головой Рубин.

— Зато он очень сильно желает встретиться с тобой, — Хейди затянула завязки на мешке и закинула его на спину. — И запертая дверь его не остановит. Спрашиваю в последний раз: ты едешь со мной или остаешься?

— Еду, — кивнула Рубин, начиная быстро собирать пожитки.

Набила мешок, обула сапоги, накинула плащ, пряча голову под капюшон.

— Идем! — скомандовала Хейди и открыла дверь.

Остановилась. Галлахер поджидал их у противоположной стены коридора. Сначала Хейди отступила на шаг назад, и Рубин едва не столкнулась с ее спиной.

— Боги, — прошептал Галлахер, заметив обугленные руки некогда прекрасной туремки.

— Пойдем, Рубин, он ничего нам не сделает, — Хейди схватила ее за руку и практически поволокла к лестнице.

Галлахер действительно ничего не сделал. Он остался стоять в коридоре.

Хейди и Рубин вышли на улицу. Направились прямиком к конюшне. Им наперерез вышли Хорн и Саж.

Рубин подняла голову, одаривая их гневным взглядом алых глаз, и воины в ужасе отпрянули.

— Лучше не мешайте, — предупредила она, и те уступили дорогу.

С конюхом договаривалась Хейди. Рубин ждала на улице, пряча лицо от случайных прохожих и от Сажа с Хорном, которые внимательно наблюдали за ней, стоя поодаль.

Хейди вышла из конюшни, ведя под уздцы двух лошадей. Рубин подошла к одной из запряженных кобылок, запихнула мешок с вещами в подсумок, задрала юбку, под которой носила обычные мужские штаны, и запрыгнула в седло.

Обернулась к Хейди и обомлела. Откуда ни возьмись, появился Галлахер! Хейди как раз поставила ногу в стремя, чтобы запрыгнуть на лошадь, но принц схватил ее за талию и отнес от животного подальше.

Хейди начала вопить и вырываться, перебирая ногами в воздухе. Галлахер спокойно поставил жену на землю и едва не получил оплеуху: Хейди промахнулась, рассекая ладонью воздух.

— Почему вместо того, чтобы поговорить со мной, ты всегда убегаешь? — каким-то подозрительно спокойным тоном спросил Галлахер. — Я похоронил тебя. Это ты понимаешь?

Хейди замерла, опустив голову.

— Я проехал от Белого замка до Бескрайних вод на Севере, осмотрел берега всех рек, в которых ты могла остаться лежать навечно. Я ночевал в лесах и полях, не желая надолго оставлять места поисков, чтобы не пропустить момент, когда твое тело будет проплывать мимо. При одной мысли о том, что ты сама… ты сама прыгнула в ущелье… Хейди… Мне хотелось умереть. Но я не мог себе этого позволить! — он развел руки по сторонам. — Нужно было найти твое тело и предать земле, чтобы дух твой смог вернуться в царство Дуона и жить там вечно. А потом я собирался закончить дела. Убить отца и его жену… — Голос Галлахера дрогнул. — Ордерион уговорил меня дождаться рождения ее ребенка, который, вроде как, ни в чем не виноват, но для Миры это ничего не изменит. Мы с братом уверены, что она отравила тебя. И за это Мира поплатится. На флагштоках Северного